Под зенитом (ЛП) - Кемп Шеннен Крейн - Страница 18

Я вспомнила картину в доме бабушки. Она рассказывала мне все о своих голландских предках и тех местах, которые она видела, когда возвращалась на родину. Она рассказала мне о том, как любила тюльпаны и всегда держала их в доме.

Я вспомнила, как она пыталась научить меня готовить стропвафли10, но я обожглась о сковородку.

― У меня есть для этого растение, ― мудро сказала она.

― Тюльпаны? ― предположила я.

― Недотрога11, ― ответила она, потянувшись к растению, о котором шла речь.

Мой ожог тут же зажил, как только она раздавила растение и придавила его к моей коже.

Странная связь с моим нынешним окружением, но, возможно, если мой разум полностью придумывал все задание, то какая-то Недотрога просто ждет, когда ею воспользуются.

― Я сейчас вернусь, Хейден, ― сказала я Гиду.

Я не могла позволить ему умереть. Я должна его исцелить.

Выбежав на крыльцо коттеджа, я не сильно удивилась, обнаружив небольшой садовый участок с необходимым растением. Видимо, данное задание требовало лишь оставаться спокойной и рассудительной.

Не теряя времени, я схватила горсть растений, побежала обратно к Хейдену и быстро раздавила их, чтобы нанести на рану. Кровотечение, к счастью, остановилось, но его дыхание все еще было медленным и неглубоким, и я начала беспокоиться, что слишком долго лечила его.

Я провела компрессом по коже его груди и спины, надеясь, что память хорошо мне послужила; затем стала ждать. Я не была точно уверена, чего жду, маловероятно, что растение тут же подействует, но я все еще сидела, замерев на месте, одна из моих рук лежала на груди Хейдена, а другая на моем колене.

Если это не сработает, я не знала, что еще делать. Я, конечно, любила вылазки на природу, но это не означало, что я могу мгновенно вылечить чьи-то раны.

Единственными звуками в тихом коттедже были звук неглубокого дыхания Хейдена и моего собственного сердцебиения. Однако спустя мгновение его неглубокое дыхание остановилось.

― Хейден? ― сказала я, мой голос звучал робко, пока я смотрела на него сверху вниз.

Его грудь больше не вздымалась и не опускалась, и холодный страх пополз по моим венам.

― Черт! ― воскликнула я, встав на колени и прислонившись к его безжизненному телу.

Пытаясь вспомнить тренировку, которую я проходила у руководителя на первом курсе в общежитии, я зажала его нос, отклонила его голову назад и прижала свои губы к его губам.

Если бы ситуация не была настолько ужасной, было бы немного неловко находиться так близко к Хейдену. Как бы то ни было, я старалась игнорировать тот факт, что наши губы соприкасались, и фокусировалась на том, чтобы вдыхать воздух в его легкие.

Я по очереди надавливала на его грудь кулаками и вдыхала воздух в его рот в течение нескольких минут, но безрезультатно. Неважно, насколько малым это казалось, я не сдавалась. Что если еще несколько секунд спасли бы его, а я сдалась бы слишком рано? Но я не могла отрицать, что с каждой минутой я все быстрее уставала.

Я и так провела утро, перетаскивая безжизненное тело Хейдена по тюльпанному полю, а теперь мои дрожащие руки были всего лишь в шаге от того, чтобы сдаться.

Я пыталась продолжать как можно дольше, но после того как я вдохнула в него жизнь еще один раз, моя решимость ослабла, и я просто опустила свой лоб на его; наши щеки соприкоснулись, и слезы начинали наворачиваться на мои глаза.

Мне не нравился Хейден, это правда. Он доставал меня и говорил больше грубых, чем приятных слов, но это не меняло того факта, что я сблизилась с ним за последние несколько дней. Хотела я этого или нет, Хейден теперь был вроде как другом, и он умирал прямо передо мной. Я никоим образом не могла быть настолько бессердечной, чтобы это не повлияло на меня.

― Прости меня, ― прошептала я ему в ухо, обхватывая его за шею руками и прижимая щеку к его щеке. ― Пожалуйста, прости.

― Тебе не нужно просить прощения ― прошептал Хейден, ― ты не настолько плохо целуешься.

Глава 12

Я тут же отстранилась от Хейдена, поражаясь тому, что он внезапно заговорил, и радуясь, что он не умер.

― Ты цел! ― практически закричала я.

― Ну, мне пришлось терпеть стрелу, которая застряла в моем плече, чтобы ты смогла выполнить дурацкое задание, поэтому я бы не сказал, что цел, но я жив, ― ответил он, его голос звучал гораздо тверже, чем до того, как он потерял сознание. ― Хотя я довольно обеспокоен тем, что проснулся с практически разорванной рубашкой и с распластавшейся на моей груди женщиной.

― Насчет этого, ― начала я, понимая, насколько плохо, вероятно, для него выглядела ситуация. ― Не думаю, что когда-либо хотела признаваться тебе в этом, но я правда расстроилась, когда решила, что ты умер.

― И поэтому ты порвала мою футболку? ― спросил он, поднимая густую бровь в мою сторону и медленно поднимаясь, чтобы сесть.

― Я должна была очистить рану, ― объяснила я, указывая на его плечо, которое на данный момент было обернуто компрессом из растений.

― Я не могу доверять тебе ни в чем, ― пожаловался он.

Хейден стряхнул жижу прочь на землю и, к моему большому удивлению, его рана теперь смахивала лишь на краснеющий синяк на коже.

― Ладно, я знала, что я хороша, но не думала, что настолько, ― сказала я, на мгновение позволив своей гордости проявиться.

Может быть, теперь, когда я действительно сделала что-то правильное, Хейден перестанет думать, что я идиотка.

― Не будь такой самоуверенной. Это не твой рецепт деревенского растения так быстро меня исцелил. Ты поступила правильно, но задание состояло в том, чтобы найти то, что ускорит процесс.

Ему как всегда нужно было испортить мне всю малину.

Снаружи небо быстро начало темнеть, и я задалась вопросом, сколько у меня времени, пока не начнет падать снег. Я не ощущала, что провела много времени в цикле, но становилось ясно, что длина цикла основывалась на том, насколько быстро я выполняла задания, а не на фактически установленном периоде времени.

― Твое плечо все еще весьма красное, ― отметила я.

В комнате теперь было темнее, хотя окрашенное оранжевым небо все еще светило сквозь открытое окно, и огонь, который я не замечала ранее, потрескивал в каменном камине. В этом сумасшедшем месте вполне возможно, что огонь зажжется сам по себе, когда мы отвернемся. Я быстро осознала, что нормальные правила жизни не действуют, когда ты мертва.

― С ним все будет хорошо ― сказал он, неловко отмахнувшись от моей заботы.

Не дай бог кому-то быть с ним милым.

― Дай мне посмотреть, ― сказала я, сползая ближе к нему на пол и надавливая пальцами на блестящую кожу. ― Оно все еще горит! ― воскликнула я.

― Оно не горит, просто у тебя пальцы ледяные. У тебя ужаснейшее кровообращение, ― сделал вывод он, пытаясь изображать доктора.

― Как же с тобой трудно, ― сказала я, хватая его за плечо и притягивая еще ближе к себе.

― Что ты делаешь? ― настороженно спросил он.

Забавно слушать его, застигнутым врасплох. На самом деле было приятно поменяться ролями и поставить его в неудобное положение, поскольку он считал обязательным делать мою жизнь несчастной каждый день.

― Мама учила меня, что губы не меняют температуру, как руки, так что я смогу понять, действительно ли ты горишь или просто дело во мне, ― объяснила я, прижимая губы к его плечу.

― Ах да, я забыл, что это то, чему меня учили в медицинской школе. Поцелуйте плечо пациента, чтобы убедиться, что у него нет инфекции, ― издевался он, его голос немного дрожал.

Я чувствовала, как мурашки бегут по руке Хейдена, но игнорировала их, пытаясь не слишком гордиться своей победой. Не каждый день удается поставить самодовольного, чересчур уверенного в себе мужчину на место при помощи некоторых женских хитростей.

Ладно… женские хитрости были довольно банальными. Скорее всего он просто чувствовал себя неловко, когда кто-то прикасался к нему, но я все еще радовалась, что непоколебимого Хейдена можно так легко поставить в неловкое положение.