Мы, монстры. Книга 3: Зверь (СИ) - Вернер Тим - Страница 136

       Нивен глянул на него, поднял бровь, демонстрируя, что слушает. Не слишком заинтересован, но слушает.

       — Я всех позову, — осторожно сообщил Ух’эр.

       Нивен хмыкнул, безразлично дернул плечом.

       — Зови всех, — потрогал еще одну снежинку, перевел на Ух’эра темный и мертвый взгляд. — Так даже веселее.

       И Ух’эр решил, что совершенно не расстроен, что он в этой затее участвовать не будет.

       Ну его, этого мальчика с косичками…

***

       Нивен помнил: он затолкал их всех в подземный мир. Надо будет — затолкает еще раз.

       В конце концов, он — Кеарен такхирис. Убийца богов.

       Не человек. Не эльф.

       Немного жаль, он очень хотел быть кем-нибудь из них.

       Но он — Нивен.

       Так что ему сейчас несколько снежных шавок?

       “Всё правильно, — решил он. — Люди — остаются”.

       А он… Он будет делать то, что умеет лучше всего.

Глава 39. Прощай

— Готово! — крикнул Ух’эр, звеняще, весело, даже чересчур, как показалось Лаэфу.

       Лаэф наклонил голову набок, прислушиваясь. Ответил неуверенно, недоверчиво, будто сам спрашивал, будто опасался, что кто-то сейчас же начнет возражать:

       — Да… Да, он ждет.

       Двинулся было, но Ух’эр, пристально следящий за ним, схватил чуть повыше локтя — излюбленной хваткой даарцев. Он прекрасно знал, как непросто из нее вырваться.

       — Ты, — ткнул острым когтем ему в грудь. — Идешь последним. Попытаешься сбежать — останешься здесь.

       Обвел взглядом собравшихся:

       — Позволите ему попытаться — все останетесь!

       — Пошевеливайтесь! — визгливо выкрикнула Эйра. — Долго мне еще для вас время держать?

       — Идем, — сухо сказала Тэхэ, шагнула к Лаэфу и протянула руку.

       Ух’эр отпустил его за миг до ее шага.

       Отпустил и заинтересованно уставился в глаза, будто ставил какой-то важный опыт, и ему невероятно хотелось увидеть результат. Будто спрашивал, со своим извечным болезненным интересом — который перенял когда-то Затхэ: “Что ты сделаешь?”

       Лаэф был свободен от хватки. Путь был чист. Его ждали.

       У него было мгновение, чтобы сбежать.

       А глаза у Тэхэ были тревожными и влажными, впервые за долгое время — влажными. Как у одной из ее ланей. И рука немного дрожала...

       Впрочем, дело разве было в этом?

       Дело было даже не в том, что если бросит ее, один не уйдет — Лаэф слишком хорошо знал брата. Тот обязательно выплюнул где-нибудь по дороге огромную смоляную лужу, которой дана команда хватать Лаэфа и тащить обратно, если он пройдет мимо один.

       Дело было в другом.

       И Лаэф прекрасно знал, что он сделает. А Ух’эр… Догадывался, скорее всего. И проверял сейчас эти свои догадки.

       Ну и шут с ним! Пускай проверяет. Пускай уверяется в своей правоте. Они нескоро встретятся в следующий раз, чтоб у Ух’эр была возможность ткнуть этой правотой ему в нос — и долго смеяться, потому что оно и в самом деле смешно.

       Лаэф осторожно сжал плечи Тэхэ в руках. Казалось, сожми сильнее — раскрошатся. Закрыл глаза, глубоко вдохнул и вышвырнул прочь из мертвого мира.

       Следующим был Заррэт.

       Спрыгнул откуда-то с грохотом, с треском, словно свалился со своими раскатами с самого неба… Хотя нет, сидел бы он в Ух’эровом небе, весь измазался бы.

       Лаэф обхватил широкое запястье брата, выдохнул, собираясь с силами, — Заррэт невольно уперся — и швырнул его следом.

       — Теперь я! — визгливо выкрикнула Эйра. Голос у нее срывался. Видать, и впрямь силы были на исходе.

       — Нет, — сказал Лаэф. — Не ты.

       Подумал, что весело было бы оставить рыжую Ух’эру.

       И черной тенью растекся у них под ногами.

       Поднялся из такой же тени через миг — за огромным камнем неподалеку. Не только Ух’эр разбросал тут везде свои лужи — Лаэф рядом с ними, чтоб не было слишком заметно, спрятал послушные тени.

       За камнем, вжавшись в него прямой спиной, стояла Сорэн. Увидела Лаэфа — и светлые глаза широко распахнулись. Не ожидала?

       Времени на разговоры не было.

       Лаэф протянул руку. Она даже не глянула на нее — смотрела в глаза неотрывно, все еще изумленно.

       — Давай, — впервые в жизни он просил. Без яда в голосе, без меда, без шипения.

       — Лучше умереть здесь… — проговорила она, тихо и будто бы испуганно. Словно выучила когда-то эти слова — и теперь только они остались, чтобы говорить. Чтобы защититься от него.

       — Давай, — повторил он. — Ты не знаешь путь. Я знаю. Дай руку!

       Но Сорэн застыла. Вжавшись в камень, сама — камень.

       А Лаэф точно знал: без нее не уйдет. Больше он без нее не уйдет.

       И время тянулось медленно, замерло в мире живых — и теперь, кажется, попыталось замереть и здесь. И было тихо. Не шевелился он, замерла она.

       А потом с громким фырком спрыгнула с с камня, за которым оба стояли, Эйра. Встала между ними и насмешливо заявила:

       — Всегда всё приходится делать самой!

       Схватила его за протянутую руку, запястье Сорэн рывком отодрала от камня. Кивнула Лаэфу, пока старшая приходила в себя от такой наглости обоих.

       Лаэф закрыл глаза.

***

       — Прощай, — услышал голос брата Ух’эр.

       Подумал: странно. Лаэф редко отличался вежливостью. А тут — даже нашел время, которое с таким трудом держала Эйра, чтобы попрощаться. И сказал это так… Непривычно. Мягко. Спокойно.

       Будто что-то изменилось.

       Будто он изменился.

       Как эльфенок.