Как растопить сердце ледового мага (СИ) - Страж Катрина - Страница 52

Нота некромантов находилась в районе горла, она была с примесью пепла и тлена, тонкая и острая, как бритва, при этом короткая, без переливов, как предыдущая. Эта нота была строга и неотвратима, как сама смерть.

Выше всех, касаясь макушки воображаемого человека, светилась магия стихий. Она именно светилась, как солнце, меняя свой солнечный цвет на раскаленный белый, который в свою очередь сменялся багровыми оттенками. Почему-то ее звук напоминал о медном горне. Слушая его, перед мысленным взором мелькали высокие горы со снежными вершинами, свободный ветер, разгуливающий по морским просторам и брызги растекающейся лавы. На то она и нота стихийной магии.

Я потянулась ко всем магическим частотам одновременно, и все эти ноты слились в одну чарующую мелодию. Возможно, я единственная за долгие-долгие годы, кто слушает настоящую музыку магии.

Открыв глаза, я увидела, что нити, которые мысленно возникали предо мной также пляшут в такт мелодии, освещая пространство. Они изгибаются в каких-то немыслимых узорах и вновь распрямляются, чтобы затем тут же сплестись в какую-то причудливую форму.

Не знаю, сколько времени я любовалась этим волшебным представлением, ведь в данное мгновение магическая феерия была лишь для одного зрителя — для мага-эпмата, который вообще не излучает магический фон.

Стоило мне подумать об этом, как нити соединились в одну, создавая силуэт человека, сидящего в медитативной позе. Нити подсвечивали колени, копчик, пупок, сердце, горло и макушку фигуры. Что это? Магия показывает мне эмпата? Он объединяет в себе все частоты? Возможно ли, что частота эмпатической магии располагается так высоко, что её невозможно зафиксировать артефактами? Или всё же эмпаты не обладают магическим фоном? Я не знала ответ, но решила обязательно рассказать Ренану, когда вернусь.

Кстати, о возвращении. Я с большой неохотой отпускала нити, сосредотачиваясь на частоте магии сновидений. Фиолетовый цвет вибрировал перед глазами, заполняя все пространство вокруг, пока не поглотил меня. И тогда я увидела дверь и льющийся сквозь неё свет. Подошла, нажав на дверную ручку, и открыла врата. С той стороны меня ждал Ренан и улыбался.

— Вижу, ты всё-таки нашла выход. Я уже хотел идти за тобой.

В его руке я увидела тонкую солнечную нить. Прямо под цвет его стихии. Нить змеилась по полу и исчезала за моей спиной где-то в темноте.

— Выходи. Ты слишком долго пробыла в приграничье.

— Мне следует о многом рассказать вам.

— Хорошо, но ты сделаешь это в реальности. Для первого раза достаточно.

Я сделала шаг к Ренану и открыла глаза.

Глава 29. Новые тренировки, новые обиды

— Сьерра Каролина, сьерр д'Айсвиль ожидает вас в своём кабинете.

Эта фраза прозвучала ближе к обеду. Я удивилась, сегодня за завтраком Ренан не высказывал желания побеседовать со мной. Чего же он теперь хочет? Еще одна тренировка? Их было очень много в последнее время. Я буквально выдыхалась на каждом занятии, была настолько измотана, что сил не хватало даже на ужин. Я в ванну заползала с трудом. Ох уж мне это постижение активной стихийной магии!

После моего рассказа о магических частотах Ренан пригласил к нам Вейна, и мне пришлось повторить свою историю в мельчайших подробностях. При этом артефактор что-то записывал, чертил и задавал много уточняющих вопросов. Глаза его азартно светились, видимо, он уже придумывал новый артефакт.

А Ренан превратился в самого настоящего тирана и диктатора! Эти изнуряющие тренировки под его командованием стали настоящей пыткой. За время этих занятий я научилась различать оттенки каждой из четырёх стихий, что вместе составляли свою магическую частоту. Каждый день был посвящен подчинению какой-либо стихии. Воздух, вода, огонь и земля — теперь я умела настраиваться на составные части их единой магической частоты, не прилагая к этому никаких усилий.

Я спускалась к моему личному учителю-деспоту и терялась в догадках, что же еще он задумал. Какие мысли пришли ему в голову? Как еще он хочет использовать мою магию?

В кабинете Ренан был не один, в кресле напротив ледовика сидел Вейн. При моём появлении оба поднялись. Вейн придвинул еще одно кресло к столу, на котором были разложены какие-то артефакты.

— Каролина, мы хотели бы провести эксперимент, — сказал Ренан, — Вейн объяснит тебе его суть.

Профессор Айс отошел к шкафу с книгами, взял в руки какой-то том. Маг пролистывал страницы, будто искал нужную информацию, при этом краем глаза наблюдал за мной и артефактором.

— Сьерра Каролина, перед вами на столе лежат артефакты, но они пустышки, в них нет магии. Мы хотим, чтобы вы зарядили их различными стихиями, — пояснил мне Вейн.

Так вот к чему были эти долгие тренировки!

— Я попробую, но получится ли?

— С чего эта неуверенность? Тебе надо соединиться со стихиями, а это ты умеешь, — Ренан закрыл книгу и подошел к столу, — напитать магией артефакты будет не так уж и сложно, — маг снова раскрыл книгу.

Я взглянула на Профессора Айса и Вейна, коротко кивнула и взяла в руки первый артефакт. Он был небольшой, овальной формы, изготовленный из какого-то серебристо-белого металла. Серебро, поняла я. Холодный артефакт нагревался от тепла ладони. Я вновь нащупывала магические частоты. Какая же стихия подходит этому металлу? Почему-то мне представилось, что его следует носить на шее, как кулон. И крылья, мысленно я видела гравировку крыльев. Воздух! Этому артефакту подойдёт моя любимая стихия.

Воздушным оттенком стихийной частоты в моём представлении был звук тонкой дрожащей струны, на которой только что играл музыкант. Воздушная стихия отозвалась быстро, я унеслась вслед за ней, растворяясь. Почувствовала, как она наполняет меня и начала потихоньку вливать магию в артефакт. Через некоторое время я почувствовала, что серебро оживает в моей руке, наполненное магической силой.

Что бы ни говорил Ренан, напитать артефакт магией оказалось не так просто. Руки мои слегка дрожали, когда я положила заряженный артефакт на стол. Всё это время Вейн делал какие-то записи в блокноте, засекал время, за которое мне удалось зарядить серебряную пустышку. Затем подсоединил к артефакту какой-то непонятный прибор.

— Чистая магия воздуха, никаких различий с оригиналом, — вынес вердикт артефактор, — хоть и заряжался он дольше. Надо будет протестировать продолжительность его работы. Прошу вас, сьерра Каролина, приступайте к зарядке следующего артефакта.

Вейн увлечённо что-то записывал и тихо говорил сам с собой. А мне хотелось его стукнуть. Как будто так легко сделать, то, о чем он просит. Но делать нечего, просто так эти двое меня не отпустят. Но если честно, мне и самой было интересно опробовать возможности своей магии в других направлениях. Поэтому я взяла в руку второй артефакт — небольшой кусочек светлого дерева без коры.

— Светлый дуб, если это имеет для вас какое-то принципиальное значение, — пояснил Вейн.

Не имело, в принципе. Но дерево было тёплым по сравнению с серебром. Потому у меня была лишь одна ассоциация — горящие поленья. Этот артефакт я наполню стихией огня.

Оттенок этой стихии был цвета раскаленного золота. В какой-то момент мне даже стало жарко, когда я сливалась с огнём, хотелось закрыть глаза и отвернуться. Я чувствовала, как на висках и лбу выступили капельки пота, когда заполняла артефакт огненной магией. Отложила дерево к серебру и увидела, что на втором артефакте обуглились края, делая красивую окантовку, а в центре проявился старинный символ огня — пять языков пламени со спиралевидной сердцевиной.

Я откинулась на спинку кресла, перед глазами мелькали блестящие точки.

— Чистая стихия огня. Каролина, вы молодец! — от восторга Вейн позабыл о приличиях, упуская обращение сьерра. Но меня это ни сколько не волновало, я хотела немного отдохнуть.

— Как ты себя чувствуешь? — видимо, Ренан тоже решил не соблюдать приличия, и обращался ко мне, как будто мы были одни.