Соблазн (ЛП) - Ширвингтон Джессика - Страница 26

Даже при том, что я спала с темным изгнанником!

И в этом была моя проблема — голос правды похороненный глубоко внутри.

Тот, кто всегда рисует картины основными цветами, не трудится смешивать их.

Оникс был прав. Я посадила семена сомнения, а Финикс их теперь орошал. У меня были свои причины, но ничто не изменит факта, что Линкольн, вероятно, никогда не простит меня, и что жертва, необходимая, чтобы быть вместе, будет больше, чем он сможет вынести.

У него была своя проблема — у меня своя.

Я пожертвовала всем, чтобы спасти Линкольна. Но сейчас я боялась, что рискнуть остаться без своих способностей и силы — это не то, на что Линкольн мог решиться. Даже ради того, чтобы быть со мной.

Я едва сделала мазок на мольберте, к тому времени как прозвенел звонок на перерыв. Когда я начала собирать вещи, ко мне подошла моя учительница по рисованию.

— Вайолет, в последнее время ты не очень собрана. Я знаю, у тебя есть другие предметы, на которых стоит сосредоточиться, и список общественных мероприятий, которые нужно посетить, но, если ты все еще планируешь всех впечатлить, а я знаю, что ты поступила на Фентонский курс, тебе стоит начать снова включаться в искусство.

Я сделала глубокий вдох, истощенная своей внутренней борьбой.

— Я знаю, мисс. Я буду лучше стараться. Я действительно хочу хорошо проявить себя на Фентонском курсе.

— Ну, если обстоятельства таковы, то ты должна это сделать! — Сказала она голосом, которым могут говорить только учителя, что-то между родительским и заставляющим чувствовать вину. Это сработало.

В кафетерии я взяла салат, булочку и плюхнулась на своё обычное место.

Когда стул рядом со мной отодвинули и шваркнули поднос, я даже не подняла головы. Я думала, что это была Стеф.

— Господи, Эден… ты никак не проснешься?

Я подскочила на сиденье и увидела смеющегося Спенса.

— Что? Что ты здесь делаешь? — я оглянулась вокруг. — Ты думаешь, я снова попаду в беду?

Он нахально подмигнул, и его улыбка сделалась еще шире:

— Гламур.

Я снова оглядела комнату и поняла, что никто не замечает его присутствия, хотя он не был одет в школьную форму и явно не учился с нами.

— Так чо ты здесь делаешь?

— Кроме лечения жуткого похмелья. Я пришел проветриться, — сказал он, расправив плечи. Похоже, уходить он не собирался.

— Ох, — выдавила я едва слышно.

— Слушай. Много плохого случилось прошлой ночью. Но ты-и я-и-мы-грязно-танцуем-на-танцполе — можно записать в хорошие воспоминания?

Я покосилась на него:

— Спенс. Ну ты и сказанул.

Он пожал плечами.

— А почему бы и нет? — Он поднял брови и ждал. Он действительно не собирался уходить.

— Хорошо. Слушай, дело не в том, что я не хочу… Я думаю, ты очень милый и все такое… Я имею в виду… Это было не плохо, но… Черт… Ты мне просто…

— Нравлюсь, как друг? — предложил он, улыбаясь.

— Да.

— Все нормально. Я понимаю. Это был не совсем мой выбор, ты же знаешь. Не пойми меня неправильно. Ты целуешься как маньячка — ни один парень в здравом уме не будет разочарован после такого — я имею в виду…

— Спенс! — перебила я его.

— О, да. Прости. Я говорил о том… что это хорошо. Мы — друзья. Тот факт, что мы страстно целовались, ничего не меняет. Ладно?

Я кивнула, радуясь, что, по крайней мере, одно из моего опасения не собирается перерасти в серьезный кризис.

Тут Стеф подвинула стул и села по другую сторону от Спенса.

— Привет, — сказал Спенсер. — Что ты здесь делаешь?

— Эй! — я подскочила. — Почему она тебя видит?

— Это дело выбора. Сейчас я создаю гламур для тех, кто не знает меня. Никому ведь нет дело до неприметной и курящей девочке в школьной форме, сидящей рядом с тобой на обеде.

— Курящей? — Спросила Стеф.

— Эй, некоторые вещи просто естественны, — Спенс развел руками. — Для меня трудно скрывать врожденную сексуальность, не важно в какой я форме.

Стеф сделала вид будто ее тошнит.

— Ты понимаешь, что это школа? Ты мог остаться и парнем, — сказала она.

Спенс откусил от сэндвича огромный кусок.

— Верно, но так легче пройти в дамскую комнату.

Он пожал плечами.

Я начала бросать в него кусочки из булочки. Стеф подняла салатник и вывалила содержимое на его голову.

***

Было здорово проветриться со Спенсом, и к концу дня я начала приходить в себя. Я могла приступить к следующей задаче. Линкольн.

После школы Стеф и я шли в обход через банк, чтобы я сняла немного денег со счета отца. Он оформил совместную карту для нас обоих несколько лет назад. Я оплачивала счета за коммунальные услуги и делала большинство покупок, и всем было легче, если у меня был доступ к наличным деньгам.

Папа говорил, что можно пользоваться его счетом, чтобы покупать одежду, но я этим не заморачивалась. Поэтому не знала, во сколько могли обойтись рубашка от Армани и электробритва. Когда Стеф предложила мне снять тысячу долларов, я чуть не упала.

— Что ты имеешь в виду под тысячей долларов? Ты с ума сошла? — я только что сняла наличные на обед и продукты. Кофе и молоко стоили немного.

— Послушай, милашка, когда дело доходит до дизайнерской одежды, я — надежный источник. Тебе просто повезло, что они продаются за столько… иначе нам понадобилось бы больше.

Я выдохнула. Если она говорила мне, что это было так… это было так. Однако, я не могла спокойно расстаться с деньгами, чтобы «отблагодарить» Оникса за сообщение о моей возможной скорой гибели.

— Знаешь, какой размер взять?

Стеф осмотрела меня с ног до головы:

— По чесноку, Ви, я могу делать покупки с закрытыми глазами.

Она вытащила салфетку из кармана.

— Мистер Повспоминать-про-темные-дни дал мне все свои размеры. Хотя я и недолюбливаю этого парня.

— Попробуй ненавидеть с удвоенной силой.

Стеф удостоила меня жалостливым взглядом.

— Ты уверена, что хочешь, чтобы я пошла одна за покупками? Я могу остаться с тобой…подождать Линкольна… на всякий случай?

Но это было то, что я должна была сделать самостоятельно. Не было никакого смысла брать подкрепление.

— Нет. Иди. Нам нужны эти вещи. Я должна передать их Ониксу завтра, или он устроит мне много проблем. Почему бы тебе не спросить Сальваторе, не захочет ли он прогуляться с тобой?

Стеф на прощанье чмокнула меня в щеку.

— Уже. Мы встречаемся в торговом центре.

— И… Ви? — начала она не уверенно.

— Да?

— Ты не возражаешь, если я останусь у тебя сегодня? Папы все еще нет и ну… мама…развлекается, — она посмотрела мимо меня, внезапно отвлекшись чем-то на витрине. Это было почти правдоподобно, если бы мы не стояли у банка.

— Конечно, Стеф, — потом, решив, что этого недостаточно, я добавила: — я хотела попросить о том же. Я, правда, не хочу быть сейчас одна, возможно, ты могла бы остаться, пока папа не вернется? Если это нормально? — я не знала, что происходила дома у Стеф, но ее неловкость говорила сама за себя.

Стеф потопталась на месте и пожала плечами.

— Да. Я могу, — она, наконец, взглянула на меня, отбросила волосы назад и посмотрела на часы. — Пора бежать.

И мы пожали друг другу руки прежде, чем пошли по своим делам.

***

Когда я шла по улице Линкольна, то не заметила на дороге его джипа. Входная дверь была открыта, что было не удивительно, поскольку все использовали ее в качестве общедоступного места в последнее время. Я задумалась, беспокоило ли его это?

Особенно после прошлой ночи.

Гриффин сидел за обеденным столом, наблюдая, как Спенс и Зои отрабатывали тактические маневры.

Скука, никакой борьбы, просто упражнения. Я улыбнулась, когда поймала разочарование на их лицах.

Редьярд наблюдал, встревая каждый раз, когда они принимали плохое решение, и приказывал им возвращаться и начинаться сначала.

Я чувствовала самодовольство, пока не заметила наблюдающего за мной Гриффина.