С нежностью цвета огня. Книга 2 (СИ) - Тэль Аадет - Страница 3

Проходя мимо покрашенного им штакетника, сиир пробегает по нему почти что хозяйским взглядом и кивает, удовлетворённый результатом малярных работ.

Вот только бабушки дома нет.

Растерянно постояв у запертой двери, оборачиваюсь:

— Давайте после обеда ещё зайдём. Вряд ли она уехала надолго, но не ждать же здесь.

— Может быть, предупредишь её о нашем приходе?

— Нет, пусть будет сюрприз. Если предупрежу, она всё это время проведёт у плиты и наготовит столько, что на десять человек хватит. И расстроится, если в нас это не влезет: подумает, что невкусно.

Использовав для обратного перемещения двери сарайчика, мы выходим на крыльце дома Лена.

В двух шагах от Рраяра.

Не ожидавший такого джарой пятится, а потом и вовсе оглядывается на ворота.

Забеспокоившись было, вовремя вспоминаю, что в мужьях он теперь числится только формально, да и то временно. Это очень упрощает ситуацию.

— Чему обязан? — прохладно интересуется Аллеон.

— Да вот, — усмехается Рраяр, — заглянул убедиться, что эта пигалица никуда не влипла.

— Беспокоился, значит? — широко улыбаюсь, беря разговор в свои руки.

Заметив, что я не только не рассердилась, но даже и не обиделась на его пренебрежительный тон, Рраяр хмурится.

— А у меня для тебя хорошие новости! — сообщаю, не скрывая своей радости и не давая ему возразить. — Льирраэнт согласился послать тебе другую ли-моисс! — и в подтверждение демонстрирую ему символ клятвы.

Я ожидала, что он не поверит или удивится, или хоть улыбнётся, но Рраяр вдруг бледнеет от ярости.

— Ты что наделала, пакость? — угрожающе рычит, наступая. — Решила от меня отказаться?!

Казавшаяся довольно удачной идея внезапно теряет свою привлекательность.

— У тебя же теперь будет возможность…

Я не боюсь его! Не боюсь!.. Просто пусть не подходит!

— Собралась передаривать меня, как чёртов ненужный подарок?!.. Стойте там, иначе обездвижу обоих! — командует, не отворачиваясь. — Думаешь, я позволю?!

Схватив за руку, он с силой дёргает меня на себя, и, пока я лечу, мы оказываемся на пороге храма.

Проклятый ходячий портал!

Каменные стражи зашевелились, гневно хмуря брови, но джарой не обращает на них никакого внимания.

— Отпусти! — шиплю. — Ты делаешь мне больно!

— Неужели? — переспрашивает издевательски, втаскивая внутрь.

Доведя до статуи покровителя путешественников, разворачивает, крепко сжав плечи и прожигая взглядом:

— Слово в слово повтори, что ты попросила!

— Да что ты взъелся?! — вырвавшись из его хватки, отскакиваю на шаг. — Для тебя же, придурка, старалась!

— Что ты просила?! — ярится он.

— Чтоб ты мог снова кого-нибудь полюбить! Чтоб тебе, идиоту пришибленному, с другой повезло, раз я не устраиваю!

Он прищуривает убийственный взгляд, часто и тяжело дышит, так что крылья носа трепещут, и медленно достаёт из внутреннего кармана короткий кинжал.

— Что-то ещё? — уточняет почти спокойно, не на шутку меня напугав.

Как я могла забыть, что он псих? Первое впечатление было верным!

Похолодев, загнанно озираюсь по сторонам. Кроме нас, в храме только парочка, заключающая брак у алтаря богини любви. Если меня сейчас принесут в жертву, они не заметят. Помощи ждать неоткуда. Нужно бежать.

Сглотнув, осторожно отступаю назад.

Рраяр изгибает бровь, но не останавливает.

Хорошо.

Ещё на шаг ближе к выходу.

— Что ещё ты говорила? — с нажимом повторяет он, не двигаясь с места. — Вспоминай.

— Ничего особенного, — тихо и размеренно отвечаю я, задом наперёд подкрадываясь к дверям. — Только то, что помогу вам найти общий язык. Только это, честное слово.

Короткий хищный прыжок, цепкие пальцы на запястье, — и кинжал до крови царапает мою ладонь.

— Слушай меня внимательно, — требовательно шепчет Рраяр, не отпуская мой взгляд, и испуганный возглас застревает в пересохшем горле. — Сейчас ты будешь очень сильно просить отменить эту клятву, ясно? Очень сильно. Иначе…

Многозначительно не договорив, он ранит и свою ладонь тоже, а потом прижимает наши руки к алтарю.

— Только дёрнись!

Едва получив свободу, отшатываюсь:

— Не смей, слышишь? Никогда не смей мне приказывать!

Обмакнув палец в капельку крови и жутковато улыбаясь, он чертит какую-то завитушку.

Алтарь вспыхивает зелёным, резонирует на низких частотах, от которых дрожат стёкла, вибрирует пол и неудержимо сотрясается тело.

— Что ты сделал? — спрашиваю испуганно.

— Хорошенько запомни это чувство, — наставительно произносит джарой, следя за гаснущим сиянием. — Чувство, когда кто-то другой держит в руках твою жизнь и судьбу… И, проклятье, никому больше не позволяй тащить себя в храм и пускать кровь! Это верх глупости! Аллеон совсем ничему тебя не учил?! А если бы я потребовал клятву вечного долга?! Ты бы рабыней стала! Собственностью! Дышать бы без моего разрешения не смогла!

Подходит ближе, берёт за руку, рассматривая серебристую вязь, хмыкает:

— Да не бойся ты!.. Мальчишка отметился?

— Его зовут Медиф, — напоминаю раздражённо. — Ты собираешься объяснить, что это было?

Новых татуировок, вроде бы, не появилось, так что брак мы не заключали. Но что тогда?

— Воспитание.

Хочется сказать, что я — не ребёнок, чтобы меня воспитывать, но я прямо вижу, что он и ждёт именно этого ответа, чтобы припомнить мне нашу встречу у института.

Сердито отнимаю свою руку, ещё раз осматриваю себя на предмет чего-нибудь необычного, всей кожей чувствуя, что гадкий джарой насмешливо улыбается, и замечаю, что кое-что изменилось.

— Кольцо клятвы побледнело!

— Конечно.

Так вот, что он сделал!

— Но не исчезло…

— Ты же обещала «помочь» не только мне, но и той, кем собиралась себя заменить. Узор исчезнет полностью только после того, как и она откажется… Я надеюсь, ты всё поняла? Никакой больше инициативы! Будет только так, как я сам решу!

— Да пожалуйста…

— Что надо сказать? Ну?

— Я больше не буду, — цежу зло.

— Умница, — фыркает он. — А теперь идём.

— Давно пора было! Аллеон, наверное, беспокоится.

— Ничего, ещё немного они подождут.

— Подождут? Но разве… Куда ты опять собрался меня тащить?!

— Ко мне домой. Ты же не думала, что уже прощена?.. Ты действительно так думала? — он даже смеётся. — Ну нет! Здесь я всего лишь позаботился о своём будущем, а к твоему наказанию мы ещё и не приступали.

Тягаться в проворстве с тем, кто умеет телепортироваться, очень трудно. Убежать от него — нереально. Но я стараюсь. После телепортации, едва ощутив под ногами землю, бросаюсь прочь. Идеально было бы улизнуть через дверь, но он предусмотрительно закинул нас в сад и сразу же взялся за ремень брюк, показав тем самым, как именно собирается мстить.

Очень сомневаясь, что это только шутка и самого наказания не последует, убегаю от азартно улыбающегося мужчины так же панически, как на заре нашего знакомства. Рассматривать дом времени нет, но вот сад у него обширный. Лену бы здесь понравилось. Подстриженные кусты, цветущие клумбы, фонтаны, ухоженные деревья — все эти препятствия и то, что из спортивного интереса Рраяр не использует магию, чудом помогают мне не попасться. Пока. С каждым вдохом в боку всё сильнее колет, и я чувствую, что конец уже близок.

Вдруг густой зелени блеснула кованая дверца! Не дверца даже, скорее, калитка, но я готова рискнуть.

— Не входи туда! — выкрикивает Рраяр, появляясь прямо у меня перед носом. — Нельзя!

Шарахнувшись, огибаю огромную кадку с кустом и вновь, пуще прежнего, устремляюсь к спасительной створке.

А за ней маленькая беседка и мольберт с незаконченным пейзажем, палитра и кисти. Если не обращать внимания, что на картине изображена осень, а краски давно высохли и потрескались, можно решить, что художник отлучился всего на минутку и вот-вот вернётся.

Остановившийся за моей спиной джарой молчит.

— Ты всё ещё её любишь, — шепчу едва слышно.