Выбери любимый жанр
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Литературный портал Booksfinder.ru
Последние комментарии
Сергей2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге
Lynxlynx2018-11-27
Читать такие книги полезно для расширени
К книге
Leonika2016-11-07
Есть аналоги и покрасивее...
К книге
Важник2018-11-27
Какое-то смутное ощущение после прочтени
К книге
Aida2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге

У меня был нарисован мячик (СИ) - Титова Светлана - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Часть 1 Глава 1

Что, если вся наша жизнь была предопределена

картинкой на шкафчике в детском саду…

Часть 1

Мой веселый, звонкий

Ты куда помчался вскачь?

С. Я. Маршак

Глава 1

— Кейт, послушай… — капитан Эрленд Лиран с силой вцепился в плечи, несильно тряхнул, пытаясь вывести меня из оцепенения. Смятый светлый китель адмирала космического флота, усеян пятнами, несвежая рубашка, тяжелый запах пота и алкогольного перегара. На усталом, постаревшем за одну ночь лице с прорезавшимися бороздками морщин, жили только глаза, с расширившимся до черноты зрачком, поглотившем радужку и жутко смотревшимся на фоне красных воспаленных белков. Руки, цеплявшиеся за меня, чуть подрагивали, — я был неправ, когда оттолкнул тебя. Глупец! Я думал, что смогу все решить. Время терпит. Но… Теперь уже не исправить! Я хочу, чтобы ты знала… помнила. Я всегда тебя любил. Пусть неправильно, но как мог. Скрывал от всех и от тебя. Если бы не слово, данное Карисе, мы были бы вместе. Дело не в Карисе, но Бьерн…

Пальцы больно впивались в плечи. Эта боль отрезвляла, приводила в себя. Я с ужасом разглядывала, кающегося мужчину, не понимая, что он от меня хочет. Зачем вызвал, вытащил из забвения, требует вспоминать, думать, чувствовать, когда я уже приготовилась уйти. Совсем уйти за теми, кому повезло больше, кто погиб сразу, как только на гиперскорости взорвался один из двух двигателей, и останки нашего корабля выкинуло, черт знает куда. Незнакомый космос вокруг, чужая планетарная система с крошечной звездой, удерживающей на внутренней орбите небольшую планету, размером с Венеру. Выжило десять человек. Всего десять из трех сотен экипажа исследовательского судна «Герман Титов». Адмирала, штурмана и контролеров, отвечающих за полет в гиперпространстве, спасла хорошо экранированная рубка. Мы, несчастливые, кто находился в лаборатории и примыкающей к ней оранжерее, максимально удаленных от технического отсека, где произошла авария: четыре девушки- космобиолога, изучавших образцы флоры других планет, Кьяра, зашедшая нарвать в оранжерее свежий букет, сын капитана трехлетний Бьерн и его маленькая подружка Моник, ловившие там бабочек.

Корабль фактически разорвало пополам. Система безопасности не справлялась, сберегая остатки атмосферы и тепла в оставшихся отсеках. Системы отказывали одна за другой. Механический голос бортового сканера оповещал об этом, каждым своим словом убивая во мне едва теплившуюся надежду на спасение.

Взрывом повредило второй двигатель, и едва сдерживаемая щитами термоядерная реакция неуклонно набирала мощь, угрожая в скором времени взорвать остатки корабля. Отсек с шаттлами повредило. Для спасения годилось только одно судно, рассчитанное на троих. Капитан принял решение спасти женщин и детей. Штурман — отец Моник и контролер, женой которого была Кьяра, молча поддержали решение капитана.

Штурман не спускал с рук дочку, не стесняясь, ронял слезы в густую рыжую бороду. Капитан, отпустил меня и целовал в светлую макушку сына, убеждая, что тетя Кейт приглядит за ним, пока они с мамой не починят корабль, стараясь, чтобы мальчик не заметил, как скупые слезы катятся по щекам. Из соседней комнаты слышались протяжные стоны. Кьяра и контролер Викинг прощались по-своему.

Три молоденькие выпускницы академии испуганно жались к неотвратно холодеющему боку спасательного бота. Система жизнеобеспечения отказывала. Красные предупреждающе фонари мигали, указывая на скорую разгерметизацию ангара.

Я потеряно оглядывалась, прощаясь со всем, что три года было моей жизнью, понимая, что наша благополучная посадка на планету под вопросом. Мы не знали состав атмосферы, достаточно ли там кислорода. Зеленые пятна на поверхности вселяли надежду, что там есть леса. Но с такой же вероятностью это могли быть моря из водорослей, для жизни которых кислород не обязателен. Наше спасение — один шанс на миллион, что планета окажется пригодной, и мы сможем благополучно сесть и дождаться спасателей. Система безопасности непрерывно посылала сигнал SOS.

Блуждающий взгляд зацепился за фигуру Эрленда. Раздавленный грузом вины за потерянные жизни, но из последних сил сохраняющий выдержку и рассудок, капитан совсем не был похож на мужчину моей мечты. Того высокого с по-военному короткой стрижкой, светловолосого, сероглазого атлета, что преподавал в академии астронавигацию. Красавчик с нордической внешностью и характер имел под стать. Без памяти влюбленный в свою жену, тогда ждавшую их первенца, он, походя, разбивал девичьи сердечки, даже не замечая этого. Мое тоже попало в его коллекцию.

Наставник от бога, он движением пшеничной брови мог сказать больше, чем иной преподаватель часом назидательной лекции. Ставил на место одним негромко произнесенным словом зарвавшихся хулиганов и невоспитанных девиц. А как он смотрел! В тени золотистых ресниц, словно выгоревших на солнце, взгляд прозрачно-голубых глаз казался ласкающим и нежным, как весеннее небо. Когда он останавливался на мне, взмахом длинных пушистых ресниц напрочь выдувало из головы все формулы и аксиомы. Как неизлечимо влюбленная, я ходила у него в хронически отстающих, хотя с остальными предметами вполне справлялась. Утешало, что не я одна такая.

— Кейт, — голос капитана отвлек от воспоминаний. Он подошел, стискивая вцепившегося мертвой хваткой в китель, мальчика. Губы упрямо сжаты. Он оторвал адмиральский шеврон и сунул мне в карман, — назначаю тебя главной. Теперь ты отвечаешь за экипаж и за детей. Постарайся сохранить всех до появления спасателей. Я надеюсь на тебя, Кейт.

Я глянула на серебристые крылышки на фоне фиолетового космоса и созвездия Медведицы, слабо улыбнулась и кивнула, убирая выбившуюся светлую прядь.

— Слушаюсь, адмирал Лиран.

Не говоря больше не слова, мужчина обхватил плечи свободной рукой и накрыл мои губы поцелуем. Горячие, сухие губы обожгли пламенем поцелуя, столько тоски по несбывшемуся и горечи было в нем. Он прощался и просил прощения. Прижав до боли к себе, прошептал в ухо:

— Кейти, прости и береги себя! Береги всех! — легко коснувшись губ, он сунул мне на руки захныкавшего мальчишку и отвернулся, открывая люк спасательного шаттла.

Моего короткого всхлипа не услышал, как и ехидного смешка подошедшей брюнетки, поправляющей футболку на пышной груди.

Мы с Кьярой и детьми на руках заняли кресла, где крепкие ремни в случае неудачного приземления могут спасти жизнь. Две худенькие шатенки Марика и Лорен заняли кресло рядом со мной, так же пристегнувшись ремнями. Пухленькая Наташа села у нас в ногах и накрыла голову руками. Детям вкололи снотворное, чтобы легче перенесли спуск и болтанку в атмосфере. А в случае неудачного исхода, чтобы крохи не мучились.

Система безопасности предупредила об отключении подачи воздуха и обогрева на корабле. Из ангара послышался двойной звук выстрела. Кьяра охнула и прижала малышку, скупая слеза скатилась по ее щеке. Сжимавшие мое плечо пальцы капитана, отдававшего мне последние приказания, застыли. Он с трудом оторвал руку и набрал на пульте команду старта. Поцеловал волосы сына и нажал пуск. Система начала обратный отчет.

— Кейт, — он хотел что-то сказать, но голос сорвался.

— Эрленд. Мы назовем эту планету Эрленд, — повернувшись, срывающимся голосом прошептала ему в губы. — Тебя не забудут. Обещаю.

Капитан рвано выдохнул. Прижался губами к моим, и через секунду за нами хлопнул закрывающийся люк. На панели зажглись зеленые огоньки, шаттл начал работу в автоматическом режиме по загруженной ранее программе полета. Створы ангара дрогнули, расходясь в стороны. В образовавшуюся щель полетел мусор, скопившийся на полу. Одна из девушек вскрикнула, мимо протащило и выкинуло в космос мертвой тело Лирана с алым пятном вместо затылка. Следом за ним тянуло, оставляя кровавый след на полу, бородатого штурмана. Я отвернулась, кусая губы и борясь с рыданиями. Рядом раненной волчицей выла Кьяра. Девчонки всхлипывали, вцепившись друг в друга мертвой схваткой. На приборной панели вспыхнул ноль и шаттл потащился прямо по кровавой полосе, оставленной штурманом. Прижав безвольное тело мальчика, я молилась, прося всех богов спасти нас. Несмотря на ужас ситуации, мозг отказывался умирать в двадцать пять. Шаттл вздрогнул, поднялся и рванул в темный провал космоса. Туда, где вдалеке крохотной искоркой вспыхивал новая планета, носящая имя адмирала Эрленда Лирана.

×