Эджвуд (ЛП) - МакКвесчен Карен - Страница 17

— Как-то мы проголодались и решили рискнуть. Сказали Рози, официантке, что мы студенты. Ей, похоже, хватило. Теперь мы часто туда наведываемся. В такое время нас и не видит больше никто, кроме того старика, Горди, но он и мухи не обидит.

— И как долго вы так бродили, пока не увидели те огни?

— Ну, месяца два, кажется, — задумалась Мэллори. — Мы тогда были на другом конце города, когда они появились в небе. А когда мы добрались до поля, они уже легли на землю идеальной золотой спиралью. Мы тогда все обошли, словно заворожённые. Всё-таки, мы такого никогда в жизни не видели. Правда, не взяли тогда с собой ничего, настолько тогда все были поражены. Джеймсон до сих пор локти кусает, — она сморщила носик. — А когда вернулись при свете дня, там уже поработали бульдозеры. Просто сняли дёрн по всему периметру и увезли. Мы даже и не поняли кто. Трава там потом ещё долго не росла.

— И вы так и не разобрались, кто это был?

— Нет. Вся земля вокруг станции находится в собственности у города. Я попыталась позвонить в мэрию с левого номера, но там молчат как рыбы. Все, с кем я пыталась поговорить, утверждают, что ничего об этом не знают. Однако их внимание я определённо привлекла. Когда меня соединили с мэром, тот очень настойчиво интересовался, кто я такая и почему спрашиваю об этом. Точнее, требовал. Пришлось бросить трубку.

А затем, рассказывала она, стало совсем странно. По всему городу появились объявления, на которых предлагалась награда за любую информацию о падении метеорита, дата соответствовала дате появления тех огней.

— Конечно же, не было никаких метеоритов, просто им понадобилось что-то придумать.

Я щёлкнул пальцами.

— Я тоже их помню. Они висели в том числе и на доске объявлений у супермаркета.

Мой друг Джастин всё шутил, что как-нибудь выдумает историю о нём и заработает кучу денег.

Мэллори кивнула.

— А ещё у почты и много где ещё. Самое интересное в том, что по новостям про метеориты и слова не было, равно как и про те огни.

По её словам, Надя с самого начала максимально осторожничала. Именно она установила правила о том, чтобы они никому ничего не рассказывали, не пользовались настоящими номерами телефонов и не искали информацию в интернете.

— Тогда это показалось излишне бзумным, — сказала Мэллори, подбирая под себя ноги. — Вот только вскоре мы поняли, что не так уж она была и неправа. Я пользовалась библиотечным компьютером для поиска информации под именем «Марсина Фоллис». Я думаю, ты и сам догадался, что это анаграмма моего настоящего имени, Мэллори Нассиф.

— Конечно, — я постарался выглядеть максимально умно.

— Поиски завершились неудачей. Я не могла поверить в это. Я целый час забивала самые разные ключевые слова, но никаких записей не нашлось. Если бы не Надя с Джеймсоном, я бы просто подумала, что мне это всё привиделось. А неделю спустя Джеймсон пришёл в библиотеку по учёбе и увидел двух ребят в костюмах, очень важных. Он подслушал их разговор, кажется, они были из ФБР и хотели поговорить с тем, кто отвечал за библиотечные компьютеры. Главный библиотекарь, Миссис Уик, ты её знаешь? Она вышла ошарашенная. Они попросили у неё список пользователей и протоколы использования компьютеров. Взяли, сверили с какими-то бумагами, а потом один из них сказал, что им нужна контактная информация некой Марсины Фоллиз. Джеймсон сказал, что у него волосы на спине от этих слов дыбом встали. Миссис Уик проверила это имя у себя по базе и, конечно же, не нашла у себя такого имени. Один из тех ребят даже оттолкнул её от компьютера и проверил лично. Потом ей устроили головомойку за то, что не проверяет ID пользователей. Джеймсон говорил, что она, бедняжка, была готова в обморок грохнуться.

— Потому-то ты и решила, что они опасные.

— О, это были цветочки, — Мэллори явно наслаждалась ролью рассказчика. Ощущение складывалось такое, будто она всё это время жаждала поделиться своей историей хоть с кем-нибудь. Она начала загибать пальцы. — Сначала астрономическое явление, о котором никто не знает. Затем зачистка поля от доказательств и поиск свидетелей. А потом эти «фэбээровцы», — на последних словах она сделала пальцами знак кавычек, — которые ищут информацию о тех, кто ищет информацию о происходящем. На этом пункте у нас просто сорвало башню. После этого Джеймсон срочно увлёкся астрономией, а Надя принялась изучать работу ФБР, чтобы понять, что могло вызвать такой их интерес. Мы ведь ещё даже не успели что-то накопать, а тут такое. И это было только начало. Через несколько дней после визита парней в костюмах мы втроём опять выбрались на ночную прогулку. Мы зашли в закусочную, чтобы перекусить, и, когда Джеймсон потянулся за солонкой, та сама пролетела полстола к нему в руку, — она засмеялась. — Видел бы ты его лицо. Вскоре после этого Надя поняла, что может понимать, врут ли ей люди, что они из себя представляют. А если прикоснётся и посмотрит в глаза, то может увидеть их прошлое, ближайшее, по крайней мере. Она говорит, что для неё это словно смотреть кино, только почти мгновенно.

— А ты, значит, открыла способности к гипнозу, закончил я за неё.

— Ага, — она улыбнулась. Внезапно я почувствовал, что не могу отвести взгляда от её больших тёмных глаз.

Я почувствовал, что наклоняюсь вперёд, чтобы… Так, стоп! Я выпрямился.

— Ты сейчас его не применяла?

— Нет! — она потянулась ко мне и игриво похлопала по руке. — Я бы ни за что такого бы не сделала, по крайней мере, без твоего согласия. Да и не думаю, что тебе понадобилась бы демонстрация.

— Да, и правда не понадобилась. По крайней мере, на мне, — сказал я, чувствуя прилив смущения. Я вспомнил мастеров гипноза с канала «Дискавери», заставлявших вытворять людей всякие глупости, например, признаться в любви абсолютно незнакомому человеку или станцевать под воображаемую музыку. Я и без помощи со стороны могу опозориться до конца жизни, спасибо.

— Круто всё-таки, что ты можешь исцелять людей, — сказала она. — Просто представь, что теперь можно делать.

— Я всё не могу поверить, что сделал нечто подобное. Не уверен, но должно быть и другое объяснение.

Словно не слыша меня, Мэллори продолжила свою речь, правда уже в другом русле. Я давно уже заметил, что девочки часто так делают. Например, папа мог обсуждать услышанные по телеку новости, как вдруг мама прерывает его и спрашивает, поменял ли он масло в машине. Но Мэллори, по крайней мере, не поменяла тему столь же радикально.

— Мы тут провели мозговой штурм, чтобы понять, кто же на самом деле заявился в библиотеку. Если это не правительство, то наверняка какая-нибудь корпорация хочет прибрать к рукам камешки.

Два главных клише — злое правительство или злая корпорация.

— А может, те огни дело рук инопланетян? — пошутил я.

— Мы и такое рассматривали, — серьёзно ответила она. — Пока мы мало что можем сказать точно. Но склоняемся к мнению, что это был естественный феномен, который пока никогда не происходил. Ну, или нигде не был зафиксирован. В этом то и радость для исследователя. С ростом количества информации мы можем изменить привычное научное знание. Причём сильнее, чем можно представить.

— Так почему бы не пойти со всем этим к властям? — задал я резонный вопрос. — Ну, или хотя бы к родителям.

— Даже не думай об этом. Я серьёзно. У нас свои причины не кричать об этом на каждом углу.

— Но разве не разумнее было бы…

Меня прервал шум внизу: звук открывающейся и закрывающейся двери, обычные звуки возни приехавших Карли и Фрэнка. Карли крикнула:

— Эй, есть тут кто?

Затем прикрикнула на сына, чтобы тот разулся и положил рюкзак на полку у входа.

— О, нет, — простонал я.

— Что-то не так?

— Моя сестра племянника оставляет. Он у нас перекантуется недельку.

— Оу, мило, — произнесла она. Сразу видно, ни разу не встречалась с Фрэнком Шрапнелем. — Сколько ему?

— Десять. Он… — объяснять что-то было поздно, потому что Фрэнк затопотал по лестнице. Он и раньше скромностью не отличался, но сегодня эта черта его характера спала особенно крепко.