Эджвуд (ЛП) - МакКвесчен Карен - Страница 4

— Я — козерог! — вставил свои пять копеек Крис Дженнингс, с которым я дружил в младших классах задолго до того, как начал разбираться в людях.

— Вы, наверное, имеете в виду астрологию, мистер Дженнингс. — Мистер Спектр вытянул платок из кармана штанов и промокнул им бровь. — Еще один восхитительный предмет, но, к сожалению, в учебном плане его нет, — хорошо пошутил, как будто у нас вообще был строгий учебный план. — Я говорю сейчас об астрономии, которая изучает объекты и материю вне атмосферы Земли, их физические и химические свойства. — Он посмотрел на нас поверх очков. — Такое определение дает словарь, но это довольно поверхностное понимание, как по мне. Наука астрономия имеет куда большую глубину. — Он провел взглядом по комнате. — Уильям Шекспир говорил «Наша судьба не в звёздах, но в нас самих». Кто-то может объяснить, что это значит?

Мэллори подняла руку, и когда он ей кивнул, ответила:

— Не совсем так, мистер Спектр. Это на самом деле цитата из «Юлия Цезаря», и дословно звучит так: «Порою человек — судьбы хозяин. В своем порабощении мы самы, не звезды виноваты, милый Брут»6.

Мне казалось, что мистера Спектера взбесит, что его исправили, но он просто кивнул.

— Молодец, мисс Нассиф. И что же это значит? — он обвел взглядом класс. Мэллори уже начала было отвечать, но он махнул рукой, останавливая ее. — Пусть еще кто-то попытается, ладно?

Он указал на ученика в переднем ряду, но тот лишь пожал плечами, мол, нечего сказать. Мистер Спектр облокотился на белую доску.

— Ну же, в классе двадцать четыре ученика. Мне так кажется, мозги есть не только у мисс Нассиф.

Ого, это уже слегка грубовато. Особенно если такое говорит мистер Спектр, обычно вообще не требовательный.

— Можете повторить цитату? — отозвался кто-то.

Мистер Спектр удивленно взглянул на Мэллори и та, выровнявшись, повторила:

— Порою человек — судьбы хозяин. В своем порабощении мы самы, не звезды виноваты, милый Брут.

— Это что, урок английского? — заворчал кто-то. — Я хочу заняться наукой.

Мистер Спектр проигнорировал замечание и подошел ко мне.

— Мистер Бекер, не соизволите ли объяснить нам, что же это значит? — Он наклонился ко мне и застучал пальцами по тетради.

Я прокашлялся и, немного нервничая, произнес:

— Ммм… Я думаю, это значит, что наша судьба зависит только от нас. Дело не в том, что с нами случится, а в том, что мы можем на этот счет сделать.

Мистер Спектр проницательно взглянул на меня и кивнул.

— Очень хорошо. — Он энергично вернулся в центр класса. — Сегодня ночью в паре миль отсюда произошло феноменальное астрономическое событие. Вы могли его увидеть, если еще не спали где-то около часа ночи. Кто-нибудь в курсе, о чем это я?

Я сразу же понял, о чем он, но не стал тут же признаваться в том, что гулял ночью.

— Да ладно вам, — произнес он через минуту. — Это же так восхитительно. Кто-то же наверняка видел.

— Расскажите немного больше, — сказал Крис Дженнингс. — Может быть, я и видел, только не уверен в этом.

— Тогда бы ты точно понял, — ответил мистер Спектр, но в этот раз чуть тише. Он пробежался взглядом по классу, чуть задерживаясь на каждом ученике. — Дополнительный балл тому, кто может на этот счет что-то сказать, — начал клянчить он. Я опустил взгляд, не желая встречаться с ним глазами.

— Мистер Спектр, дайте нам хоть небольшую подсказку, — попросила одна из учениц.

— Подсказок не будет.

Он начал идти вдоль первого ряда возле выхода.

— Тот, кто это видел и сможет все описать в деталях, освобождается от проекта на зачет и автоматически получает за него пятерку. — Теперь интересно стало всем.

— Ничего себе.

— Круто!

— Так не честно. Что тут поделаешь, если не видел.

— О-о, — вскрикнув, Элли Вестфал подняла руку.

— Да, мисс Вестфал?

— Я только что вспомнила. Сегодня ночью я выглянула из окна и там было затмение.

— Неплохая попытка, но это не то.

Мистер Спектр обходил ряд за рядом, стол за столом, останавливаясь возле каждой парты, и клал руку каждому ученику на плечо. Если на него не реагировали, он называл имя, пока на него, наконец, не обращали внимание. Никто не понимал, о чем он спрашивает, кроме меня.

От меня его отделяло пять учеников, и я даже не представлял, как с этим справлюсь.

Передо мной уже четыре ученика.

— Брэд? — спросил он следующего ученика, но Брэд лишь покачал головой.

Осталось три ученика. Мое сердце забилось чуть сильнее. Я старался не выглядеть взволнованным.

Напротив меня раздался сдавленный булькающий звук и я, несмотря ни на что, взглянул в ту сторону. Звуки издавала Мэллори Нассиф. Ее голова вздрогнула и начала трястись, а ее хвостик закачался туда-сюда. Она свалилась со стула прямо в проходе, а ее голова громко билась о линолеум.

Как только она оказалась на полу, началась паника. Кто-то из девушек вскрикнул, все принялись следом что-то кричать.

— Надо позвонить в учительскую.

— К черту учительскую, вызовите кто-нибудь 911.

— Я слышала, что во время припадка нужно положить что-то в рот, чтобы она не глотнула свой язык.

Это не было похоже на припадок, потому что, когда она упала на пол, она уже не тряслась, а просто замерла, не двигаясь. Мистер Спектр взял ситуацию под контроль: он послал одну из учениц в учительскую, остальных попросил отодвинуть столы от того места, где лежало тело Мэллори. Тело — будто она была уже не жива. Вся ситуация выглядела очень нереалистичной. Мэллори совсем не двигалась и даже не вздрогнула, когда он, склонившись над ней, нащупал на шее ее пульс.

— Пульс есть, и она дышит, — сказал он, ни к кому не обращаясь.

К тому времени, как миссис Шредер из медпункта подошла к классу, глаза Мэллори, слегка задрожав, открылись, и он помог ей сесть за парту.

— Успокойся, — очень по-доброму сказал он ей.

Она оглянулась, недоумевая.

Кто-то из девчонок отпускал дурцкие комментарии. Кто-то уже успел достать мобильники, хотя это было против правил. Наверняка они уже запостили новость на фейсбуке, набирали сообщение или еще что-то в этом роде. Мне они показались немного равнодушными. Когда миссис Шредер и мистер Спектр помогли Мэллори встать на ноги, все аплодировали, словно раненому игроку на спортивном событии. Она все еще шаталась, потому взрослые решили, что ее должен осмотреть врач.

— У меня, наверное, голова закружилась, — отнекивалась Мэллори. — Я просто утром не завтракала и у меня низкий уровень сахара. Так что все хорошо.

Не думаю, что с ней было все хорошо, особенно учитывая тот факт, что ее голова грохнулась на пол, как упавшая дыня.

— Обследование точно не помешает, — успокоила ее миссис Шредер, осторожно провожая ее к выходу из класса. Эмили собрала вещи Мэллори и как истинная подлиза пошла за ними. Как только они вышли, прозвенел звонок и урок закончился.

Глава 4

Той же ночью, скорее по привычке, нежели по необходимости, я вышел из дома где-то около полуночи и прошелся по своему обычному маршруту. Я все думал о том уроке мистера Спектера, пока шел. Так странно, что он начал обсуждать то самое астрономическое происшествие, которое я видел прошлой ночью. Но как же он мог о нем узнать, если даже в новостях о нем никто не вспомнил? Я бы не стал рассказывать на уроке о том, что видел, даже под предлогом его льгот. Дополнительный бал — невелика потеря. Как будто это могло заставить меня сознаться, что я гуляю по ночам. И все же странным было то, с каким пристрастием он об этом выспрашивал. Как будто ему позарез нужна была эта информация. Мне показалось это немного подозрительным.

Прогуливаясь, я все еще раздумывал над этим, пока не дошел до Старого Эджвуда. Одна из моих первых остановок — дом, где живет старая дама. Очень старая, около восьмидесяти пяти. Эта дама никогда не закрывала шторы, поэтому ее очень хорошо было видно в окне. Она спала, сидя в кресле, но временами шаркала повсюду на ходунках. Большую часть времени старушка обычно смотрела телевизор, но ей не было особо интересно то, что там показывают. Рядом с ней никого не было: ни сиделки, ни членов семьи. На вид она была слишком слабой, чтобы находиться в одиночестве. Я пробил в интернете ее адрес и имя. Нелли Смит, это действительно была она. Хотя на часах уже давно пробила полночь, я никогда не видел ее в халате. Внутри, наверное, было прохладно, потому что на ней всегда были спортивные брюки и огромного размера спортивный свитер (на таком обычно нарисованы птицы или божьи коровки).