Мы, монстры. Книга 3: Зверь (СИ) - Вернер Тим - Страница 93

       — Эй! — обиделся Ух’эр. — Вы, даарцы, мига не можете прожить, чтобы с богами не поругаться?!

       Дэшон набрал было в грудь воздуха, чтоб ответить, но Рен тронул за плечо, и Дэшон молча выдохнул.

       — У меня не много времени, — тихо сказал Рен. Дэшон не рассмотрел движения, но ему показалось, что Рен ткнул в сторону Ух’эра кулаком.

       Ну да. Это же Рен. Грозить богам кулаком у него, можно сказать, любимое занятие.

Глава 28. Назад

   На мгновение Рэю вдруг показалось, что он вернулся далеко-далеко назад. В самое детство. Что ничего еще не произошло, и они с Далом просто в очередной раз вышли на тренировочную площадку. Издали на них глядит Дэшон, а может, и отец наблюдает из дворцового окна. Отец, конечно же, обязательно отчитает его потом за каждое кривое движение. Но ему не привыкать. Да и не за что его теперь отчитывать.

       Он работает уверенно. Рука твердая, меч — ее продолжение.

       Его продолжение.

       Удар, еще удар. Третий.

       На четвертом Рэй начал злиться.

       Потому что Дал уходил. Даже не пытался блокировать. Легкий поворот корпуса — и лезвие проносится мимо. Едва сместился в сторону — опять мимо. Еще один скользящий шаг — и еще раз мимо. Со злости захотелось швырнуть в него мечом — чтоб рукоятью в лоб. Рэй не швырнул, конечно, потому что меч все-таки слишком легкий, и никакого урона такой бросок нанесет, а Рэй останется безоружным.

       Рэй скрипнул зубами. Он ведь начал даже не в полную силу. Начал мягко, медленно, чтобы прощупать, чтобы случайно не ранить: он-то может и тренировочным проткнуть, если не рассчитает.

       А Дал — что вытворяет?!

       Что за привычка убегать? У всех вокруг дурацкая привычка убегать от него!

       Что за наглое, демонстративно издевательское поведение?!

       "Тебе весело? Ненадолго!"

       Рэй начал действовать быстрее, тверже. Дал снова увернулся, но следующий удар ему уже пришлось блокировать. И отступать. И опять блокировать. И опять отступать — больше не играя. Теперь — потому что не выдерживал напора.

       Всё, игры окончены. Шутки в сторону.

       Удар, уход, удар.

       Рэй, в конце концов, старший принц и наследник престола Даара. Да, может, он ошибся. Да, может, ошибся серьезно, может, непоправимо, может, об этом ему следует напоминать, ладно! Но не наглеть! Не вызывать на битву, а потом вести себя, как шут! Одного шута с головой хватило!

       Удар, уход, удар — неожиданно твердый блок.

       И в голове проносится то ли удивленное, то ли возмущенное: "Ты смотри! Еще и отбивается! Огрызается!"

       И снова — связка ударов. Один из которых Дал все-таки пропускает — получает ранение в плечо. Ненастоящее, конечно: условное лезвие чиркает по кожаному рукаву. Но это — начало.

       А чего он ждал? Что безнаказанно будет от Рэя бегать?! Черта с два!

       Рэй атакует опять, смещает, заставляет отступать. Проводит еще связку, не ошибается ни разу.

       Его не за что отчитывать. Он делает все, что может.

       С другой стороны... Он всегда делал все, что может.

       Так кого отчитывать за то, что происходит теперь?

       Он не знает ответа, и то ли поэтому, то ли потому что никак не удается зацепить слишком быстрого Дала еще раз, злится еще больше. Но злость лишь придает сил.

       Потому что так нельзя.

       Так нельзя!

       С ним! Себя! Так! Не ведут!

       Хватит шуток!

       “Потому что могут начать смеяться”.

       Рэю не нужно оборачиваться, он чувствует, как все его люди сейчас, затаив дыхание, следят за поединком.

       Он знает почти наверняка: Дал начал поединок так, как начал, намеренно. Он хотел, чтобы они засмеялись. Он в конце концов, давно намекал на то, что Рэю не место на троне. А что может быть хуже для будущего короля, чем стать посмешищем для своего же войска? Перед самым страшным за всю историю Даара боем.

       Мысли сбивают с темпа, Рэй оступается: это одно мгновение, но Дал успевает перехватить инициативу.

       Теперь он нападает, а Рэй уходит, блокирует, отвечает.

       “А ты не слишком отличаешься от Йена, да?” — думает он уже не со злостью — едва ли не с ненавистью.

       И вдруг дыхание сбивается во второй раз: потому что становится смешно. Рэй очень не вовремя представляет, как Дал занервничает, если ему это сказать. От прямого выпада уходит в сторону в последний момент, выбрасывает на развороте руку с мечом, и Дал, не ожидавший такого маневра, успевает вскинуть оружие в последний момент.

       Рэй усиливает напор, потому что злость теперь не темная и холодная — она яростно, слепяще веселая, готовая сорваться в истеричный хохот, и чтобы не сорвалась — ее нужно использовать, направить в русло.

       Блок — и удар. И в сторону. И с разворота. Лишь бы достать. Движения — быстрее и четче.

       И — не смеяться, главное, не смеяться.

       Дышать. Ровно. Вдох — удар, вдох — удар.

       И вот Дал уже опять не успевает. Парирует, блокирует, уходит, но недостаточно быстро — и меч чиркает по руке у запястья, теперь всерьез.

       Дал перебрасывает его в левую руку.

       Новая связка ударов — и кажется, он уже сейчас отступит, просядет, допустит ошибку.

       Но Дал владеет левой так же хорошо, как правой. Йен бы сказал: "это потому что у людей обычно одна рука лучше другой поставлена, а у Дала никакая не поставлена". Или Йен это когда-то говорил?

       Драться с левшой — всегда сложнее. Возникает нездоровое ощущение, что дерешься с собственным отражением.

       Блок, разворот, удар — и вот уже Рэю приходится уходить в последний момент.

       И чтобы перейти в контратаку, ему нужно собраться. Перестроиться. Далу удобно двигаться в одном темпе. Значит, Рэю темп нужно менять постоянно. Дал предугадывает все движения, но только потому, что отработал все комбинации, выучил наизусть. А Рэй — Рэй просто знает, Рэй просто видит, Рэй дышит в такт движениям и способен менять ритм собственного дыхания в любой момент.

       Он готов сменить его хоть сейчас — нужно просто дождаться, чтобы Дал допустил ошибку.