Мы, монстры. Книга 3: Зверь (СИ) - Вернер Тим - Страница 127

       — А ты? — тихо спросил Дэшон.

       — Я прикрою Рэя, — прошептал Дал.

       — Но он сказал…

       — А я сказал, — жестко перебил Дал, — что прикрою Рэя. Будем спорить сейчас, Дэшон, или попытаемся успеть ему помочь?

       — Может, стоит ему не мешать? — в тон ему спросил Дэшон.

       — Может, — легко согласился Дал. — Но чтоб оценить ситуацию, нужно оказаться поближе, чем мы сейчас, не так ли?

       Запрыгнул на виверну, перехватил поудобнее поводья, развернул. Все так же тихо заговорил — и войско сейчас же стихло.

       — Отправляемся сейчас. Проверьте стрелы, яды, пращи, арканы. Всё должно быть при вас. Грядет не битва — охота. Добыча уже заждалась. И…

       Осекся, услышав низкий утробный рык со стороны гнезд.

       “Мирт”, — понял Дэшон.

       Дал бросил короткий взгляд на гнезда. Тоже понял.

       “Ты же не собираешься…” — подумал Дэшон, но тут Дал заговорил, прерывая мысль на середине:

       — И дайте мне еще миг.

       Развернул виверну — и Дэшон точно знал: не вверх ее сейчас направит, вниз к гнездам.

       Дэшон решительно шагнул к нему, перехватил поводья, прошептал:

       — Это неприемлемо!

       — Так я буду быстрее, — ответил Дал.

       — Или тебя сожрут, — прошептал Дэшон. — Не Мирт, так остальные. Все знают, кому Мирт принадлежит, и взять его себе сейчас…

       — Так я буду быстрее, — с нажимом повторил Дал. — Потом — пусть жрут.

       Дэшон отпустил. Риирдал бросил виверну вниз. Та расправила крылья, пошла на плавное снижение.

       “Надеюсь, Мирт не голоден”, — мысленно вздохнул Дэшон.

***

       Грифон едва дышал.

       Силы леса не хватало на двоих, как Нивен ни старался. Грифон все еще летел вперед, но едва дышал. Горы были больше и ближе, но небо — светлее.

       А еще было дико, жутко, запредельно холодно. Северное небо словно говорило ему: ты здесь лишний.

       И повторять про себя: "А я везде лишний" — Нивен больше не мог. Не до того было. Грифон тоже замерзал и держался только на той силе, которой все еще хватало у Нивена, чтобы делиться. Стоило убрать руку с холки, стоило на миг отпустить — упадет.

       “Никуда ты не упадешь, — упрямо думал Нивен. — И я не упаду. И Йен. Остались бы еще силы на Йена...”

       А потом, когда поднял птицу над предгорьями, когда понял, что уже совсем близко, и снова почти поверил, что справится, что долетит — увидел вдали черные точки. Точки мчались вперед, принимали очертания. И вскоре их можно было рассмотреть: огромные, похожие на Мирта, виверны, шли сразу с двух сторон, наперерез.

       — Ла-адно, — протянул Нивен.

       Всё было так плохо, что стало даже немного смешно.

       Грифон сейчас упадет. Он сам сейчас упадет. А тут еще с десяток черных тварей… Ну, может меньше, но кто их будет считать? Отвлечется на пересчет чужих птичек, отпустит свою — и всё, рухнет.

       Вот птички удивятся. Так грозно летели, что противник предпочел упасть сам.

       Нивен вдруг понял, что улыбается.

       “Ага, — подумал он. — Сейчас я их улыбкой распугаю”.

***

       Вершина Гъярнору пряталась за облаками. Те укутали ее, словно Снежные волки легли вокруг плотным кольцом — и грели, и защищали.

       Снег снова было шевельнулся у ног, но Йен отмахнулся. Не нужно его защищать, он просто рассматривает облака.

       “Хорошо, что утес — сплошной камень, — подумал он. — Если волки рванутся, то рванутся не из-под ног. Успею остановить. А как меня не станет — их тоже не должно. В конце концов, они — часть меня, в них дух Затхэ, а значит без духа они — просто снег”.

       Ирхан поднимался медленно. Будто намеренно оттягивал рассвет.

       Рэй и не думал тянуть: появился вовремя, стоило облакам у вершины едва заметно порозоветь. Йен, правда, не сразу поверил, что это Рэй. Он знал, что это Рэй, видел, что это Рэй, чуял, что это Рэй. Но человек летел на какой-то мелкой, хилой виверне. А Рэй всегда — всегда! — летает только с Миртом.

       Остальные его не выдержат, поломаются — так шутил Йен.

       Как оказалось, не совсем и шутил — эта вот, мелкая в сравнении с Рэем тварь, тащилась на последнем издыхании.

       — Потерял Мирта? — весело крикнул Йен, задрав голову.

       Рэй спрыгнул, не дожидаясь, пока его животное опустится. Может, боялся раздавить при посадке?

       Тяжелые сапоги ударились о темный камень. Йену показалось, утес треснет. Может быть, ему даже немного захотелось этого: чтоб утес треснул.

       — Это надо иметь особый талант, чтобы что-то такое большое и громкое потерять, — продолжил он.

       Рэй шагнул вперед, окинул его тяжелым взглядом.

       — Вот эльф, например, бабу потерял, — продолжал Йен. — Но тут еще можно понять, она эльфийская, за дерево спрячется или в куст упадет — и всё, и только по торчащим ушам найти можно. К тому же Нивен баб боится, так что может он специально потерял…

       — Шаайенн, — строго и очень спокойно сказал Рэй.

       — А? — тут же с готовностью спросил Йен.

       — Хватит, — попросил Рэй.

       — А то что? — фыркнул Йен. — Убьешь?

       Рэй снял ножны. Их у него оказалось больше, чем надо: вторые остались на поясе.

       — Ты без оружия, — сообщил он очевидное и швырнул Йену те, что снял. Из оставшихся вынул меч.

       Йен перехватил брошенное оружие, осторожно извлек. Прокрутил в руке. Обычный меч, не легкий, не тяжелый, такой у каждого охотника на поясе висит.

       — На-адо же! — восхитился он, подбросил, проверяя, сколько тот весит, поймал, взмахнул, на пробу рассекая воздух. — Меч мне принес! А что я тебе буду должен?

       — Я могу попросить поменьше говорить? — спросил Рэй.

       — Можешь, — кивнул Йен. — И я могу даже послушаться. Но тогда мне станет скучно, и я быстро тебя убью.