Эрминиды (СИ) - Курленёва Анастасия - Страница 6

Мысли князя Элизобарры текли всё медленнее, он начал потихоньку проваливаться в сон… Но вдруг вышколенный организм вампира выбросил в кровь точно отмеренную порцию адреналина. Сон как рукой сняло. Эйзенхиэль лихорадочно попытался сообразить, что его насторожило. А. Вот оно что. Кто-то крадётся вдоль стены.

— Ты почему не спишь, Северин? — спросил он, не открывая глаз.

— В моей комнате крыша протекает, — буркнул мальчик.

— И ты решил, что с помощью моей рапиры можно её починить?

Секунду или две Северин молчал, после чего осторожно спросил:

— А откуда вы знаете, что я её взял?

— Слышал, как она зазвенела.

— Но она не звенела.

— Ещё как звенела.

В мгновение ока вампир, только что лежавший в гробу со сложенными на груди руками, оказался прямо перед носом у Северина. За что немедленно получил огненным пульсаром в физиономию. Вернее, чуть было не получил.

— У тебя хорошая реакция, — задумчиво сказал князь, рассматривая сферу, зависшую в воздухе и вращавшуюся, подчиняясь движению его пальцев. — Для человека, я имею в виду. Но должен предупредить: если ты и дальше будешь пытаться меня поджечь, отношения у нас с тобой не заладятся.

— Простите, я не нарочно, — тихо сказал Северин. — Вырвалось.

— Ты что, на любое движение атакуешь? — саркастически вопросил Эйзенхиэль. А увидев смущённо опущенные глаза мальчика, сам удивился точности своей догадки. — Что, правда? Слуг много порешил?

— В основном крыс, — тихо отозвался мальчик, не поднимая глаз. Одного грабителя, отделавшегося тяжёлыми ожогами, он упоминать не стал.

— Так или иначе, но нападать на высшего вампира ночью, да ещё в новолуние, да ещё на его собственной земле — очень глупо.

— Да знаю я, — с ноткой раздражения отозвался мальчик. — Я же сказал, я не собирался…

— А это тебе тогда зачем? — князь Элизобарра указал на рапиру, которую маленький лорд всё ещё держал в руке. Мальчик не ответил.

— М-м-м… я, кажется, понимаю, — задумчиво сказал Эйзенхиэль и, сомкнув пальцы, погасил выпущенную Северином сферу. — Ты собирался удрать.

Юный маг злобно сверкнул на вампира глазами, но снова промолчал.

— И куда же ты намеревался идти, позволь спросить?

Северин только сжал зубы.

— Домой? Но, вероятно, замок, где ты жил, уже обложили люди твоего деда. А местные крестьяне будут не прочь разделаться не только с твоей матерью, но и с её отпрыском, который, к тому же, является членом клана Вампиров…

— Я не собирался домой, — сквозь зубы процедил мальчик.

Мужчина медленно, так чтобы тот понял, насколько сильно ему приходится наклоняться, приблизил к ребёнку бледное лицо и издевательски ухмыльнулся.

— А куда тогда? Тебя нигде не ждут.

— Я маг, — гордо вскинул голову мальчик. — Я могу…

— Хорошо, маг, а человека ты смог бы убить? Вот так вот, запросто. Не сходя с места?

— З-зачем?

— Как зачем? Иначе убьют тебя.

— Зачем кому-то меня убивать?

Эйзенхиэль вздохнул.

— Дитя ты неразумное. Ну, допустим, удалось тебе сбежать, а я махнул на тебя рукой и не стал преследовать. Допустим, тебе даже удалось выбраться из моих владений самостоятельно, хотя на это тебе и потребуется пара дней пути, и то, если не заблудишься. А потом ты встретишь людей. Пусть даже это будут не разбойники, а просто люди. Лесорубы, или крестьяне, собирающие хворост. Или охотники. Не важно. Как думаешь, что они сделают с мальчиком, у которого на бедре… нет, для этого ты слишком мал ростом… который тянет в руках вещицу, за которую можно купить пару деревень? Сам не местный, кто таков и откуда родом не говорит… чуть что, огнём швыряется…

Северин замкнулся в мрачном молчании, переваривая нарисованную вампиром сцену и воображая возможные варианты развития событий. Он не так чтобы очень хорошо разбирался в людях, но перспективы выстраивались какие-то не очень радостные.

— Почему вообще ты хочешь сбежать от меня? — полюбопытствовал Эйзенхиэль. — Кажется, я не сделал с тобой ничего особенно ужасного. По крайней мере, пока.

— Я… — мальчик поднял на главу клана предательски заблестевшие глаза. — Я не хочу быть вампиром.

— Тогда у меня есть для тебя хорошая новость, — сверкнул белоснежными клыками его собеседник. — Ты им никогда и не станешь. Даже в том случае, если бы это было самым страстным твоим желанием — ты родился человеком. Человеком и умрёшь. И, возможно, раньше, чем тебе хотелось бы. Однако…

Князь Элизобарра отступил на несколько шагов.

— Ну-ка, покажи мне, что ты можешь, — снова указал он на рапиру.

Северин смущённо протянул её владельцу рукоятью вперёд.

— Ну уж нет, — усмехнулся Эйзенхиэль. — Нападай на меня.

— Но вы… — мальчик запнулся.

— Что? Безоружен? Пусть тебя это не смущает.

— Нет, — покачал головой Северин. — Вы же высший вампир, а сейчас ночь, новолуние и…

— А ты не всегда одинаково глуп, — заметил его глава клана. — Но тем не менее. Я просто хочу посмотреть, как ты владеешь оружием. И обещаю тебя не калечить. Мне завтра тебя ещё к герцогу вести.

Северин нерешительно повертел рапиру в руке.

— Ну что теперь? Ты же так ненавидишь вампиров. Представь на минуту, что действительно можешь меня убить.

Мальчик вздохнул и встал в позицию. Эйзенхиэль начал медленно двигаться вдоль комнаты. Юный лорд Эрлинг сделал несколько выпадов, но вампир уклонялся от них без всякого напряжения. Оскалив клыки для большего драматизма, он по сужающейся спирали стал приближаться к Северину. В конце концов просто схватил лезвие открытой ладонью и… с диким вскриком отскочил в угол комнаты, отшвырнув оружие от себя. Северин отлетел в другой угол комнаты и теперь с трудом пытался подняться.

— Маленький гадёныш, — прошипел вампир, зажимая здоровой рукой пораненную. Лицо у него было такое, будто рапира, за которую он только что схватился, была раскалена добела. — Она серебряная! Моя любимая рапира — серебряная!

— Я сейчас верну назад, — сказал мальчик, подбирая с пола оружие.

— Не надо, — перебил его Эйзенхиэль, с отвращением глядя на ни в чём не повинное лезвие. — Оставь её себе. Скажи мне лучше, ты как это сделал?

— Преобразовал структуру кристаллической решётки.

— Это я понял. Каким методом?

— А их что, несколько? — заинтересовался мальчик.

— Ты удивишься, — прошипел вампир, безуспешно пытаясь унять боль в руке. — Ты где этому научился?

— Читал в книге, — Северин вдруг вспомнил, какому подвергся наказанию, когда мать застала его за чтением принадлежавших ей фолиантов, и помрачнел.

— В какой? — спросил вампир, из последних сил пытавшийся сохранять хладнокровие.

— Я не знаю, — признался мальчик. — Я открыл её наугад, прочитал несколько глав из середины… а на обложку посмотреть не успел.

— То есть, не успел? — от удивления Эйзенхиэль даже о боли забыл.

— Меня поймал библиотекарь…

— Ты что, хочешь сказать, с тобой никто специально не занимался магией? — это показалось главе клана Вампиров настолько диким, что он уставился на Северина, как будто тот был не мальчиком, а единорогом.

— Мама… — слова выходили из него медленно, будто нехотя, — говорила, что я всего лишь человек, и… учить меня чему-либо бессмысленно… потому что… — мальчик вскинул глаза на вампира и твёрдо закончил: — потому что я всё равно скоро умру.

— Ладно, — сжал зубы Эйзенхиэль не то от боли в руке, не то по другой какой-то причине. — На досуге я сам тобой займусь. А формулу-то хоть написать сможешь?

Северин немедленно начертал в воздухе требуемое.

— М-м-м… а про сферы свои ты тоже там вычитал?

Мальчик кивнул.

— Тогда я знаю, что тебе попалось, — задумчиво сказал белокурый вампир. Вариант был всего один, но факт, что ребёнок не только смог разобраться в таком заумном наукоёмком труде, но и использовать его на практике, поверг главу клана в некоторое замешательство.

— Хорошо, — сказал он, справившись, наконец, немного с болью в руке, — давай посмотрим, что там у тебя с крышей…