Эрминиды (СИ) - Курленёва Анастасия - Страница 29

— Заходи, — сказала она, посторонившись, и Влад Элизобарра шагнул внутрь.

Не дожидаясь приглашения, гость опустился в кресло, стоявшее посреди гостиной. Хозяйка уселась напротив. Оба долго молчали. Развивший наблюдательность вольнонаёмный чародей отметил, что глаза вампирки краснее обычного. Но несмотря на это он сказал:

— Вы нисколько не изменились за эти годы, миледи.

Леди Тандер скривила губы и отвернулась.

— Ты пришёл поговорить об отце?

Влад неопределённо повёл плечами. Он и сам не очень хорошо понимал, зачем пришёл.

— Он очень любил тебя, — сказала вдруг Лайта. — Не знаю, говорил ли тебе об этом. Но это так. И… — она замолчала, осознав, что снова готова расплакаться.

— Я знаю, — ответил бывший господин Хашшем. — И… я сожалею, что мы расстались так… холодно. И… — он снова надолго замолчал, а потом начал совсем о другом. — Я никогда всерьёз не думал, что стану главой клана.

— Почему?

— Отец пытался меня чему-то учить, но я пропускал всё это мимо ушей… — казалось, молодой вампир обращался не к собеседнице. Она, скорее, была лишь формальным поводом для излияний. — Я не мог представить себе, что переживу его. Он… всегда был так предусмотрителен. Осторожен. Расчётлив. На любую неожиданность у него было заготовлено несколько вариантов решений проблемы. А я… я понятия не имею, как управлять кланом.

— Признать это — уже большое достижение, — задумчиво сказала леди Тандер. — Так тебе нужен мой совет… правильно я понимаю?

— Нет. Совет мне не нужен.

— Что же тогда?

— Совет мне не поможет. Мне нужна советница. Какой вы были для моего отца.

Леди вампир едва заметно вздрогнула.

— Однако… это очень самонадеянное предложение, — медленно сказала она. — С какой стати мне делать это для тебя?

— А с какой стати вы делали это для него?

— Эйзенхиэль… был мне очень дорог.

— У вас был роман? — осведомился Влад с вялым любопытством.

— Это не твоё дело, — холодно заметила Лайта. — Но… нет. Он вырос в моём доме. И был мне как сын. Я многому научила его… и он это ценил. Все эти свои преобразования, которые расширили влияние клана, укрепили его позиции, были разработаны задолго до того, как Эйзенхиэль стал главой клана. И это я посоветовала твоему деду назначить преемником младшего сына, а не твоего дядю Артура. А вот у него выбора не было…

— Я не очень нравлюсь вам, миледи, — произнёс Влад, констатируя очевидное.

— Не нравишься — мягко сказано, — наморщила хорошенький носик Лайта. — Я никогда не понимала, как князь Элизобарра может не только любить тебя (увы, сентиментальные чувства всегда были в нём очень сильны), но и гордиться таким сыном.

Молодой вампир никак не отреагировал на выпад в свою сторону.

— А теперь, если вы откажетесь быть моей советницей, я всё угроблю, — проникновенно пообещал он. — Всё, чего с таким трудом достигли мой отец и вы: мощь и влияние клана, его репутация — всё пойдёт прахом. Более того, когда это произойдёт, кто поручится за вашу безопасность?

— Ты угрожаешь мне? — тонкая бровь изогнулась вопросительной дугой.

— Отнюдь. Но подумайте сами: Чёрный Дракон в антитентуре, а если клан Вампиров ослабеет или вовсе перестанет существовать, найдётся много желающих предъявить вам претензии…

Леди Тандер, с минуту уже рассматривавшая говорившего, серьёзно задумалась. Ей стало казаться, что отцовская любовь не так уж и сильно ослепляла покойного главу клана. И его сын вовсе не такой дурак, каким она считала Влада все эти годы.

— Хорошо, — сказала она, наконец. — Посмотрим, на что ты годишься.

— С чего начнём?

— Для начала… раз уж ты глава моего клана… можешь называть меня Лайта.

На Грозовом Пике молодой князь провёл несколько дней. Когда он сообщил о своём намерении отбыть в замок Элизобарра, Лайта Тандер вышла на взлётную террасу проводить гостя. И небрежным тоном произнесла:

— Да, кстати, пришли мне эту девочку, Мелисенту.

— Зачем это?

— Тебе она не к чему… а меня может развлечь.

— Развлечь? Звучит как-то подозрительно.

— Влад, — сдержанно сказала вампирка, — как я уже говорила, твой отец мне был дорог. И я хочу позаботиться о его дочери. Тем более, что в раннем детстве она часто тут бывала. Грозовой Пик укреплён не хуже замка Элизобарра. А главе клана иногда приходилось отлучаться. И надолго. Я к ней… привязалась.

Молодой вампир долго буравил собеседницу взглядом. Отвёл взгляд и отрезал:

— Нет.

Леди Тандер вопросительно подняла брови:

— Нет?

— Я сам позабочусь о своей сестре.

— О сводной сестре. И она человек.

— Другой у меня нет.

— Но зачем? Зачем тебе это нужно?

Влад помедлил, прежде чем ответить. Затем всё-таки произнёс:

— Ты не первая и, что-то мне подсказывает, не последняя, кто принимает в ней такое трогательное участие. Я пока не понял, что это значит. И пока не пойму, она будет у меня под рукой.

— Так-то ты прислушиваешься к своей советнице! — Лайта выразительно покачала головой.

— Отец прислушивался, — холодно сказал Влад, пронзив женщину колючим взглядом. — А теперь он мёртв.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я ничего не хочу сказать, — молодой вампир нашёл, что его слова прозвучали слишком резко и постарался вернуться к нейтральному тону. — И я благодарен тебе за те сведения и соображения, которыми ты поделилась со мной и с которыми ещё ознакомишь в будущем. Но это не значит, что я сделал тебя регентом-управителем. Решения я буду принимать сам. Когда буду обладать всей полнотой информации.

Одним стремительным движением новый глава клана трансформировался в крупного нетопыря и довольно скоро растворился в сумерках. Леди Тандер ещё долго стояла, оперевшись о перила террасы, и глядела в сторону замка Элизобарра, куда лежал путь молодого наследника титула. В первый раз со дня смерти Эйзенхиэля она улыбалась.

— Это будет… интересно.

10. Каждый народ имеет такого правителя, которого заслуживает

Появление Влада в родовом замке вышло очень будничным. Просто однажды секретарь вошёл в кабинет покойного князя, а там оказался его сын, задумчиво листающий приготовленные для нового главы клана документы.

— Ваше Сиятельство, — отвесил глубокий поклон господин Зальц. — Добро пожаловать домой.

Влад пристально посмотрел на секретаря, говорившего весьма сухим тоном.

— Почему ты обращаешься ко мне по титулу, а не «милорд», как к отцу? — поинтересовался он, не отвечая на приветствие.

— Потому что вы не мой лорд, — столь же сухо ответил Генрих. — Я не член клана Вампиров. А мой работодатель мёртв. Как только вы изволите принять дела и снять блокаду, я покину замок Элизобарра.

Некоторое время вампир разглядывал человека. Взгляд красных глаз был слегка насмешливым. И любопытным.

— Мы не очень-то ладили… прежде, господин Зальц, — сказал, наконец, молодой князь. — Однако я знаю, что отец всегда был доволен вашей службой. Я не намерен менять секретаря. Чтобы скрасить вашу ко мне личную неприязнь, я готов удвоить ваше прежнее жалование.

— При всём уважении, Ваше Сиятельство, — сдержанно отозвался Генрих, — боюсь, я вынужден отклонить ваше щедрое предложение. Работа на вашего отца давно сделала меня весьма состоятельным человеком. Я уже немолод, и имеющихся средств с лихвой хватит до конца дней. У меня нет родни, которую я вынужден был бы содержать или которой желал бы оставить наследство. Я служил князю Эйзенхиэлю не ради денег.

— Это ваше окончательное решение?

— Да, Ваше Сиятельство.

— Хорошо, — после небольшой паузы ответил Влад. — Пусть будет по-вашему. Однако, господин Зальц, вам придётся потерпеть моё ненавистное общество ещё с неделю. Или около. Блокаду я пока снимать не намерен.

Генрих поклонился.

— Я вынужден просить вас, Ваше Сиятельство, сделать это хотя бы на непродолжительный срок, чтобы мы с леди Мелисентой смогли отбыть в город. Княжна очень тяжело восприняла смерть отца. Ей нужен врач.