Эрминиды (СИ) - Курленёва Анастасия - Страница 26

Северин никогда не испытывал особенной тяги к некромантии. Но Мортимер Белоголовый оказался единственным магом, к которому юный адепт решился обратиться за помощью в написании диссертации. Эрлинг ни за что на свете не признался бы в этом даже себе, но главным движущим мотивом для работы была именно церемония защиты. Глава клана всегда присутствовал на обсуждении доклада любого из лордов-вампиров. Даже если соискатель добивался всего лишь звания адепта. И сегодня рядом с Мортимером юный маг твёрдо надеялся увидеть ещё одну светлую голову.

Эйзенхиэль не приехал. Не потрудился даже поручить эту рутинную обязанность кому-то из вампиров. Просто прислал своего секретаря. Просто человека. Даже не мага. Большего лорд Эрлинг был не достоин…

— Отличная работа, молодой человек, — сказал Генрих Зальц, протягивая новоиспечённому магистру второй степени его экземпляр документа, эту самую степень удостоверяющую — ещё одна копия будет храниться у главы клана. Но Северин, зацепившийся взглядом за выведенную золотом фразу «лорд-вампир Отрон», судорожно отпихнул от себя руку секретаря.

— Я не вампир, — заявил он и вдруг рассмеялся странным каркающим смехом. — Даже он не считает меня вампиром. Мне не нужно это… этот… мне ничего от него не нужно! — воскликнул юноша уж вовсе непонятно и исчез в портале.

Мортимер Белоголовый цокнул языком, оценив лёгкость и быстроту, с которой было осуществлено перемещение.

— Напрасно ему первую степень не дали. Очень… способный юноша, — сказал некромант.

— Расстроился, что князь не приехал, — верно оценил поведение подростка проницательный господин Зальц.

— Кстати, а почему он не приехал?

— Маленькая леди заболела.

— О, надеюсь, ничего серьёзного? — с искренней заботой осведомился Белоголовый.

— Врач говорит, всё будет хорошо.

— Что ж, уважаемый Генрих, передавайте от меня привет Эйзенхиэлю и пожелания скорейшего выздоровления Мелисенте. Постараюсь навестить их в ближайшем будущем.

Секретарь и глава некромантов церемонно раскланялись.

***

Следующие несколько дней Северин метался по своему огромному замку, бессильно сжимая кулаки и зубы, заходясь издевательским смехом каждый раз, как в поле его зрения попадало собственное отражение. К концу четвёртого дня, доведённый до состояния полупомешательства отчаянием и одиночеством, юноша начал с отражением разговаривать.

— Ты — всего лишь жалкий выродок, ошибка природы, — обращался он к всклокоченному парнишке напротив, — пустое место, недостойной даже нескольких часов внимания. — Отражение оскалилось в странной ухмылке. — Ты что, всерьёз надеялся, что князь Элизобарра забыл, что ты… какой ты идиот? — Мальчишка в зеркале обидно рассмеялся. Северин закрыл лицо ладонями. Плечи его сотрясались не то от смеха, не то от судорожных рыданий. Зло вскинув голову, он вперил уничтожающий взгляд в источник всех своих бед по ту сторону стекла. — Какой из тебя лорд-вампир? Ты ничтожество, однодневка, не стоящая даже воспоминаний, ты… ты человек!!! — закончил фразу юноша, охваченный каким-то новым чувством. Гневом и яростью. — Человек и маг! И если он не хочет тебя видеть, то…

Северин вскочил и бросился в свой кабинет. Прошло всего с полчаса, как магистр второй степени открыл новый портал.

***

— Пап, что с тобой? — девочка с удивлением смотрела на пешку, выпавшую из пальцев отца. Мелисенте не удавалось припомнить, чтобы он когда-нибудь что-нибудь ронял.

— Милая, мы позже доиграем, — произнёс князь Элизобарра, вставая. — Иди в свою комнату.

— Папа?

— Иди, я сказал!

Юная княжна прекрасно знала: когда в голосе отца начинает звучать эта особая интонация главы клана, лучше подчиняться быстро и беспрекословно. Девочка ещё не успела покинуть комнату, как высокопоставленный вампир оказался окружён целым вихрем магических голограмм.

— Полная боевая готовность, — отрывисто командовал он. — Круговое перекрытие порталов. Лайта!

— Да! — пурпурные глаза на лице тысячелетней кокетки прикованы к главе клана. Омолаживающие заклинания развеялись как дым. Сегодня магические способности будут использованы для более практических целей.

— Мой выход контролируете ты и Мюнхес, — леди Тандер коротко кивнула и сосредоточилась: если Эйзенхиэль решился воспользоваться ненавистным порталом, дело и правда нешуточное. — Все прочие, — продолжал отдавать распоряжения глава клана, — подхватывают мои координаты. — Взмах руки — и веер цифр разлетелся по направлению к каждой голограмме. — Круговое построение. Даю вам десять минут.

***

Северин проклял свою затею сразу же, как вышел из портала. Эмоции, видимо, окончательно помутили его разум, когда он решил ориентироваться на ближайшее скопление магических аур. Кто бы мог подумать, что этот нехитрый метод позволит напороться на довольно тщательно засекреченную встречу элит двух кланов: боевых магов и пиромантов.

— Щенок Белого Волка! — оскалился Теус Марис. Внешность внука короля Вариона врезалась ему в память.

Эйзенхиэль не зря хвалил воспитанника за хорошую реакцию. Пульсар он отбил. И второй. И третий… а потом спина медленно пятившегося мальчика натолкнулась на почти отвесную скалу. Отступать дальше было нельзя. Что ж, зато и сзади никто не нападёт. Всё-таки достойней встретить смерть лицом к лицу. А что сегодня придётся умереть, Северин уже не сомневался. Он успел поставить щит. Но бушующая магия разогрела землю у невидимой границы до лавового состояния. Бежать больше некуда.

От любимых сфер Гаарсена Северин отказался почти сразу: не только пироманты, но и боевые маги противостояли огню более чем успешно — они и сами предпочитали работать именно с этой стихией.

«Очень хорошо, что ты умеешь обращаться с пламенем, — звучал в голове немного издевательский голос главы клана. Голос из прошлого, услужливо воспроизведённый памятью. — Вампирам это даётся нелегко. Вампирам вообще тяжело даются стихийные преобразования. Но ты человек. Так используй это преимущество полностью». — «Преимущство?» — «Любая особенность — преимущество. Придётся драться с ледяным великаном — используй огонь. А против тролля?» — «Его тоже можно раскалить». — «Можно. А можно нагреть и сразу же заморозить. Перепад температур нанесёт куда больший ущерб. С меньшими затратами энергии. Всегда думай, что ты делаешь. И зачем». — «С холодом… обращаться сложнее. И дольше». — «Чушь. Ты просто к нему не привык».

— Он п-пытается за-заморозить нас! — заикаясь, расхохотался граф Черриз, как и группа рядом стоящих магов покрывшийся инеем. — Вот г-глупец!

Одно заклинание — и пространство потонуло в тумане водяного пара.

«Традиционной атакой вампиров считается молния. Хороша тем, что кроме физических повреждений почти гарантированно наносит ущерб нервной системе. Но эффективность её сильно зависит от внешних условий. Сухой воздух, одежда, деревянный пол — всё это может защитить даже не-мага. Влага, соль, металл — напротив, будут твоими союзниками»…

Пятеро боевых магов лежат на земле, источая тошнотворный запах горелого мяса. Теус Марис от этого зрелища впадает в состояние берсерка.

Проклятие. Атака. Щит. Атака… Щит. Щит. Щит…

Князь Элизобарра, с ног до головы запаянный в драконью броню, вышел из портала и разжал пальцы, спуская заранее подготовленное заклинание. Вой бушующего пламени затихает, вскинутые руки опадают, читающиеся заклинания прерываются. Скованные параличом, человеческие тела оседают на землю. Ненадолго. Чародеи устойчивы к ментальным воздействиям. Уже через минуту или около первые архимаги сбросят с себя заклинание разума. Но этого времени хватит, чтобы беспрепятственно открылось ещё тридцать восемь порталов. И из каждого вышел лорд-вампир со своей свитой. Все тридцать восемь похожи, как братья-близнецы — за опущенными забралами драконьей брони не видно лиц. А глава клана тем временем ищет глазами мальчишку-подростка. И благодаря отменной нечеловеческой реакции находит быстро. И даже успевает выбросить вперёд руку, стряхнув с пальцев элементарный стример — простейшую атаку вампира, не требующую ни раздумий, ни подготовки. Но направлена она очень точно — вскользь пробежав по щеке, отбрасывает назад, на скалу, закачавшееся тело, уже накренившееся вперёд и готовое было рухнуть в поток лавы.