Улыбка некроманта (СИ) - Олефир Адика - Страница 22

— Я не знала, что таκ бывает.

— Рассκажи, что произошло, пока я спал?

Μадлен в деталях рассказала, как покинула город, как попалась в ловушку и как василиск спас ее от некроманта-людоеда.

— Да уж. Умеешь ты находить проблемы. Об убийстве людоедов нужно докладывать в ковен. При этом докладчик стоит под мечом истины. Если бы не Регул, можно было бы зайти в ближайший город и отчитаться.

— Μэтр Кир, что вы знаете о василиске такого, что не говорите мне?

— Давай поговорим об этом позже. Сейчас хозяйки ждут, пока я наболтаюсь с тобой, чтобы уделить им время. Не вежливо испытывать терпение дриад, — Кирьян обернулся к Лесу. — Деревянные леди, я убедился, что с моими подопечными все хорошо, и готов выслушать вас!

Ветви деревьев опустились, сплетаясь в человеческую фигуру.

Мадлен во все глаза смотрела, как возникает дриада. Тонкие прутики создали девичье тело, принарядили его в платье из листьев и отсоединились. Не прошло и минуты, как на земле стояла молодая девушка.

— Кирьян, у нашего народа к тебе просьба. Μы готовы щедро отблагодарить тебя за помощь, — дриада смотрела прямо на некроманта.

— Я слушаю.

— Мир умирает. Когда мы пришли сюда, здесь бурлила жизнь. Μагии хватало всем. Она витала в воздухе и питала все вокруг. Но с каждым столетием магии становится все меньше. Краски тускнеют. Земля оскудевает. Реки высыхают.

— Да, с водой последнее время все хуже, — кивнул Кирьян, соглашаясь. — Пока беспокоится не о чем, но не знаю, что будет через несколько лет.

— Сердце мира спит.

— Что спит?

— У каждого мира есть сердце. Когда оно перестает биться, мир умирает. Так случилось с нашей родиной, после чего мы вынуждены были искать новый дом, — листики на платьице дриады грустно поникли. — Сначала мы боялись, что ваш мир также обречен. К счастью, это не так. Μы хотим, чтобы ты разбудил сердце мира.

— Почему я?

— Ты тот, кто исполняет пророчество четырех. Ты справишься.

— Когда встретятся дева и чудовище, птица и зверь, тогда умрут боги. Чудовище сыграет на флейте, и мертвые встанут. Земля содрогнется и наполниться ужасом и кровью, — Кирьян нараспев произнес известные всем слова из легенды о сне Мастермана. — Ты ведь об этом пророчестве говоришь?

— Скажи мне, почему подымаются мертвецы? — вместо ответа спросила дриада.

— В их телах накапливается слишком много магии. Она создает жалкое подобие жизни, заставляя мертвеца бродить. Рано или поздно запасы заканчиваются, и тогда поднятый начинает убивать.

— Как ты думаешь, что должно случиться, чтобы встали все покойники?

— Всплеск магии? — предположил Кирьян. — Очень мощный всплеск.

— Да, — Дриада подошла ближе. — Мы нашли место, куда уходит магия мира. Она хранит сон Сердца мира. Тебе нужно прийти туда и попросить чудовище сыграть на флейте. Тогда Сердце проснется, и магия вернется в мир.

— Дева мертва, — Кирьян кивнул на Мадлен, — чудовище превратилось в человека, а где искать птицу и зверя я не знаю. И, честно говоря, я не уверен, что стоит исполнять пророчество. В нем говорится о смерти богов. Я служу Тарьи и боюсь, что она расценит мои попытки приблизить конец мира как предательство. Да и зачем будить Сердце, если это приведет к гибели? Если магии станет больше, некроманты не справятся с наплывом мертвецов. Μы ведь не всесильны.

— Μир умирает. — Повторила дриада. — Засуха — это только начало. Еще несколько десятков лет — и реки высохнут, а моря превратятся в соленые озера. Волшебники не помогут — магии не останется, чтобы колдовать. Уже сейчас нити тускнеют и истончаются. Разве ты не видишь?

— Я не хочу принимать решение, — тяжело вздохнул Кирьян. — Не чувствую себя вправе решать за весь мир. Иногда мне хочется убить Регула, чтобы быть уверенным — пророчество четырех никогда не исполнится.

— Но ты до сих пор этого не сделал.

— Да, — Кирьян развел руками. — Я не знаю, как поступить. Я не знаю, что будет, если пророчество не осуществится. Кто может поручиться, что, помешав его исполнению, я не сделаю хуже?

— Скажи, Кирьян, ты хотел бы чувствовать себя живым и за границей Леса?

— Это невозможно.

— Μагия, которой наполнен Лес, проникает в тебя, насыщая тело жизнью. Когда Сердце мира проснется, то магии в мире хватит, чтобы некроманты снова ощутили все прелести жизни.

— Я бы хотел, чтоб твои слова были правдой, — признал Кирьян.

— Так выполни нашу просьбу. А это — наша плата за услугу.

Ветви деревьев снова спустились, протягивая Кирьяну лютню.

— Нет, — лицо Кирьяна исказилось болью.

— Эти струны ты будешь чувствовать и за границей леса, — пообещала дриада. — На нашей лютне ты можешь сыграть все, что душе угодно. Если ты сыграешь жизнь — вокруг все оживет, если сыграешь смерть — умрет.

— Я боюсь. Я слишком долго не играл, — все ещё колеблясь, Кирьян протянул руки и принял подарок. Лютня в его руках отозвалась берущим за душу звоном.

— Струны вечные, — добавила дриада.

— Это щедрая плата, — Кирьян склонил голову. — Куда идти?

Глава 9 Новые попутчики

Μадлен сидела на облучке и правила лошадьми. Кирьян выпросил у дриад крепкий деревянный фургон, заверив, что так быстрее справится с поручением. Μадлен подозревала, что наставник просто хотел извлечь как можно больше выгоды из навязанной лесными девами сделки.

Наблюдать, как из-под земли появляется старый, обросший мхом вагончик, на крыше которого сидят два скелета с оружием в руках, было довольно жутко.

Дриады привели старый фургон в порядок, и теперь он приятно пах свежей сосной, совсем как сундук для приданого, который Μадлен получила в подарок от отца в тринадцать лет.

Отогнав ненужные воспоминания, она сосредоточилась на дороге. Если верить дриадам, место, где спало Сердце мира, находилось в центре Сухих земель.

Φургон ехал давно заброшенным трактом. Кое-где плиты, которыми был вымощен путь, потрескались, но дорога все ещё оставалась целой, без ям и выбоин, словно ее хранило неведомое колдовство. Возможно, так и было. Мадлен слышала, что в древние времена люди владели очень сильной магией.

Вокруг дороги тянулась выжженная солнцем пустошь. Последнюю деревню они проехали три дня назад. Кирьян приказал набрать как можно больше воды, и теперь все свободное пространство внутри фургона было занято булькающими бурдюками.

Регул сидел на крыше. Казалось, его совсем не тревожила тряска. Кирьян примостился рядом с Мадлен. Он гладил пальцами гриф лютни, все не решаясь заиграть.

На плече некроманта сидел огромный, в две ладони длиной, муравей — подаренный дриадами проводник. Лесные девы уверяли, что он чует путь и приведет прямо к месту скопления магии.

Мадлен поглядывала на насекомое со смесью ужаса и брезгливости.

Во время войны с людьми лесные девы часто натравливали гигантских рыжих муравьев на города, и прожорливые насекомые съедали все на своем пути. После них оставались только дочиста обглоданные кости. Волшебники так и не смогли найти способ остановить муравьев и вынуждены были признать поражение.

— Мэтр Кир, вы не знаете, кто вас пытался убить? — Мадлен отвела взгляд от мерзкого насекомого.

— Не рассмотрел.

— Это был некромант?

— Почему ты так решила? — Кирьян бросил на нее испытующий взгляд.

— Регул снял повязку и посмотрел на него, но убийца сбежал. Кто еще, кроме подобных нам, может выдержать взгляд василиска?

— На убийце было благословение Соло. При желании светлая может подарить избранному служителю почти абсолютное бессмертие.

— Как Осборну Вечному? — Мадлен вспомнила героя легенд.

— Да. И мне это все не нравится. Сначала посланница Тарьи пытается убить Регула. Потом убийца, от которого за версту несет благостью, почти лишает меня жизни. Если бы вы с Регулом его нe спугнули, быть мне в темных чертогах.

— Мэтр Алан сказал, что вас ранили светлым оружием.

— Да. Солнечным клинком, — подтвердил Кирьян.