Мы, монстры. Книга 3: Зверь (СИ) - Вернер Тим - Страница 115

       Тот сидел, подавшись вперед, будто мог так лучше слышать, переводил взгляд с одного на другого, грыз длинный ноготь, и тот громко хрустел в черных зубах. Встретившись взглядом с Йеном, встрепенулся, будто только что осознал, что не только он видит происходящее — его тоже видят.

       Громко выплюнул ноготь — тот со свистом пролетел мимо и с грохотом рухнул вдали — и быстро заявил:

       — Я такое не носил бы!

       Йен снова повернулся к Нивену и проникновенно сказал:

       — Видишь! Даже Ух’эр такое не носил бы!

       — Что значит “даже”?! — возмутился Ух’эр, а Йен продолжал, не слушая:

       — Вот чего тебе стоит пойти и купить новый плащ, а? На этот если чихнуть — расползется!

       — На себя посмотри, — дернул плечом Нивен. — Ты если чихнешь — из этих тряпок вообще выпадешь!

       — Почему вы спорите о тряпках? — неожиданно серьезно спросил Ух’эр.

       “Когда это ты научился серьезно говорить?” — удивился Йен.

       Подумал, что, может, не он один вырос — Ух’эр тоже. Потому ответил не сразу, и вместо него заговорил Нивен:

       — Потому что Йен не хочет говорить о другом, — ровно произнес он. И вдруг разозлился. — Я нашел там дом! — и ткнул пальцем за спину.

       — А я давно советовал… — начал Йен, но теперь уже Нивен ткнул тем самым пальцем в него, командуя помолчать.

       — Я нашел там свое место! Я нашел женщину!

       — Ну, было бы странно, если б не нашел, — пробормотал Йен. — Я ее прямо рядом с тобой оставил. Можно сказать, рукой подать…

       — А потом пришло письмо от Тейрина!

       — Мелкий предатель… — вздохнул Йен. — Ему только дай написать что-нибудь, да?

       — Я еще раз. Спрашиваю, — с нажимом, чеканя слова, продолжил Нивен. — Что. Ты. Делаешь?

       — Ничего, в чем тебе бы хотелось принимать участие, — честно ответил Йен. — Уходи, Нивен. Возвращайся. Вот где нашел дом — туда и иди.

       — Не раньше, чем ты расскажешь, — холодно отрезал тот.

       Йен тяжело вздохнул. Нивен двинулся было к нему, но Йен поднял руки — и Нивен остановился. Только голову набок наклонил, он все еще проделывал этот почти звериный жест.

       Однажды зверь — всегда зверь.

       Даже если умудрился стать почти человеком.

       — Я вспомнил, кто я, — напомнил ему Йен.

       Нивен наклонил голову на другой бок, вновь выжидательно скрестил руки на груди.

       — Я же сказал тебе. Я вспомнил. Я — Затхэ, — и заговорил твердо и четко, холодно, уверенно. — Это не просто мысли, которые пришли в голову. Не пустые слова. Это мои воспоминания, мои чувства, моя жизнь. Я стал собой. И я знаю, что мне делать.

       — Угу, — кивнул Нивен, но больше ничего не сказал. Ждал, продолжая сверлить недобрым прямым взглядом.

       — Я убью всех в этих горах, потому что это — мои горы, — Йен широко ухмыльнулся в ответ, повторяя оскал Ух’эра. — И это — только начало.

       — Угу, — повторил Нивен.

       — Великаны и гномы уже получили свое, — продолжал жестко чеканить Йен. — Теперь пришло время людей. Это не твоя битва, эльф. И тебе стоит держаться от нее подальше.

       — Угу, — в третий раз сказал Нивен.

       Не шелохнулся. Продолжал стоять, как статуя. И сверлить взглядом. Это было даже неприятнее, чем тогда, когда глаза у него были мертвые: мертвый взгляд живых глаз страшнее.

       — Вот и всё, — Йен пожал плечами. Снова покосился на Ух’эра, словно ожидая то ли помощи, то ли подсказки. Тот перестал грызть ноготь, подобрал ноги под себя и подпер кулаком подбородок. Естественно, он не мог помочь. Наоборот: кажется, он, как и Нивен, ждал продолжения.

       — Всё? — переспросил наконец Нивен.

       — Мне казалось, ты перерос вот это, — Йен помахал небрежно махнул ладонью в его направлении, — эту манеру переспрашивать.

       — А мне казалось, ты умеешь лучше врать, — пожал плечами Нивен.

       Йену показалось, что он ослышался. Но нет. Нивен говорил дальше.

       — Кто-то верит этому? — спросил он.

       — Все верят, — растерянно ответил Йен. — Оборотни, гномы, великаны… Правда, великаны недолго верили, я их быстро, того… Рэй вот поверил.

       — Рэй верит и в “Смотри!” — Нивен ткнул пальцем ему за плечо.

       А Йен вдруг рассмеялся. Это было глупо, неправильно и уж точно не входило в изначальный план, но оказалось, что это невероятно хорошо — когда тебе не верят. К тому же — это просто сон, а из сна, во что бы ни верил собеседник, будет непросто помешать воплощению его плана. Потому — почему бы во сне всему не пойти слегка не по плану?

       Пока смеялся, чувствовал на себе озадаченный взгляд Ух’эра. Тот привык первым безумно хохотать по поводу и без, а сейчас — его место заняли.

       Впрочем, он сам виноват: стал слишком серьезным.

       А кому-то же — надо смеяться.

       Ух’эр озадаченно смотрел.

       Нивен ждал.

       Отсмеявшись, Йен окинул взглядом обоих, быстро ухмыльнулся Нивену и прыжком оказался рядом с Ух’эром, рывком стянул того с облака и, сжав локоть, потащил к краю утеса.

       — Что ты… — начал тот. Потом возмутился. — И ты туда же?!

       — Твоя сеть там? — тихо спросил Йен.

       — Э… — Ух’эр растерялся. И неуверенно протянул в ответ. — Да-а…

       — Проверь, цела ли, — шепнул ему Йен и швырнул вниз.

       Развернулся к Нивену.

       — Зачем ты выбросил Ух’эра? — спросил тот, и Йен расхохотался во второй раз.

       Вместо того, чтобы объяснить: он не мог не выбросить. Если Ух’эр услышит правду — точно сам смеяться начнет. А такого удовольствия Йен не мог ему доставить. Затхэ — не мог.

       Нивен все-таки подошел, заглянул за край, осторожно сел подальше от него, привычно обхватив колено. Йен же снова устроился над пропастью и свесил ноги.

       Болтать ногами над бездной, которая так и тянется, чтобы сожрать тебя — это что-то вроде перемотанного сапога Каарэя.

       Просто назло.