Эджвуд (ЛП) - МакКвесчен Карен - Страница 7

— Оно-то так, но расследование сможет исключить сверхъестественных существ. Это же и так понятно, что там просто случайно кто-то оказался — грабитель или еще кто.

Я мог только надеяться на то, что никто из присутствующих не услышит стук моего сердца.

— Почему сразу преступник? Как насчет доброго самаритянина, который прогуливался себе мимо и заметил что-то неладное? — подал я, наконец, голос.

— В час ночи? — спросила мама. — Кто же в такое время прогуливается?

— Те, кто работают в ночную смену? — пожал плечами я.

— Такие явно остались бы на месте. Зачем же убегать, когда приехала скорая?

Мне нечего было сказать на это.

— Мне очень нравится то, что ты видишь только хорошее в людях, Расс, но я думаю, здесь не все так просто. В конце концов, мы об этом узнаем — это всего лишь вопрос времени.

После его слов у меня пошли мурашки по спине, прямо как в тех романах ужасов. Почему же я ощущал вину. Я же ничего плохого не сделал, совсем наоборот, если подумать немного, я сделал что-то хорошее. Я же спас бабушке Нелли жизнь, правда? Если скажу, что это я, они расстроятся? Конечно, расстроятся, особенно мама, ведь я гуляю по ночам и скрывал от нее свои проблемы со сном. И мне, наверное, снова придется ходить на прием к доктору Антону, чтобы он глубже проник в мою психику или как там это правильно называется, пытаясь докопаться до сути проблемы. Этого я точно не хотел. Но может, если скажу, что вчера был один единственный раз, когда я вышел на прогулку, это как-то сгладит ситуацию. Но как только мама с папой об этом услышат, они станут каждую ночь караулить, чтобы я не смог выйти. И как же я тогда усну?

— Расс, я забыла тебе сказать, — вспомнила мама. — Какая-то девушка звонила тебе, пока ты спал.

— Как ее зовут? — замер я с полной вилкой спагетти в руке.

— Понятия не имею. Но она сказала, что это важно, и я дала ей твой мобильный.

Глава 8

После обеда я пошел наверх делать уроки. Во всяком случае, такой была официальная версия происходящего. Все вечера во время учебы в школе я обычно проводил в своей комнате. У меня был телевизор, игровая приставка, ноутбук, телефон, так что это было моим любимым местом в доме. Мама и папа никогда не задавали вопросов насчет того, как я провожу свое свободное время, возможно, потому что мой средний балл был 3,6 и в отличие от Карли, полиция ко мне в гости не наведывалась. Тот факт, что основное внимание уделялось ей, многое упрощало.

Я сел на кровати и проверил сообщения в мобильном. Загадочная незнакомка так ничего и не прислала. Когда я увидел сообщение, сначала подумал, что это Мэллори Нассиф, но это был мой друг. Среди тех, с кем я дружил, Джастин и Мик были лучшими. Мик прислал мне голосовое сообщение: «Эй, неудачник. Ты мне, черт возьми, ответишь когда-нибудь, или нет?!» Все как всегда. Он прислал мне семь сообщений, во всех в основном одна тарабарщина. Я набрал его.

Я: Ну?

Мик: Что делаешь?

Я: Домашнее задание.

Мик: Хах! Шутишь. Слушай, ты сейчас онлайн? Ты просто должен это увидеть — просто оборжаться. Бросаю ссылку.

Я: Ладно.

Мик: Что с тобой такое?

Я: Ничего.

Мик: Твое ничего смахивает на депресняк. Только не убей себя там, окей? Не знаю, что у тебя стряслось, но бывает и похуже.

Я: Знаешь Мэллори Нассиф?

Мик: Не так, как хотелось бы.

Я немного остановлюсь здесь, чтобы объяснить, что Мик любит косить под бабника. Не то, чтобы у него это на самом деле получалось, но у него всегда находилось, что сказать о каждой проходящей мимо девушке. И одна из них, как он полагал, точно когда-то станет его девушкой. В этом смысле он слегка бредил.

Мик: А что? Она спрашивала обо мне?

Я: Мечтай. Ее в новостях показали, потому спрашиваю.

Мик: Мэллори Нассиф сказала в новостях, что хочет меня? — он попытался рассмеяться, послышалось что-то вроде «хех».

Я: Нет, у ее соседки был приступ, — притворяюсь, что не понимаю, о чем он.

Мик: Ее ровесницы?

Я: Нет, очень старой соседки.

Мик: А, ну в старости такое бывает, правда? — спросил он заскучавшим голосом.

Тут он меня разозлил. Да, в старости такое бывает, но это просто ужасно, когда видишь того, с кем это происходит, на полу. Я вмешался в это, но я не хотел говорить об этом Мику, по крайней мере, сейчас. Что-то внутри мне подсказывало, что я должен помалкивать об этом.

— Я пойду, — сказал я. — У меня завтра контрольная по математике.

— Да брось ты, — ответил он и начал рассказывать о том, что увидел в последнем выпуске «Comedy Central». Я отключился прямо посреди разговора, как обычно и поступал. Кто-то может считать это невежливым, но мы так уже привыкли.

С математикой у меня было туго, так что если я хотел иметь хоть какую-то возможность получить пятерку в этом семестре, нужно было поднапрячься. Мои друзья думали, что хорошие оценки мне легко даются, но я не распространялся о том, сколько времени штудирую учебники и конспекты. Иногда во время самостоятельных занятий я ходил в математический зал — убежище для самых отчаявшихся. В отличие от знакомых одноклассников, я учился сам. Как только я пошел в шестой класс, родители отказались помогать мне с домашними заданиями, мотивируя тем, что многое изменилось с того момента, как они ходили в школу. Моя мама, в частности, заявила, что не знает ничего, кроме сложения, вычитания, деления и умножения. Сложно представить, как она доучилась на магистра.

Я с головой ушел в логарифмы, когда мой мобильный резко зазвонил. Не спуская глаз с тетради, я ответил:

— Да?

— Расс? — У меня внутри все опустилось. Я аж подскочил.

— Да?

— Это я. Говорила же, что не отстану. — Далее последовала пауза, которую никто из нас долго не нарушал, затем Мэллори сказала. — Ты здесь, Расс?

— Да, здесь.

— Ну, ты ничего не хочешь сказать?

— А что ты хочешь, что бы я сказал?

Она тяжело вздохнула. Для меня старается, подумал я.

— Мне кажется, будет лучше, если мы оба перестанем валять дурака. Мне известно об огнях в поле, а еще ты был у миссис Смит сегодня ночью. Тебе об этом тоже известно. Если ты и дальше будешь утверждать обратное — это не изменит ситуацию.

Я взял ручку и принялся чертить витки спирали на полях блокнота — эта привычка у меня еще с младших классов, когда я нервничаю.

— Предположим, я был в твоем районе сегодня ночью, — в конечном итоге ответил я. — Я не говорю, что был, но если и был, что дальше? Это же не преступление, к тому же никто это не докажет.

— Я не горю желанием это доказать, — ответила она. — Я уверенна в том, что знаю. Я уверенна в том, что ты был там, как и во всем остальном.

— Ты вообще по какому-то конкретному поводу звонишь? — спросил я. — Потому что я сейчас немного занят, чтобы играть в игры.

— А я с тобой не играю, — ее голос стал возмущенным. — Я звоню, чтобы пригласить тебя в свою тайную группу. Я не каждому такое предлагаю, но если тебе это не интересно…

— Что за группа? — спросил я. Должен признать, она меня действительно заинтриговала.

— Я не скажу, пока ты не согласишься вступить в нее, — ответила она. — Она совершенно секретная.

Да она просто сумасшедшая.

— Я не вступлю в группу, о которой ничего не знаю, — сказал я. — Если это главное условие, можешь забыть обо мне.

— Это возможность стать частью чего-то важного, — сказала она, делая ударение на каждом слове. — Ты уже часть этого, независимо от того, знаешь об этом, или нет. Мы нужны друг другу — ты это рано или поздно поймешь.

Дальше последовала длинная пауза, мне показалось, что она сделала это для того, чтобы усилить эффект ее последних слов и еще больше смутить меня. И что мне теперь, черт возьми, ответить на это?