Улыбка некроманта (СИ) - Олефир Адика - Страница 8

И сейчас неуклонно бредущая к замку Ласка напомнила Мадлен ту куклу.

За мертвой наемницей тихо, словно кот на охоте, шел некромант. В черном плаще он был невидим, и если бы не ночное зрение, Мадлен не смогла бы отличить Кирьяна от ночной темноты.

Ласка подошла к стене замка и стала царапать камень пальцами. В паре шагов от нее копошился кто-то еще. Мадлен не сразу поняла, что это тот самый мертвец, которого некромант затащил во двор.

Кирьян достал кинжал и ударил Ласку, разрезая ей бок. Из раны посыпались муравьи. Кирьян зачерпнул горсть насекомых, чем заставил Мадлен содрогнуться от отвращения.

— Что, малыши, вам нужно внутрь? Я проведу.

— Мэтр Кир, они же… — Мадлен с ужасом наблюдала, как муравьи вгрызаются в кожу некроманта и проникают внутрь.

— Да.

— Зачем?

— Это единственный способ быстро ее найти.

— Кого?

Кирьян не ответил. Слушаясь своих рыжих проводников, он подошел к окну их с Мадлен спальни и вернулся в комнату.

Мадлен подтянулась за низ окна, пытаясь влезть следом. Сломанная нога висела бесполезным грузом, плохо слушаясь и мешая карабкаться. Кирьян ухватил Мадлен за шиворот, втянул и поставил рядом.

— Я вам обуза.

— Не ной, — холодно оборвал ее некромант.

Мадлен закусила губу, сдерживая обиду.

Выставив вперед руку, словно слепой, Кирьян открыл дверь и шагнул за порог. Все так же щупая перед собой воздух, он направился к лестнице. Мадлен, ковыляя и опираясь на стены, едва поспевала за ним.

Некромант поднялся на вверх башни и остановился перед массивной дверью.

— Холодное железо, — Кирьян отдернул руку, словно обжегся.

Мадлен устало присела на ступени. Боли она, как и раньше, не ощущала, но усталость чувствовалась все сильней. К тому же стал донимать голод. При мысли об оставленном в комнате подносе с едой рот наполнился слюной. Съесть бы хоть что-то.

— Запомни — так выглядит разрыв-трава, — некромант сунул ей под нос сухой пучок. — Очень полезное растение, одно из тех, что стоит всегда иметь при себе. Наблюдай внимательно: нужно коснуться всех четырех углов и положить траву у двери. Теперь смотри внутренним зрением: я посылаю импульс энергии и пробуждаю скрытые в растении силы…

Железная дверь раскололась на две части и выпала в коридор, придавив Кирьяна и едва не задев сидевшую на ступеньках Мадлен.

— Перестарался, — некромант спокойно поднял привалившую его половинку двери, встал и притулил обломок у стены.

Мадлен нехотя поднялась со ступенек и последовала за наставником, который уже вошел в комнату.

Маленькая каморка оказалась пуста, если не считать небрежно брошенного в углу бревна. Обтесанная со всех сторон деревяшка была размером с семилетнего ребенка. Вокруг нее несколько раз была обмотана толстая железная цепь.

Единственное окно закрывал железный лист, а на стенах виднелись следы копоти, словно когда-то здесь бушевал пожар. Пол укрывал толстый слой пыли.

Желудок скрутил голодный спазм, и Мадлен замерла на пороге, пытаясь совладать с болью. Странно, сломанная нога не тревожила, а вот от муки голода, казалось, выворачивали ее желудок наружу. Нужно съесть хоть что-то. Мадлен вспомнила, что Кирьян уговаривал ее взять с собой колбасу, и полезла в карман. Пусто. Почему она не послушалась мэтра?

Мадлен едва не завыла от обиды на собственную глупость, когда учуяла запах мяса. Совсем близко. Еда!

Резко развернувшись, девушка сделала шаг к лестнице. Перед глазами плыло. Стены, ступени, требовательный окрик Кирьяна и вкус мяса — все исчезло в тумане. Осталось одно чувство — голод, одно желание — насытиться.

— Вкусно… Οчень вкусно… — Мадлен пришла в себя слизывающей с пальцев красный сироп.

— Очнулась? — сухо спросил Кирьян.

— Да, — Мадлен огляделась: рядом лежало наполовину обглоданное тело графа. У стены валялись два воина с разорванными глотками. — Что случилось?

Она поднялась с колен и с ужасом уставилась на свои испачканные руки. Кажется, это не сироп.

— Я предупреждал, что нужно больше есть, — пожал плечами Кирьян, после чего вернулся в комнату и принялся срывать цепи с бревна. Железные звенья лопались в его руках, словно нитки для вышивания.

— Мэтр Кир, — Мадлен запнулась, пытаясь справиться с дрожью в голосе, — это же не я сделала?

По щекам потекли слезы. Мадлен с удивлением коснулась их.

— Мэтр Кир! Я снова плачу. И чувствую свое тело! Моя нога… моя нога больше не сломана!

— Это счастье продлится сутки, — спокойно ответил некромант, взваливая бревно на плечо. — Потом тебе нужно будет съесть живьем ещё одного человека. Готова убивать каждый день ради возможности ощущать себя живой?

Не дожидаясь ответа, Кирьян направился к лестнице.

— Но… — Мадлен снова посмотрела на обглоданного мертвеца. Ужас от содеянного уступил место сытости и мрачному удовольствию. На миг память прояснилась, давая возможность вспомнить, как убегали прочь закаленные в боях воины, едва увидев, что она впивается в горло графу. Кровь была такой вкусной, такой горячей.

Испугавшись собственных мыслей, Мадлен поспешила за наставником. Мэтр Кир наверняка знает, как с этим справиться. Он ведь не убивает каждый день? Или убивает? Мадлен вспомнила, как наставник жарил человечину и тяжело вздохнула. Нельзя быть ни в чем уверенной.

— Леди Анна, с добрым утром, — пролетом ниже Кирьян столкнулся с графиней. — Я заберу вашу гостью.

— Мой муж будет против ее отъезда.

— Ваш муж слегка повздорил с моей ученицей и теперь уже не способен высказать свое несогласие. Не думаю, что вам стоит подниматься к нему. Лучше пошлите пару крестьян с крепкими нервами.

— Что ж, тогда я дам вам денег, чтобы вы могли проводить гостью моего мужа домой.

— Буду рад вам услужить в этом. И раз уж вы столь добры, могу я попросить у вас окорок и сорок сушеных абрикосов?

— Конечно, — если графиню и удивила его просьба, то она ничем это не выказала.

Вернувшись в комнату, некромант приказал собрать вещи. У Мадлен на языке крутилось множество вопросов, но Кирьян так шикнул на нее, что она не осмелилась их озвучить. Забирая еду с подноса, Мадлен наслаждалась вернувшийся чувствительностью, стараясь не думать, какой ценой она ей досталась.

Во дворе их ждала графиня. Рядом стоял конюх с рыжим тяжеловозом на поводу. На леди Анне было вишневое платье с глубоким декольте и с короткими рукавами.

— Траур закончился? — поинтересовался Кирьян.

— Да.

— Вдовий наряд носить не собираетесь?

— Я уже отправила барону Γроу предложение стать моим мужем. Не думаю, что он будет рад видеть, как я горюю по его предшественнику.

— Рад за вас, — Кирьян водрузил бревно на тяжеловоза и прикрепил веревками, которые ему подал конюх. — Оставайтесь под благодатной тенью.

— И вам того же.

Глава 4 Утопленница

Ткань плаща на ощупь была грубой и плотной. Волосы — жесткие от дорожной пыли. Серебряная цепочка с кулоном в форме краба — холодной и скользкой.

Мадлен нагнулась и провела рукой по сухой траве, наслаждаясь каждым мгновением. Жаль, что ощущения вернулись лишь на время. О цене Мадлен и вовсе старалась не думать. Слишком противоречивы были собственные чувства при воспоминании о содеянном.

— Орех — символ дриад, — строгий голос наставника заставил девушку отвлечься от навязчивого желания потрогать все вокруг. — Тебе следует внимательней относиться к тому, что люди делают и говорят. Граф Ло нашел неплохой способ избавить свои земли от засухи. Но если бы дриады узнали, что он держит в плену одну из них, то за день сровняли бы его замок с землей. От окружающих сел тоже вряд ли бы что-то осталось. Я удивлен, что лесные девы до сих пор не нашли свою сестру.

Кирьян вел на поводу фыркающего Искру. Дохлый мул послушно брел сам, почти не отставая от своего хозяина.

— Вы хотите сказать, что бревно, которое тащит наш рыжик, — это дриада?

— Надо же, догадалась.