Зашедшая слишком далеко (ЛП) - Ричардс Натали - Страница 14

Погодите-ка. А что если речь идет о Джексоне? Это не то, что я ожидала, но тут внезапный взрыв смеха привлек меня в математический класс. Внутри я заметила Коннора. Судя по тому, как он приклеился к экрану, я начала думать, что, наверное, это оно. Я вошла внутрь, заметив еще больше знакомых лиц. Эми Джонстон, Айзек Купер, Ник Паттерсон и – бинго – Джексон Пирс.

Коннор заметил меня и, указав на мою камеру, поднял пальцы вверх. Губами он прошептал мне «Повезло», как будто это вышло случайно. Если бы он только знал.

— Это гениально, — сказал Айзек, кивая в сторону экрана. Затем он посмотрел на Джексона, который рылся в таблицах.

— Где чертова перемотка, Купер? — смех Джексона был странным. Как лай. Или кашель.

Возле телевизора собралось около пятнадцати ребят, все подтянулись поближе, кроме меня и Джексона, который отошел от них подальше. Он стоял у дальней стены комнаты, крепко сжимая руки, и на его лице не было ничего, что хотя бы отдаленно напоминало улыбку.

Что бы там ни было, речь шла о нем.

Я посмотрела на экран. Не новости – слишком зернисто. Больше похоже на домашнее видео или камеру наблюдения. Да, это с камеры безопасности в нашей старшей школе – спортзал, некоторые классы, кафетерий. Мы все знали о камерах, установленных в прошлом году, но не думаю, чтобы кто-нибудь из нас знал, что они хранят записи.

В первой сцене Джексон дефилировал мимо Тима Коминга, одного из наших звезд футбола, прошлой весной объявившего, что он гей. Следующие кадры, снова с Джексоном, были из кафетерия. Он, дико жестикулируя, показывал на свою промежность за спиной у Марлоу.

— Боже, ты такая свинья, — послышался из собравшейся толпы голос Марлоу. Было похоже на то, что она довольна происходящим.

Джексон ответил флиртующей улыбкой, а уголки губ Марлоу приподнялись, мне показалось, она стала похожа на кошку, получившую целую тарелку сливок. Это также заставило меня задуматься о том, почему Ник, видевший все это, не кажется взволнованным.

Но видео снова сменилось, на сей раз Джексон бил кулаком шкафчик с видом разъяренного быка, хотя в коридоре не было ни души. В толпе раздался неловкий смех.

— Хорошее самообладание.

Сценки сменялись одна за другой. Все это было невероятным образом отредактированным меш-апом, доказывающим, что Джексон Пирс является полным придурком. Это совсем не то, что я ожидала.

Это намного лучше.

Ощутив чувство отмщения за Стеллу, я подняла камеру, нацелив ее в дальний угол комнаты. Дыхание застыло в легких. Я отрегулировала объектив и начала.

Камера щелкала снова и снова, быстро делая снимки. Красное лицо Джексона, его напряженная шея, телевизионный экран, смеющиеся ребята и те же самые лица при смене сцен, Айзек, жонглирующий пультом, чтобы не дать Джексону до него добраться. Я снимала кадр за кадром, но перед моими глазами была лишь Стелла.

Миссис Дармонд вошла и потребовала пульт, даже не взглянув на экран. У всех вырвался вздох. Я решила, что это из-за миссис Дармонд, но я ошибалась. Все не отрывались от экрана, но было очевидно, что розыгрыш никому не нравится. Я опустила камеру, чтобы увидеть причину. В этой сцене Джексон имитировал неловкую шаркающую походку Челси Тимбер.

Очевидно, даже у Марлоу и ей подобных был лимит запрещенного. И девушка, которая с трудом передвигается из-за церебрального паралича, это за пределами дозволенного. Особенно Челси, которая, как всем известно, с младшей школы была влюблена в Джексона.

Девушки неприязненно посмотрели на Джексона, а во взгляде Ника вообще читалось отвращение. Даже миссис Дармонд перестала искать пульт и смотрела на Джексона, держа руку у горла. Я сделала снимок как раз вовремя – как она сжимает жемчуг на шее, ее глаза расширены от ужаса.

Каждая секунда этой сцены как будто длилась целую вечность. До тех пока Джексон не пролетел через толпу и не прыгнул на телевизор. Он ударил по панели. Пластик треснул и ребята подпрыгнули. Коннор сузил глаза и встал перед Хедли. Я даже не заметила ее до этого.

— Мистер Пирс! — голос миссис Дармонд прорезал внезапно повисшую тишину. — Нам нужно переговорить в кабинете. Немедленно.

И все внезапно закончилось.

Я чувствовала, как по мне пробегает ощущение триумфа. Я это не упустила. Я могла бы, но не сделала. И что самое лучшее, кажется, никто не видел меня, кроме Коннора. Все были слишком заняты, наблюдая, как Джексон и миссис Дармонд идут к двери резкими шагами и с хмурым выражением лица.

Когда они исчезли в коридоре, я повернулась к двери, собираясь сбежать. Моя самодовольная улыбка исчезла, когда я поняла, что ошибалась, думая, что меня никто не видит.

Потому что Ник смотрел прямо на меня.

***

Я выскользнула из класса и пошла быстрым шагом, наполовину уверенная в том, что Ник последует за мной. Он этого не сделал. По крайней мере, он не бежал по коридору и не сделал ничего, чтобы меня перехватить.

Я остановилась на второй площадке, крепко прижимая к груди камеру. Здесь никого не было, так что я прислонилась к стене и широко улыбнулась своему отражению в окне. Даже здесь, окруженная темнотой и длинными тенями, я ощущала свет и яркость, как шарик, который вот-вот взлетит.

О том, что на мой телефон пришло сообщение, возвестило гудение у моей ноги, я улыбнулась.

Это он. Или она. Я не знала, и, кажется, мне было плевать. Этот незнакомец официально стал моим героем. Я прочитала сообщение:

«Как тебе такая справедливость?»

Я громко засмеялась, но когда я писала ответ, мои пальцы дрожали, зависая над каждой буквой:

«Вкус вполне сладок».

«Сделала хорошие фотографии?»

Я прокручивала камеру, наслаждаясь каждым кадром. Вот один, с лицом Джексона, его белые зубы определенно крепко сжаты. Да, они хороши. Очень хороши.

Я позволила камере повиснуть на ремешке вокруг шеи.

«Да, я их получила».

«Хорошо. Теперь ты можешь создать свою маленькую тетрадь. Или добавить их к оригиналу, если захочешь».

На этот раз мой ответный смех последовал не так быстро. Мне серьезно не нравилась эта часть, это нежелательное напоминание о том, что для меня это незнакомец, который отлично знает, кто я. Но я думаю, что пока у меня есть эта тетрадь, в какой-то мере мы равноправны.

Пришло следующее сообщение, неприятно поразившее меня:

«Итак, что дальше?»

Я прикусила губу и огляделась, хотя здесь точно никого не было. Я присела на холодную ступеньку и написала ответ:

«Для Джексона? Разве он не достаточно пострадал?»

«Возможно. А как насчет кого-нибудь другого?»

В глубине моего сознания заворчало беспокойство. Меня могут поймать. Пришло еще одно сообщение, в котором, кажется, прочитали мои мысли.

«Ну же, Пайпер. Все не заканчивается Джексоном. Мы можем все изменить. К лучшему».

А мы можем? Можем ли мы остановить подобных людей? При этой мысли по венам побежал адреналин. Но за ним по пятам шел страх. У меня могут быть неприятности. Большие неприятности.

Я снова встала, обратив внимание на учеников, направляющихся по главному холлу. Скоро будет первый звонок. Мне стоит что-нибудь перекусить, освежить испанский перед тестом на этой неделе или еще что-нибудь. Я даже не наложила сегодня макияж. Я подумала о множестве случайных вещей типа этих – куча идеальных причин, чтобы игнорировать смс на моем экране.

Пришло еще одно сообщение:

«Кажется, я ошибался насчет тебя».