Эджвуд (ЛП) - МакКвесчен Карен - Страница 56

— А как вообще Дэвид получил ключ?

— Его прадед, отец Гордона, был начальником железнодорожной станции миллион лет назад. Ключ остался в семье.

— Что ты собираешься с ним делать?

— Ничего, — она сунула его обратно под рубашку. — Мне просто нравится иметь его.

Наполнив бокал вином, Карли принесла мне подушку, несколько одеял и запасную зубную щетку и оставила всё мне. Спать на диване — это не то же самое, что на матрасе, но её диван, по крайней мере, был довольно длинным, а я смертельно устал. Я знал, что долго не проснусь.

Я опустился на подушку и натянул одеяло до подбородка. Именно тогда я почувствовал присутствие Нади в комнате. Её голос прорезал тишину в комнате, даже в моей голове он казался громким.

О, Расс, слава Богу, ты в порядке.

Я почувствовал её облегчение. Еще секунду назад я чувствовал, что она не была уверена, жив я или мёртв.

Я справился. Конечно, я в порядке. Ты же знаешь меня, я неуязвим. Я ужасно волновался. Куда ты ушла, Надя? Ты была со мной, а потом ушла.

Я знаю, знаю. Извини. Мама думала, что я сплю, и трясла меня, пока я не вернулась. До этого момента я не могла оставаться одна.

У меня в голове мелькнул образ её матери. Я видел её сердитое лицо, её руки, похожие на когти, которые тянулись за дочерью. И я почувствовал страх Нади.

Мне жаль, что она так с тобой обращается.

Она не спрашивала, что я имел в виду. Я думаю, мы оба уже привыкли быть в голове друг у друга.

Вместо этого она просто сказала мне: Иногда мне кажется, что я не выдержу и минуты в этом доме.

Держись там.

Надя, прости, но я сейчас засну, хоть из пушки пали. У меня был очень утомительный день.

Иди спать. Я буду присматривать за тобой.

Глава 45

Я думал, что уже покончил с тайными вылазками из дома, но на следующий день, сразу после полуночи, я прокрался вниз по лестнице, надел боты и выскользнул через заднюю дверь.

Мне было приятно оказаться одному в темноте. Ночной воздух был свеж, лёгкий ветерок приятно обдувал мою кожу. Всё было знакомо, но сегодня вечером я не собирался следовать своим обычным маршрутом. Вместо этого я направился прямо к дому мистера Спектра.

Он не ждал меня, но когда я пришёл, в его гостиной и над крыльцом свет горел, так что я хотя бы не разбужу его. Он сказал, что может прийти в любое время дня и ночи, но всё же.

Я позвонил в дверь и отступил на шаг, чтобы меня можно было легко увидеть через глазок. После небольшой паузы я услышал возню с другой стороны двери: отпираемый засов, звяканье отодвигаемой в сторону цепочки и, наконец, поворот ручки.

Несмотря на то, что было уже половина первого ночи, на его лице появилась широкая улыбка, когда он стоял в открытом дверном проеме.

— Мистер Беккер. Какой приятный сюрприз, — он распахнул передо мной дверь и, когда я вошёл, спросил: — Итак, чему я обязан удовольствием от этого визита?

— Мне нужна ваша помощь, — сказал я.

Он задумчиво кивнул.

— Думаю, будет лучше, если мы поговорим внизу, — произнёс мистер Спектр, ведя меня через дом к двери в подвал. Увидев, что я колеблюсь, он сказал. — Не волнуйся, я не собираюсь устраивать тебе засаду. Я дома один и я совершенно уверен, что ты смог бы одолеть такого старика, как я, если бы захотел.

В этом он был прав.

Я последовал за ним вниз, когда мы добрались до U — образного дивана, я увидел, что это правда — мы были одни. Он включил верхний свет и торшер, который стоял за диваном, дав нам ещё немного света.

— Я хотел поговорить здесь, — сказал он, — потому что эта комната безопасна. Я потратил много времени и денег, чтобы убедиться, что она непроницаема для любых электронных подслушивающих устройств или любой другой шпионской бурды, которую использует Организация.

— Мне бы не помешала такая комната в моем доме, — уважительно сказал я.

— Нам бы не помешал такой мир, — сказал мистер Спектр, снимая очки и протирая их о рубашку.

— Вы меня ждали? — спросил я.

— Нет.

— Но вы уже проснулись и оделись, — заметил я.

— И вы, кажется, не был шокированы, увидев меня здесь так поздно, — он снова надел очки. — Я — ночная сова по натуре и иногда страдаю бессонницей. Я часто бодрствую в этот час, погружённый в свои мысли. Я также люблю читать поздно вечером. Мир не мешает, как это происходит днём.

Я кивнул, понимая, что он имеет в виду.

— Я правильно догадываюсь, что в последнее время у вас произошло что-то значительное? — поинтересовался он, указывая, чтобы я присаживался.

Я сел на противоположный конец дивана-подковы, достаточно близко, чтобы видеть его, но не настолько, чтобы чувствовать себя неловко.

Прежде чем прийти сюда, я задумался, как много я ему расскажу, но, как оказалось, не было никакого способа рассказать историю, если я не расскажу всё.

— Организация похитила моего племянника, Фрэнка, — начал я, и тут всё выплеснулось наружу. Я рассказал ему о сообщении Карли с мобильного и о том, как мы бросились к стойке «Грейхаунд». Как автобус был остановлен перевёрнутым полуприцепом, а мы с Карли получили инструкции выйти, как нас подобрал грузовой фургон и отвёз в загадочное место. — И как только я добрался туда, Карли пришлось остаться в приёмной с секретарем, а меня они провели через эти препятствия. Они сказали, что я должен это сделать, если мы хотим вернуть Фрэнка.

Мистер Спектр наклонился вперед, упершись локтями в колени.

— Какого рода препятствия?

Я рассказал ему о том, что Тим хотел пожать мне руку и как я отказался, а затем подробно описал все тесты: собак, двух головорезов, которые пытались избить меня, кабинет врача и мнимую Милуоки Интермодал Стейшен. Единственное, о чём я забыл ему рассказать, так это о роли Нади в этом деле.

— Члены организации следили за мной во время всего этого дела, можете мне поверить?

— О, я верю в это, — серьезно сказал он. — И сколько?

— Сорок восемь минут и пятьдесят три секунды.

— Впечатляюще.

— Они так и думали. Они практически устроили парад.

— Хм, — он посмотрел в сторону. — Теперь, когда они знают всё, что ты можешь сделать, они наверняка захотят, чтобы ты присоединился к ним.

— Они уже спрашивали и сделали мне предложение.

— Что именно?

— В общем, всё, что я захочу.

— Большинству людей было бы трудно отказаться. Что ты им сказал? — он посмотрел на меня поверх очков.

— Я сказал «Нет, спасибо».

Лицо учителя озарилось восхищением.

— Молодец, Расс!

И тут я понял, что он впервые назвал меня по имени. По какой-то причине мне казалось, что я совершил прорыв.

— Они не были счастливы по этому поводу.

— Как будто должны были.

Теперь, когда моя история закончилась, в комнате стало заметно тише. Мы оба знали, что это ещё не конец. Члены организации не собирались принимать отказ в качестве ответа. Они просто дали мне немного времени, чтобы прийти к их образу мыслей.

— Как поживает твой племянник? — спросил мистер Спектр.

— Почти пришёл в норму, если не считать сильной головной боли на следующее утро, — сказал я. — Он разбудил меня, прыгнув сверху.

— Похоже, у него не будет никаких долгосрочных повреждений.

— Он действительно думает, что мы часами тестировали видеоигры. Он помнит конкретные вещи, которые я ему говорил, он может описать игры. Они действительно забрались ему в голову.

— Какая жалость, — сочувственно произнёс мистер Спектр. А потом он резко сменил тему разговора: — Ты сказал, что тебе нужна моя помощь?

— О, да! — я чуть не хлопнул себя по лбу, осознав истинную причину, по которой пришёл сюда сегодня ночью. — Речь идет о Горди, я имею в виду мистера Хофстеттера.

— А что с ним?

Я встал, сунул руку в карман, вытащил сложенный листок бумаги и разложил его на кофейном столике перед собой.

— Перед смертью он дал мне вот это. Я разгладил края, чтобы он лежал ровно. — Он сказал, что его внук заключён в тюрьму, и мне нужно найти его.