S-T-I-K-S. Нескучный_Ад (СИ) - Захарова Людмила - Страница 27

Повоевать мне лично не свезло. Андроиды зачистили всех, спрятавшихся под мостом, парочкой очередей, Соколы первыми обнаружили еще одну засаду и с радостью размялись. Мыло добивал убегавших, а Дозорные тяжко вздыхали, впереди чисто. Правда не долго. На стрельбу завернули гости. И уже Дозорные держали оборону, пока андроиды не подоспели. А пока очередные иные только на горизонте появились, мы шустро собрали хабар и рванули, только колеса засвистели.

Улей не любит заигравшихся, так что рвали мы с этого квадрата очень шустро. Очень надеюсь будет чем иным перекусить, вернее кем, а с нами решат держать нейтралитет.

Один недалекий лотерейщик все же попался нам на встречу, переехали не тратя на него патроны. И уже до самого парома гнали. Дети не привередничали, пообедав холодным пайком. На предыдущем привале я термос с горячим чаем захватила и закрывающиеся разовые стаканы. Пригодились. А вот в кусты перед озером дружно ломились, мальчики налево, девочки направо. Дети в первых рядах. Не до стеснений и жеманства.

А вот теперь гордо въехали на паром, первый рейс автобус и грузовики. Вторым рейсом остальные бардаки. Паром огромен. Но медлителен до нельзя.

Глава 18

Катер- буксировщик рожден в светлые года революции. Может и вживую Ленина видел, а может и царя застал? Причалили с первыми черными кляксами разлетающегося светила. Но остров освещен, как днем. Нас встречают, наверное, все жители этой гостиницы. Можно словить комплекс неполноценности — красавицы!

Кровь с молоком, а не женщины. Даже не вериться, что эти Нимфы тут всю и грязную, и тяжелую работу сами выполняют. Тип их, можно одним выражением описать - статные славянские барыни. Голубоглазые, чернобровые, светло-русые, с губами цвета спелой вишни. Мужиков пробрало основательно. Рты раззявили, слюни пускают.

Условия царские, в прямом смысле. Кроме русской бани, тут еще и термальный источник, лиц соседок не видно, такой пар над ним клубится. Отмокала и наслаждалась. А номера! Почувствуй себя королевой, принцессой, царевной, на выбор. Ужин сегодня в номер подан. А на совместный завтрак, в девять утра, особое получено приглашение. В жизни не пропущу, если он будет так же вкусен, как и ужин.

Спала, как убитая. Подушка пахла ромашкой и мятой. Решила отдыхать по полной программе. Мне очень хотелось посмотреть некоторые залы, оставленные специально для экскурсий. Стоило мне выглянуть за дверь, как тут же обнаружилась совсем юная девушка, предложившая мне сопровождение. До завтрака далеко, почему не воспользоваться?

Мою провожатую звали Жаклин, оказывается, про свой дом, она может рассказывать часами, показывать и заострять внимание по-настоящему на изумительные вещицы. Название гостиницы, первоначальное до попадания в улей - дворец Марли, два этажа роскоши. Голубая, бежевая, изумрудная и золотая зала. Разница в обивке, колере, но в остальном шик и блеск, объединяет, завораживает.

А у меня на кончике языка вертится вопрос: «Почему меня ждали, не в смысле вчера, сегодня, а именно с утра под дверью?» вертелся, вертелся и неожиданно даже для меня сорвался.

- Так Паучиха велела сторожить, - без тени хитрости вывалила на меня девушка новость.

- ???

и видя мое изумления, тем же тоном, с которым описывала залы, пояснять начала про Паучиху. В конце её монолога я уверилась, Паучиха — дар ткач, и я ей позарез нужна. А если наши желания обоюдные? Конечно попросила отвести меня к ней.

Встретила нас грузная женщина в русском сарафане, кокошнике и чунях, видит бог именно так она сидела перед ткацким станком, а встретила меня без улыбки, только провожающей рукой на выход показала. Голову набок склонила и как сорока вперилась в меня буравящем взглядом. Сесть не предложили, да и некуда тут попу примостить, если только в тазик с клубками ниток. Но там выглядывают концы не хилых ножниц, которыми при умении меня располовинить смогут.

От её голоса я чуть не подпрыгнула, звонкий, высокий, впился мне в мозг иглой: «Узелок ты наш и не только наш, на многих ты завязана, перерубишь этот узелок, бестолковых смертей будет много, ждала я гренадера в юбке, а тут метр с кепкой в прыжке, а уменья хороши...»

прошамкала губами, выдавая тем самым, что другой у неё был возраст при попадании, довольно зрелый.

В её глазах вдруг зажглась не искра озорства, там целый костер вспыхнул: «Спрашивай?»

Первое, что пришло в нокаутированный мозг спросить — о преследующих меня, вернее весь наш караван нимфах.

- Не наши девки — бедовые, такие Стиксу по нраву, но заигравшихся не любит. Сами себя изживут, они одурманены жаждой наживы.

- И что же им надо в Озерске?

- Причин несколько, но главную я уже тебе назвала. Еще вопросы?

Я задумалась, а на что мне ответы нужны? И нужны ли вообще и в частности?

Молчание затянулось.

- Как хочешь, ты поняла верно, судьбу не переиграть, но поправить можно, от Кваза не отказывайся, ампулу ему не давай, да ты уже с этим вопросом, и сама все решила, не отравить его решили, не переживай, но ему за ненадобностью. А кому её дать сама в свое время догадаешься. Заболталась с тобой совсем, пошли завтракать, - она позвонила в золотой колокольчик над станком. Хитро подмигнула и проворно сменила обувь на атласные туфельки, под цвет сарафана.

Сарафан так может нести только королева. Может она и была ею, островок подгружается, как и все кластеры из разных эпох, и из разных миров. Мне даже как-то стало неприлично идти в походной одежде рядом. Потом отбросила условности, еще неизвестно, кто в данном случае одет по «погоде».

***

Потрясла головой, зрение сейчас нужно больше воздуха, попыталась разогнать перед глазами фееричные круги. Чуйка не просто намекала, она орала и толкала в плечо, да и сама я понимала – сказка закончилась и начались будни Стикса.

Хорошо, что скрыт набросила, но твари тоже не дураки, мой след на песке слепой не увидит и не учует.

А начиналось все так хорошо. Завтрак в белоснежной зале на каждом завитке позолота, на столе… чисто императорский завтрак, одна посуда чего стоит, я и половину приборов не могу применить по назначению. Не одна я не тушуюсь, едим чинно, но чем привыкли. Разговор почти шёпотом, о погоде, о расценках, не о чем значимом. Я только до своей комнаты добралась, как сирена взвыла благим матом по всему заведению.

Благо все свое ношу с собой, как та улитка, из комнаты только ружье прихватила и на выход. А там уже на паром первую партию загоняют – из нашего каравана – машины с водителями. От стаба дети и большая часть женщин. На остальных просто нет места, хотя в кузове наших машин кто-то тоже сидит. Приподнялась на цыпочки, а где же наша боевая мощь? Тьфу ты, за грузовиками стоят, кроме Искры, именно в них набиваются рейдеры. Наши и не наши. Я пойду вторым заходом, но уж больно не надежен катер. Искра предлагает другой вариант: "она тянет паром, а остальные загружаются на катер, тогда все успеем умчаться". Умно. Паучиха махнула головой, в знак согласия и тут же первая ступила на борт катера, а в это время вся гостиница буквально окуталась непроницаемым щитом, кто-то видимо внутри на такой случай остается.

Платформа уже нам хвост показывает, Искра и андроиды – это не развалюха, на которой мы пытаемся отчалить.

Ткачиха-Паучиха уже довольно громко командует поторопиться, повернувшись ко мне, выпаливает: "Чего стоишь, привязывайся, как и остальные". А я только заметила, что по борту целая сеть железных стоек. А ткач уже в капитанскую будку поднимается. Мы наконец отчалили. Один шаг-три я начинаю ремни теребить, застежка похожа на ремни безопасности в самолете. Отвлеклась на гудок с берега. Наши благополучно добрались. Машут руками, радуются? А меня начинает трясти, никак не могу попасть одной железкой в другую. Краем глаза замечаю сбоку черноту, успеваю только в легкие воздуха по полной набрать и ужасаюсь. Я не привязана, волна сбоку, не просто волна – девятый вал. Меня подхватило и вынесло на самый верх, некогда смотреть что с буксировщиком, опять перебираю ножками в воздухе. Приближается берег, он пуст, покрыт песком на километр, может и больше. Заигралась! Думала за хвост удачу поймала, когда спрыгнула достаточно мягко на песок. Только не знала, что за первой волной идет вторая, которая меня оглушила и потащила обратно в озеро. Спасибо когтям, и наручням. Зубы увы завязли в песке. Рот полон не только мелких крупинок, кровь из разбитых губ, стёсанных десен, представляю свою рожу, после наждачки прибрежных дюн. В отдалении слышится канонада, видимо на пир со всей округи пожаловали гости, мои воюют, да и мне не хрен расслабляться, пока иные рыбкой балуются, меня пока не учуяли.