Три дня до смерти (СИ) - Мединг Келли - Страница 55

— Мне удобно.

— Как хочешь. Просто давай двигайся.

Он сел, проведя рукой по взъерошенным волосам.

— Зачем?

— Чтобы мы могли поговорить с Амалией.

Он нахмурил лоб.

— Поговорить с Амалией? О чём?

Я остановилась в изумлении, не успев до конца развязать пурпурный пояс, так что прозрачная ткань платья свободно свисала с моих плеч.

— В смысле? Ты мне, конечно, небезразличен, Вайят, но я не собираюсь провести остаток своей жизни, как бы коротка она ни была, в этой комнате, обсуждая наши чувства. Ещё кое-что нужно сделать. Мы просто должны выяснить, что именно.

У него отвисла челюсть. Я закончила одеваться и расчесала пальцами свои спутанные волосы под мелодию застегивающихся брюк Вайята. Через несколько мгновений мы покинули мою уютную комнатку и направились к внешней пещере.

Прекрасные, порхающие туда-сюда, продолжали свою активную деятельность почти так же, как и раньше. Они не обратили на нас никакого внимания, как будто человеческие посетители были обычным явлением, и расступились, пропуская нас. Небольшая стайка созданий, не больше кукол (косяк? рой?), пронеслась мимо с жужжанием, их крылья, как у летучих мышей, били по воздуху. Они подлетели к источнику водопада и исчезли в тени. Возможно, там располагался выход.

Никто не остановил нас на пути к покоям Амалии, и мы быстро дошли. Джарон вышла на встречу и отдёрнула занавеску. Я нырнула внутрь, а Вайят последовал за мной.

Амалия по-прежнему сидела во главе уставленного едой стола. На другом конце на мягком стуле сидел пожилой гном. Его седые волосы были собраны в пучок по краям лысой головы и почти соприкасались с кустистыми бровями, создавая комичную маску. Из-под этих бровей выглядывали крошечные глазки. Скрюченными руками он вцепился в края витой деревянной трости.

— Пожалуйста, присоединяйтесь к нам, — пригласила Амалия.

Я сделала шаг, но садиться не стала.

— Прошу прощения, если мы помешали.

— Нисколько. Хорзт рассказывал о необычном сообщении, полученном им по каналам экстренной связи.

— Сообщение? — Я понятия не имела, что такое экстренный канал связи для её народа или для гномов. — От кого же?

Амалия смотрела мимо меня.

— По-моему, он один из ваших, — сказала она Вайяту. — Его зовут Руфус Сент-Джеймс.

Вайят шагнул вперёд, сжимая кулаки. Он нацелился на Хорзта, и я практически видела яблочко на груди пожилого гнома. Я подняла руку, чтобы удержать Вайята на месте.

— Он был ранен, когда полукровки схватили меня, — сказал Вайят. — Откуда нам знать, что его не обратили? Это может быть уловкой.

Хорзт хмыкнул. Хотя это больше походило на бульканье, учитывая его рост. Он сморщил свой курносый нос.

— Мы можем чувствовать запах людей, независимо от их маскировки, а вампиры сильно воняют. Поверь мне, человек, он не был обращен, иначе мой кузен знал бы об этом.

— Ваш канал связи — это ваш двоюродный брат? — уточнила я. Определенно, это звучало менее впечатляюще без налета мистики.

— Апофи видят и слышат то, чего не видят другие, — сказала Амалия.

— Апофи?

— Те, кого вы называете гномами. Я доверяю их суждениям, и вам следовало бы поступить так же. Этот человек, Руфус Сент-Джеймс, просит встречи с вами, чтобы поделиться информацией. Он говорит, что хочет помочь.

— Однажды он уже это говорил.

— Когда? — спросил Вайят.

— Прямо перед тем, как тебя арестовали. Он сказал, что верит нам. Он помог мне бежать, и я верю, что он собирался помочь, как он и сказал, только напали полукровки.

Вайята это не убедило.

— Две трети его команды мертвы, Эви. Его подстрелили меньше суток назад. Как он собирается помочь?

— Я не знаю, но Надя всё ещё жива, и без сомнения, она захочет отомстить людям, которые убили её товарищей по триаде и ранили её куратора. Мы должны навестить его.

— Возвращаться в город, — произнесла Амалия, — и опасно, и безрассудно. Вы снова попадёте в плен.

— Не рассчитывайте на это. — Я осмотрела комнату. Чего ещё не хватало эльфам, так это часов. — Амалия, который час?

— Сейчас без четверти восемь утра, — ответила она, не глядя ни на что в поисках подтверждения.

— Тогда у меня есть ещё двадцать часов.

Она кивнула. Вайят поморщился.

Я повернулась к Хорзту.

— Может ли ваш кузен передать Руфусу сообщение от нас? — Когда он кивнул, я продолжила: — Нам нужно, чтобы он свел нас с Надей. Она может быть полезной.

— Это неразумное решение, — возразила Амалия.

— Ну, тогда считайте меня дурой и покончим с этим, — сказала я, уперев руки в бока. — Я благодарю вас за то, что вы сделали для нас, Амалия, и за то, что дали нам безопасное место для отдыха. Я просто не могу отказаться от этого, не тогда, когда знаю, что есть часть головоломки, которую не вижу.

Её лицо потемнело до кобальтового цвета. Плохо.

— А если тебя снова схватят, несмотря на твою уверенность? Что, если Товин получит то, что хотел? Ты дашь ему возможность вызвать Испорченного с другой стороны Предела?

— Да, — ответил Вайят. Он вложил свою руку в мою. — Разве не говорят, что нельзя выиграть шахматную партию, не рискуя сначала своими фигурами.

Я сжала его руку.

— Всегда думала, что говорят «нельзя приготовить омлет, не разбив несколько яиц».

— Ты рискуешь не только яйцами, — сказала Амалия. — Ты рискуешь всеми нашими жизнями и безопасностью этого города.

— Я думала, вы сказали, что пришли сюда, чтобы защитить Предел. Даже если каким-то чудом Товин снова доберётся до нас, ему всё равно придется пройти мимо вас. Верно?

Кожа Амалии посветлела до бледно-голубого цвета. Она посмотрела вдоль стола на Хорзта, который, казалось, заинтересовался своим кубком вина. Они не опровергли и не признали мое заявление. Маленький лидер фэйри казалась почти… смущенной.

— Только не говорите, — сказал Вайят, — что такие, как вы, пацифисты?

— Я сказала только, что мы охраняем Первый Предел, — призналась Амалия. — Я не говорила, что мы можем защитить его с помощью физического насилия. Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы предотвратить его захват, и Хранители Земли хорошо защищают нас, но и они ненадёжны. Их доступ во внешний мир постепенно отрезается, а наши контакты с другими расами ограничены.

— Может, вам стоит почаще выбираться отсюда, — сказала я. — Послушайте, я понимаю, к чему вы клоните, но не могу сделать то, что вы хотите. Я ценю мягкую постель, хорошую еду и возможность спокойно прожить свой последний день, но это всего лишь отдых, и теперь пришло время вернуться к работе. Нам нужно выяснить, как добраться до Товина и убить его.

— Эльфов трудно убить, даже если подойти достаточно близко, — сказал Хорзт. — Они хитрые гады и быстро исцеляются.

— Я уже говорила, что могу потребовать от тебя ещё одной услуги, Эвангелина, — сказала Амалия.

Я подняла свободную руку.

— Извините, но я не собираюсь прятаться под землей только для того, чтобы не дать Товину напасть на мой след.

— Это не та услуга, о которой я собиралась просить. — Её ноздри раздулись, а кожа вернулась к своему обычному темно-синему оттенку. Драгоценные камни на её коже, казалось, потеряли свой блеск. — Ты можешь покончить с этим, Эвангелина, прежде чем это начнется. Нет никакой необходимости рисковать чужими жизнями, кроме своей собственной.

— Давайте не будем возвращаться к этому разговору. — Гнев вспыхнул во мне, щёки покраснели. — Я не собираюсь перерезать себе вены, нанося упреждающий удар по плану Товина. Если нас снова схватят, тогда, конечно, может быть, но не сейчас. Не тогда, когда у нас есть время и шанс закончить все по-другому.

Я взглянула на Вайта, который с молчаливой яростью уставился в пол. Была ли его ярость направлена на мое замечание о перерезанном запястье или на вновь озвученное Амалией предложение покончить с собой, я не знала. Наверное, и то, и другое.

— Вы, люди, делаете глупости ради любви, — сказала Амалия с некоторой грустью. — Когда-то я завидовала вашим чистым чувствам и вашей способности любить, но не более того. Это заставляет вас терять из виду то, что является самым важным.