Как растопить сердце ледового мага (СИ) - Страж Катрина - Страница 20

Ломая голову над этой загадкой, Ренан даже сходил в библиотеку, впервые посетив отделение, отведенное для прорицателей. В книгах он не нашел ответ, но зато встретил Дариуса Мелье. Разговор с ним был коротким, но содержательным, и сейчас, глядя на танцующее в камине пламя, Ренан вспоминал каждое слово.

— Ренан д'Айсвиль, помнится, за время учебы ты ни разу не посетил это отделение библиотеки. Тем удивительнее видеть тебя здесь. Преподавательский долг обязал? — не смотря на заданные вопросы, Дариус вовсе не выглядел удивленным.

— Приветствую Вас, магистр Мелье. И сказал бы, что забрел сюда случайно, но думаю, что врать лучшему прорицателю империи бессмысленно. Признаться честно, с недавних пор я интересуюсь вашим видом магии, точнее, её взаимодействием с другими видами. Можете меня просветить в этом вопросе, чтобы я не рылся в ваших многочисленных фолиантах?

— С чем связан твой интерес, позволь узнать?

— В большей степени, мой интерес вызван частными целями. Хотя и для будущей работы эти знания могут быть весьма полезными. Думаю, для Вас не секрет, что по рекомендации ректора Родимира мне поручили возглавить новую структуру. Нестор просил меня присмотреться к адептам академии. Я уже просмотрел личные дела многих из них, но признаться честно, прорицатели — белое пятно для меня. Вы знаете моё отношение к предсказаниям и предсказателям, но, тем не менее, меня интересует возможность совмещения других видов магий и прорицания.

— Хочешь провести еще один эксперимент? Я наслышан о революционном объединении магов на факультативе. Изначально, твой метод обучения вызвал недовольство у многих преподавателей и адептов, но злопыхатели сменили свою точку зрения после первого же занятия. И я этому рад. Возможно, пришло время изменить наши традиционные представления о магии, и её использовании. Особенно, с учетом появления безродовых магов. Что же касается твоего вопроса, то выскажу своё мнение. Я считаю, что нумерологию можно объединить с целительством, думаю, что и с некромагией будет результат.

— А что со стихийной магией? Возможен такой тандем?

— В активной связке однозначно нет. Только для подведения возможного итога определённых действий. К примеру, каков будет результат при оговоренных условиях. Это аналитическая магия — просчитывание различных вариантов и рисков. Кстати, тебе бы пригодились маги, взаимодействующие с артефактами.

— Магистр, простите, но даже я знаю, что в предсказаниях часто используют артефакты.

— Не спеши критиковать. Карты, кристаллы и шары, свечи, зеркала, вода, напитки, и даже руны не являются артефактами. Они — вспомогательный предмет для предсказателя. Я имею в виду, что некоторые прорицатели могут считывать энергию с артефактов и сказать, кто их использовал и как долго, увидеть след мага. В общем, тоже аналитический подход.

— Аналитики мне однозначно пригодятся. Но неужели активное взаимодействие прорицания и стихийной магии всё-таки невозможно?

— Ответь, Ренан, кто настолько поразил тебя, что ты пошел в библиотеку, учитывая твоё скептическое отношение к прорицаниям? Кто-то из адептов? — Дариус очень пристально взглянул на меня тогда. Неужели догадался, о ком я стараюсь умолчать?

— Магистр, разве личность настолько важна?

— Я не могу запретить или помешать тебе в поиске истины, но помни о том, что иногда чужие тайны должны остаться тайнами, дабы не навредить искателю и не разрушить жизнь их владельца.

Я точно уверен, Дариус знает, что речь идет о Каролине. Учитывая, что Мелье косвенно предостерегает меня не лезть в это дело, секреты «малышки с фонтана» становятся вдвойне интересны. Возможно, всё дело в её настоящих родителях, ведь о них ничего не известно.

Ночь вступила в свои права, укрывшись её покровом Ренан, собрался навестить грёзы Каролины.

Маг плотно закрыл шторы, чтобы не проникал свет, а для верности использовал «ночную завесу» — артефакт, помогающий при бессоннице. Ренан сидел с закрытыми глазами на грани сна и бодрствования, взывал к своей родовой магии, визуализируя ледяную стену. Он чувствовал её плотную, непрозрачную структуру, ощущал холод. Затем визуализация начала меняться, по стене то и дело пробегали ледяные всполохи, истончая её, придавая ей зеркальную гладкость. За ней Профессор Айс видел ночной двор академии, затем женское общежитие, окно интересующей его комнаты, и спящую в кровати девушку. Он всматривался в изображение, дожидаясь, чтобы оно стало реалистичным, после чего позволил затянуть себя в образовавшийся проход.

Некоторое время Ренан стоял возле кровати, в которой мирно спала Каролина. Почему-то он не мог позволить себе изменить её сон своим появлением. Он видел, что ей снилось: красивый цветочный луг, легкий ветерок развевал ее волосы. Но для входа в сновидение необходим тактильный контакт, поэтому Ренан нежно, практически невесомо, коснулся щеки девушки. Каролина вздрогнула, а грезы ее подернулись дымкой, сквозь которую и проник маг. Девушка сидела на адептском плаще в окружении цветов и пахучих трав.

— Приветствую, «малышка с фонтана», — маг глядел на удивлённую девушку.

— Ренан! — Каролина радостно улыбнулась, — какой чудесный сон. Тебе нравится здесь?

— Здесь красиво. Позволишь сесть рядом? — про себя маг отметил, что Каролина говорит ему «ты», значит и наяву она хотела бы так обращаться?

— Конечно, присаживайся, — она даже слегка отодвинулась, предоставляя ему место, но плащ был слишком мал для двоих.

С улыбкой Ренан махнул рукой и скромный предмет гардероба сменился на широкий плед.

— Уверен, так будет удобнее, — маг присел рядом с девушкой.

— Спасибо, как ты это сделал? Хотя, это ведь сон. Тут может быть, что угодно. Я могу говорить тебе «ты», склонить голову на плечо и любоваться закатом. Жаль, что сон не вещий.

— Тебе часто снятся вещие сны?

— Редко, я даже не сразу понимаю, что сон был именно вещим. Но я точно знаю, что любое сновидение о чем-то говорит, не только вещее. А некоторые вообще не подлежат разгадке.

— А к чему этот сон?

— К тому, что я хочу тебя видеть, возможно, подсознательно я мечтала об этом моменте.

— Может быть, я также этого хотел.

— Не дразни меня, пожалуйста. Не давай напрасную надежду.

— Я откровенен сейчас. А еще часто вспоминаю нашу первую встречу. Помнишь её? В театре у фонтана?

— Конечно, это одно из моих самых светлых детских воспоминаний! Ты нагрел воду в фонтане.

— А ты рассматривала статуи, чуть ли не карабкаясь на борт фонтана.

— Он был высокий для моего роста, а фонтан завораживал своей красотой.

— Как сейчас чаруешь ты, — Ренан нежно провел пальцем по щеке девушки, опустился к подбородку, приподнимая его и глядя ей в глаза, склонился, бережно целуя в губы. Поцелуй не был глубоким либо напористым, он был нежным, практически невесомым. Так целуют одним дыханием.

Маг отстранился от девушки и улыбнулся. Каролина в смущении опустила голову и тихо рассмеялась.

— Возможно, сейчас это неуместно, но я вспомнила подаренную тобой снежинку.

— Да, она приземлилась прямо тебе на нос, — Ренан мягко провел пальцем по носику Каролины, — впервые, это получилось случайно, но во второй раз, признаюсь, я решил проделать такой фокус специально.

— Я не сержусь, это было мило, хоть и несколько насмешливо.

— Просто ребячество с моей стороны. Решил повыпендриваться перед понравившейся девчонкой, но в итоге посмеялся над ней. Никогда не умел выражать свои чувства. Возможно, я заслужил своё академическое прозвище.

— Профессор Айс, мне оно нравится, при его произнесении чудится аромат ванильного мороженого.

— Хм, никогда не пытался ассоциировать это прозвище с едой. А ты значит — сладкоежка?

— Каюсь, испытываю тягу к сладостям.

— Я иногда не против сладкого. К примеру, поцелуя.

Ренан склонился над девушкой, целуя ее. Этот поцелуй отличался от предыдущего, был тягучим и вяжущим, как карамель.

Каролина с готовностью отвечала ему; это сводило с ума, заставляя терять контроль над собой и её сном, чего нельзя было допустить. Ренан с трудом прервался, дыхание его было тяжелым и прерывистым. По раскрасневшемуся лицу Каролины, он видел, что те же эмоции обуревают и ее.