Три дня до смерти (СИ) - Мединг Келли - Страница 42

Взрывная волна расплющила Талли и Вормера на тротуаре. Их крики потонули в ревущем огне. Воздух в торговом центре дрожал от жара, обжигающего и густого. Обломки, словно град, осыпали здание и машину. Пылающие куски посыпались на раненых снаружи. Рубашка Талли загорелась и быстро расползлась, как бумага от горящей спички. Он начал кричать.

Я вскочила на ноги и побежал под удивленные крики Алекса. Вормер был без сознания и не мог помочь своему напарнику. Может, в тот день они и были моими врагами, но я не могла смотреть, как бывший коллега сгорает заживо. Схватила Талли и ударила по маслянистому пламени, пожирающему его рубашку и обжигающему кожу. Мои руки покрылись волдырями и болели, но я не останавливалась, пока огонь не погас. Талли стонал, уткнувшись лицом в землю.

Я пощупал пульс Вормера и нашла его сильным. Хорошо. Отдернула руку. Дротик с красным оперением пронзил плечо Вормера в том месте, где секунду назад была моя рука. Я перекатилась на бок. Второй упал на тротуар у моей ноги. Дерьмо. Попятилась назад, подгоняемая болью и удивлением, за которыми последовали новые стрелы, пока тени торгового центра не окутали меня.

Алекс стоял рядом, пытаясь разглядеть мои руки. Голова Вормера взорвалась от выстрела, которого я не слышала, не видела и не ожидала. Талли попытался сесть и убежать. Мгновение спустя он рухнул на землю, половина его лица исчезла. Я ахнула, задыхаясь от желчи.

— Кто это сделал, Эви? — спросил Алекс. Он обхватил меня рукой за талию и поднял на ноги. Я позволила ему оттащить меня под прикрытие фонтана, всё ещё ошеломленная быстрой сменой событий. Меньше чем за пять минут всё из просто плохого превратилось в полное дерьмо.

Еще один дротик пролетел над моим плечом и отскочил от фонтана. Нырнула в укрытие. Грубая плитка царапала мне локти. Алекс приземлился рядом со мной на живот. Повернул голову, посмотрел прямо на меня и сказал:

— Проклятье.

— Что?

Уронив голову вниз, он накренился. Мое сердце чуть не остановилось. Один из дротиков застрял у него в бедре. Я вытащила его и бросила. Дротик разбился о дальнюю стену. Этот звук не принёс удовлетворения. Кто бы там ни был, он хотел, чтобы мы были живы, и они были готовы убить триады, чтобы нас заполучить.

— Эвангелина, — проговорила Айлин. — Ты должна бежать.

Я свирепо посмотрела на неё. Её лавандовые глаза ничего не выражали. Шаги эхом отдавались вокруг нас. Маленькие, многочисленные и быстро приближающиеся.

— Ты должна. Они хотят тебя, дитя.

— Алекс…

— У тебя нет друзей, только долг.

Знакомая тактика, которую Вайят как-то пробовал на мне, когда я была новичком в триадах и только училась. Тогда это не сработало и в торговом центре тоже. У меня были друзья. Друзья, которых я больше не могла защитить.

Айлин протянула мне пистолет. Вздохнула, повернулась и бросилась назад по коридору торгового центра, к святилищу, стреляя через плечо, надеясь попасть в цель. Нет времени смотреть, кто охотится за мной.

Единственной мыслью в моей голове стал побег. Жить, чтобы сражаться в другой раз. Я осталась совершенно одна. Святилище, казалось, взывало ко мне, манило к своему могущественному центру. Всё расплылось, и на мгновение я была уверена, что мои ноги оторвались от земли. Увидела внутренность святилища, почувствовала запах ладана. Почувствовала тепло. В двух местах сразу.

Один… два… три укола в поясницу. Холод пронзил мои ноги, руки, грудь. Я падала в темноту, а пол мчался мне навстречу.

Глава 18

43:10

Сознание вернулось резко, как удар наковальней. Головная боль и тошнота появились из ниоткуда и вернули меня в реальный мир. Тусклая комната и голый потолок вызвали приступ паники. Адреналин заставил сердце колотиться. Я дернула руками. Вместо того, чтобы найти их связанными над головой, обнаружила их свободными. Я лежала на спине на чём-то твердом и холодном.

Все ещё пахло испражнениями и потом, но я больше не была в этом проклятом туалете.

— Эви?

Знакомый голос напугал меня. Перекатилась на бок и подтянула колени, готовясь к прыжку. От резкого движения у меня скрутило живот. В глазах потемнело. Сглотнула борясь с непреодолимой тошнотой.

Я находилась в какой-то тюремной камере, максимум пять на восемь, без всякой кровати, с ведром вместо унитаза. Три стены были забраны железными прутьями, четвертая — цементными блоками. Голая оранжевая лампочка светила из открытого плафона рядом с камерой. Другие усеивали коридор примерно через каждые десять футов. Я могла видеть остальные камеры насквозь. Две слева от меня были пусты. Та, что справа от меня — нет.

Вайят стоял на коленях со своей стороны решетки, сжимая руками тонкие прутья. Я моргнула, уверенная, что видение исчезнет. Но этого не произошло. На левой скуле багровел синяк. Нос у него покраснел и слегка распух, костяшки пальцев были в пятнах засохшей крови.

— Ты жив, — проговорила я.

— Как и ты.

Он улыбнулся, и я чуть не сломала нос, пытаясь обнять его через решетку. Мои руки были достаточно тонкими, чтобы протиснуться, но он мог только сжать мои плечи и коснуться моего лица. Прижалась губами к его лбу, вдыхая знакомый запах.

— Я не думала, что найду тебя снова, — сказала я.

— Это не совсем то спасение, на которое надеялся, но я приму и это.

Спасение. Дерьмо.

— Я облажалась, Ваяйт. Позволила себя схватить.

— Не важно, Эви, мы разберемся. Мы всегда так делаем.

Я посмотрел мимо него на камеру по другую сторону. Она была пуста.

— Алекса и Айлин тоже привезли сюда?

— Ты встретила Айлин?

— Мы столкнулись сегодня на железнодорожной станции. — Или вчера, в зависимости от того, как долго я находилась без сознания. — Она помогает нам. Мы были вместе, когда нас схватили.

— Я её не видел. — Он нахмурился сильнее. — Здесь был ещё один парень. Его забрали около часа назад, он не приходил в сознание.

Страх скрутил желудок. Я схватилась за шею и обнаружила голую кожу. Уставилась на пол камеры, на футболку. Ожерелье с крестом исчезло. Будь я проклята за то, что его потеряла.

— Кто? Кто это делает, Вайят? Это не могут быть триады.

— Это не они, Эви. После того, как меня забрали у закусочной, они отвезли меня на одну из наших явок возле реки Анжан. В основном допрос вели Кисмет и Виллеми, и там я провёл около часа, не отвечая на их вопросы. Затем появился Руфус и сказал, что хочет поговорить со мной. Дверь снова открылась, и вдруг в него выстрелили…

Он посмотрел вниз. Я сжала его руки, призывая закончить.

— Помню вспышку гранаты и крики, а потом я очнулся здесь. Посреди белого дня они бегают, как ни в чём не бывало.

— Вампиры? — спросила я.

Он покачал головой:

— Полукровки. Я даже не видел их, пока они не принесли вас двоих несколько часов назад. Никаких вопросов, никаких разговоров.

Был всё тот же день, вероятно, вечер. Прошло не так много времени, как я думала, но это всё ещё не объясняло: "Что хотят полукровки?" Они приложили много сил, чтобы захватить нас живыми — просто ещё одно доказательство того, что охота шла на самом деле на моих напарников на железнодорожном мосту. Не на меня.

— Я не уверен, Эви. Полукровки недостаточно организованы, чтобы быть мозгом всего того, что бы это ни было. Они следуют чьим-то приказам.

— Таким приказам, как подставить меня, выследить и держать нас взаперти бог знает сколько времени?

— Что-то подобное.

— А как же твой дар, Вайят? Почему ты не использовал его, чтобы призвать ключ или ещё что-нибудь?

Он указал на дальнюю стену коридора. Сначала я увидела только цементные блоки. Но на гвозде, обернутом бечевкой, висел тонкий оранжевый кристалл.

— Он блокирует меня, — сказал Вайят. — Каждый раз, когда пытаюсь что-то сделать, меня бьет, как хлыстом. Никогда раньше меня не отключали от источника магии. Это так странно, как будто у меня нет руки или чего-то ещё.