Главное - хороший конец. Книга 3 (СИ) - Безымянная Ольга Батьковна - Страница 108

Огляделась, эльфы так и дежурят на границе бывшего пузыря, жгут костры. Ну, пусть ждут у моря погоды, не до них. Домой хочу. И пожрать надо, срочно. Неподалеку лежит мёртвое тело, но мне оно не интересно. Прощай, Искисер.

Глава 40

Глава 40

Первым делом кинулась к Вике, хотела зацеловать, но почти сразу передумала. Побежала в ванну, всё остальное подождёт. Тщательно себя отмыла, от всего. Зачем вонючей водой поливали? Запах не хотел забываться. Сменив воду третий раз, успокоилась. Потом просто лежала, расслаблялась, лениво прокручивала в голове события, особенно последнее. Наверно, тогда я умерла. Похоже. Но ожила. Почему? Гадать бестолку. Но очень рада. Там было хорошо, а здесь… Здесь я дома.

Потом вернулась в детскую, потискала дочку, неприятно удивилась почти полному отсутствию у себя молока. Чёрт, как бы совсем не пропало. Подхихикивая над собой тщательно выдоилась до последней капли. Запасы пока есть, вечером посмотрим, как будет. Молочко надо, хотя бы пока зубки не начнут резаться.

После очень плотного завтрака был утренний приём, всё как обычно, за исключением одного. Я была приветлива абсолютно со всеми. Милые какие у меня подданые, оказывается. Полезная встряска приключилась. Но больше таких не хочу.

А ведь неплохо уходить в тот мир на пару-тройку дней, отдыхать. А что? Вся ветвь теперь бесхозная. Наверняка, есть разные красивые места. Буду там с Викой отдыхать. Три дня отдыха, всего пять минут у нас. Ну или десять, да хоть пятнадцать. Всё равно никакого ущерба моим обязанностям. Вспомнила про незнание языка. Или языков. А вот и проверю свои новые способности, пожелаю понимать и говорить, вдруг получится? Решено, когда-нибудь вернусь. Там уже десятилетия или столетия пройдут, никто меня и не вспомнит.

После обеда к дочке. Но через полчаса заявилась Карина. Вошла в детскую из гостиной, открыла рот, хотела мне что-то сказать и замерла. Я улыбнулась.

— Дар речи потеряла?

Молчит, рассматривает мой новый атл.

— Самой не нравится — пожаловалась ей — Поможешь уменьшить?

— Что произошло? — требовательно.

— Подралась с Искисером, так получилось. Он опять меня похитил, сегодня рано утром. Сначала хотел заморить голодом, потом перевоспитать. Хорошо, что ты зашла, встреча завтра отменяется.

— Ты… Рассказывай!

— Полностью его поглотила. Проблема решена, можешь поздравить.

— Ты не могла его развоплотить. Могла только немного ослабить. Значит, сейчас он прячется, потому и не отзывается… — задумалась.

Хм. А почему я решила, что Искисера больше нет? Знала. И сейчас знаю. А как объяснить? Задумалась, но Карина снова заговорила:

— До завтра объявится. Я хотела предупредить, что отец тоже будет, Искисер зарвался. Мы все вместе с ним поговорим, просто чтобы ты знала. Ты не против?

— Искисер не придёт — пытаюсь втолковать.

— Галя, ты не против?

Не слышит меня. Вздохнула:

— Не против. Пусть, раз твой отец так хочет. Мне с ним делить нечего.

— Договорились. С атлом потом помогу, хорошо?

— Беги — улыбнулась ей — Куча дел, да?

Скорчила печальную рожицу, махнула рукой и пропала. Совсем моя сестричка запарилась. И свой мелкий есть, ещё и со мной у неё хлопоты, и встречу организовывает. Кому эта встреча теперь нужна? Надеюсь, Трептор не станет заводить со мной задушевных разговоров. Должна же у человека совесть быть? Тьфу, у бога. Ха, совесть у бога. Смешно.

Вечером отзвонилась Лира. Хотела мне сообщить, что всё у неё хорошо. Но разговор вскоре свёлся к её жалобам на свекровь, теперь жестокого канцлера. Не соблюдает договор, шпыняет Лиру, пытается вовлекать в государственные дела. Ничо, ей полезно, мысленно похихикала. Но вслух посочувствовала, а подруге ничего другого и не требовалось. Пообещала ей зайти в гости. Надо, выберу потом время.

Молоко появилось, так что страхи оказались напрасными. И покормила, и погулять с Викой сходила. Потом переложила её в люльку, посидела рядом. Поймала себя на том, что смотрю на неё, и улыбаюсь. Как дурочка. А и пусть, пофиг, что другие подумают. Я кормящая мама, нам можно всё.

Уже ложась спать увидела на столике медальон. Непонятно почему, но обрадовалась. Хоть и не защитил. Меня выдернуло совсем без всего, и без лент, ими я на ночь волосы перехватываю, удобней спать. Утром, наверно, служанки подарок хранителя под одеялом нашли, пока я приём вела. Надеть? Но бояться, вроде, уже нечего. Интересно, насколько Искисер врал про Трептора? Неужели правда советовал меня воспитать держа на цепи?

Решила, что мне это должно быть по барабану. А к медальону привыкла уже, надела, запрыгнула в кровать и попыталась уснуть. Длинный день получился. Не, точно надо себе там домик постоить, где-нибудь в лесу. Или на берегу озера. Или на побережье? Нет, на побережье разные штормы и цунами бывают. Да, в лесу, на берегу волшебного озера с русалками и золотыми лягушками. И корабликами. А русалки бывают? Пока не встречала. В теории, могу себе сделать, в учебнике есть про создание живых существ. Полуразумных и послушных. А что? Сложно очень, правда, да и не говорящие получатся, рассказывать сказки, сидя на ветви дуба, не будут.

В дверь спальни постучали, вздрогнула. Кого там черти принесли? Уселась, прикрылась одеялом. Мало ли кто.

— Войдите.

Вошёл Трептор. Блин. До завтра дотерпеть не мог?

— Чего тебе?

— Галя, объясни, что у тебя произошло с Искисером. Я должен знать.

— Зачем? До сих пор моя жизнь была тебе не интересна.

— Ты ошибаешься.

Вот и выясним, заодно.

— Ах да. Ты волновался за моё плохое воспитание. Посоветовал Искисеру держать меня на цепи для моей же пользы. Так?

Сама слабо в это верила, но пусть опровергнет, мне спокойней будет. Но он молчал. Он молчал! С ужасом осознала, что Искисер не врал. Стало… Никак. Пустота в душе.

— Уходи.

Упала на подушку и отвернулась. Что я ему безразлична, знала. Но вот так? Воспитать меня насилием и голодом? Болью и желанием умереть? Это было слишком. Слишком даже для привыкшей к разочарованиям меня.

— Галя, я сказал это, когда был очень зол. Помнишь мой бывший карантин? Сразу после этого. Мы были с ним друзьями, я пожаловался на тебя. Почти сразу раскаялся, что не сдержался.

— Хорошо — ответила, подумав — Я поняла. Теперь уходи.

В сердцах я тоже много чего наговорить могу. Неоднократно наговаривала, а потом жалела. Могу его даже понять, натворила тогда дел.

— Я тоже понял чем он оправдается. Но это был последний раз, больше он не посмеет и взглянуть в твою сторону. Обещаю.

Хмыкнула. Добрый какой. Только не «не посмеет», а «не сможет». Одолжений от Трептора мне не надо, сама справляюсь. Никаких, вообще. Папаша, блин, дочку один единственный раз видел и на руках подержал. Пусть забудет о нас, вот такое одолжение я приму с радостью. А не пора ли мне от Килэса забеременеть?

А что? Вике скоро братик понадобится. Или сестричка. Приду, скажу, хочу от тебя, любимый муж, ребёнка, прям щас. Не откажет. Или откажет? Хм. Можно попробовать, попозже. Через годик. А когда у меня дни правильные будут? Загадка. Опять стану психовать и на мужиков бросаться. Да, к тому времени надо успеть сойтись с Килэсом, он, вроде, оттаивать начал.

Кто-то подошёл и присел на кровать. Он ещё здесь? Сказала же! Повернулась к нему:

— Тор, прошу, отвали. У меня был тяжёлый день. Пять очень тяжёлых дней подряд. Хоть ты не зли.

— Ты была у него пять дней? — удивлённо.

Типа не верит. Блин. Мой длинный день никак не хочет заканчиваться, хнык. И ведь не отстанет. Собралась с мыслями, оттарабанила:

— Ритуал призыва, пять дней в старом дереве, у него там собственная ветвь. Была. Держал меня прикованной цепями из астральной плазмы, под куполом из своей энергии. Обманула, сбежала. Теперь я могу поспать?

— Покажешь?

Щас. Как меня эльфы вшестером насиловали, а я на камне дёргалась и стонала? И сама смотреть на это позорище не хочу. Вычеркну из жизни, не было такого.