Мятежные Души (ЛП) - Мюллер Челси - Страница 40

— До сегодняшнего дня он не особо раскрывал секреты. Можно подумать, что он бл*дский Гудини.

Её шутка не вызвала веселья.

Дерек нахмурил брови и напряг пальцы так, будто сдерживался, чтобы не стиснуть её слишком крепко.

— То есть, он никогда не упоминал, откуда берутся души?

— Я видела рокеров, которые приходили заложить свои души, — сказал Калли с уверенностью. Но уверенность её подвела, и когда она продолжила, сомнение покрыло её слова словно слоем грязи. — Я никогда не видела, чтобы он принимал в залог чистую душу. Ничего такого, что подходило бы под его высшие стандарты.

Знающий взгляд Дерека заставил её сердце ухнуть в пятки.

— Где он их берет? — её шёпот прорезал воздух между ними. Как будто даже её драндулет решил, что этот момент требует тишины, и приглушил рычание и рокот под их ногами. Её слова повисли между ними, вопрос подхватило несуществующим потоком тёплого воздуха от не-совсем-полностью работающей печки.

— Я никогда не видел этого места. Мне кажется, надо это упомянуть.

Дерек тянул время, но вместо того чтобы указать ему на это, Калли ответила нейтральным:

— Хорошо.

— Знаю, ты слышала, как он говорит о наполнении колодца. Или о визите к колодцу. Или ещё что. Колодец реально существует.

— Это колодец душ? — даже теперь, зная, что магия реальна, а души могут отделиться от тел безо всякого небесного продвижения к светлому идеалу или огненной бездне, Калли всё равно сложно было скрыть скепсис в голосе. Потому что, ну давайте будем честны, это звучит как вымысел.

— Да. И он принадлежит Кортеанской Католической Церкви.

Мозг Калли размягчился от невозможности этого заявления. Она пролепетала несколько возражений, но ни одно не было внятным или весомым. У Дерека нет оснований врать ей, но как это может быть правдой? Церковь делала деньги на искуплении обманным путём? Они настолько пресытились, что перестали искать спасения старомодным путём? Или это и есть старомодный путь?

— И как долго он им принадлежит?

— Предположительно это причина, по которой конкистадоры пришли сюда. Причина, по которой кортеанцы организовали магазин и основали Джем Сити.

— Но Заклинатель здесь недавно. Магия душ существует лет десять. Не столетиями.

— Прошло десять лет с тех пор, как Заклинатель стал работать в открытую. Это не значит, что подобное дерьмо не происходило уже давно. Заклинатель никогда не говорит.

Заклинатель не говорил многого. Он не упоминал, что ведёт регулярные дела с церковью. Он не обмолвился, что для подобного дела необходимо существование обширной сети. Неудивительно, что у него имелись конкуренты. Магия душ была не нова. Он не был её первопроходцем... если только он не доживает уже второй век.

Калли покачала головой, но образы не выходили из её головы. Она попыталась закрыть глаза, а когда и это не помогло, она прижала ладони к глазам, пока перед ними не заплясали звёздочки. Когда она убрала руки от лица и снова открыла глаза, Дерек наблюдал за ней. Полное боли выражение, исказившее резкие черты его лица, ранило Калли. Может, нужно истекать кровью, чтобы принять такую правду. Тебе нужно быть ободранным и сломленным, и слишком избитым, чтобы сопротивляться фактам. Калли хотелось бы, чтобы она сумела отвергнуть это знание. Ей хотелось бы не знать, каково это — чувствовать себя настолько измождённой, что уже не борешься с невероятным.

Она облизнула губы. Один раз, потом ещё один. Дерек больше ничего не говорил, но с другой стороны, что он мог сказать? Это не шутка. Это не то, с чем он смирился. Это факт без контекста. Он давал частичную правду, потому что это всё, что у него имелось.

— Ладно, — произнесла Калли скорее для того, чтобы подтвердить, что она жива, а не для согласия с чем-либо. — Какое отношение Заклинатель и Кортеанский колодец душ имеют к твоему брату?

— Он священник.

Калли долгое время ничего не говорила. Она истратила свою способность реагировать на безумные заявления. Если бы у неё ещё оставалась энергия, Калли была бы ошеломлена. Она бы вскинула руки, она бы встряхнула его, она бы задала миллион вопросов. Вместо этого она просто подтвердила факт.

— Твой брат — священник.

Неверие окрасило её слова, но уже без пылкости былого негодования. Калли наблюдала за Дереком, ожидая увидеть признаки страха, сожаления или хоть каких-то эмоций. Он просто выглядел уставшим. Призраком прежнего себя. Тёмные круги под глазами. Мятая футболка. Плечи ссутулены вперёд, подбородок почти касается груди. Они были двумя сломленными созданиями, забившимися в убежище очень старой машины, припаркованной на заброшенной улице зимней ночью. Ветер свистел вокруг автомобиля, словно пытался подтолкнуть их к действию. Машина оставалась на месте, но Калли взяла Дерека за руку.

— Ты никогда не упоминал его.

— Мне не нравится говорить о нём. Или с ним.

«Почему?» — подумала Калли, но сдержала этот вопрос. Это не то, что он мог объяснить. Когда люди гадали, почему она не могла перестать помогать Джошу, они спрашивали, почему она позволяет ему тянуть себя на дно. Простого ответа не существовало. Семья делает подобные вещи. Он заслужил это, поддерживая её, когда Калли была маленькой. Может, она заслуживала заботу Джоша в будущем? Она не вела счета, кто и что для кого сделал. Помощь ему казалась правильной. Этот ответ никого не удовлетворял. Даже Калли.

Должно быть, Дерек в той же лодке. Что бы ни гнало его от брата, это не так просто. В его прошлом имелось нечто тёмное и деликатное. Калли загоняла такие секреты вглубь грудной клетки и время от времени покрывала их разными оттенками алкоголя. Это прятало их, но не заставляло исчезнуть.

— Думаешь, он нам поможет? — такой вопрос задавать безопаснее.

— Он кайфует от помощи людям, — тон Дерека указывал, что это не первый раз, когда его брат припоминал ему помощь. Что ж, хотя бы Дельгадо не тыкали друг друга носом в свои благие деяния. Зара не вела счёт, потому что не делала ничего хорошего для Калли, если не считать рождения на свет. В некоторые дни (когда она работала двойные смены, принимая сообщения Зары про то, как Джош в разы лучше её, и когда она пыталась припомнить последний раз, когда она делала что-то не для матери и не для брата) Калли не принимала рождение в учёт.

— Поняла, — она пыталась придумать, что ещё сказать. Она просто слишком вымоталась, чтобы нормально его утешить. Как Дерек делал это с ней, когда они только познакомились? — Он знает о Заклинателе, колодце или... — она умолкла, потому что подумала, что перечисление всех проблем и причастных сторон не поможет ситуации.

— Он знает, — Дерек на мгновение поджал губы, словно сдерживал что-то ещё. Должно быть, сработало, потому что вместо пояснений он тронул машину с места и повёз их на восток, снова в сторону Плазы.

Несколько минут они оба не говорили ни слова. Окно со стороны Калли дребезжало, когда они подпрыгивали на выбоинах. В конце концов, надо будет с ним что-нибудь сделать. Ездить с выбитым окном зимой — плохая идея. Придётся откладывать деньги, чтобы оплатить ремонт. Каким-то образом.

— Он сейчас будет там? — спросила Калли, чтобы отвлечь себя. Ради Дерека она избегала слова «брат».

— Он живёт при церкви, — он отгораживался. Переходил в тот ворчливый, спартанский режим. Скоро начнёт фыркать в ответ. Калли не признавала этого вслух, но сейчас она слишком эмоционально обнажена, чтобы он так с ней поступал.

— Останься со мной, — пробормотала она.

Дерек покосился на неё. Зелёный свет светофора озарил его лицо сбоку. Как будто вселенная говорила ей оставаться с ним и надеялась, что Калли не заметит тьмы, в которой купалось остальное его тело.

— Никуда и не ухожу, куколка.

— Никогда не думала, что ты поведёшь меня в церковь, — произнесла она с нервным смешком, который вызван то ли страхом, то ли нехваткой сна. В её случае — и тем, и другим.

— Когда увижу твою маму в следующий раз, непременно упомяну, что водил тебя к священнику. Уверен, она ещё раз позовёт меня на ужин, — его смех был таким же абсурдным, но это лучше, чем оглушительная тишина, захватившая их в плен несколько минут назад.