Жена рудокопа (СИ) - Чигарина Георгия - Страница 33

– Да мне это как-то не надо, – ответила Сара.

– Не говори глупостей. Каждая женщина мечтает оказаться в сказке, хотя бы на один вечер. Вот и будет у тебя сказка. Сейчас с тобой закончим и начнём вторую принцессу наряжать, – ответила Лета, посмотрев на Лесу. Та смотрела ткани. – Если хочешь, я потом научу тебя шить.

– Подумаю над этим, – ответила Леса.

– Подумай. Лишние знания всегда пригодятся.

Глава 11

Леса и Пенр сидели в зимнем саду, который представлял собой пещеру, засаженную кустами и деревьями в кадках. Насыпные грядки пестрели от овощей и соцветий. Жужжали пчёлы, которых здесь держали для добычи мёда. Атмосфера была такой спокойной, что невольно навевала лёгкую дрёму. Было просто приятно сидеть рядом и держать друг друга за руки.

— Ты всё время о чём-то думаешь, – заметил Пенр. — Так и кажется, что решаешь какие-то сложные задачи.

– Мне нравится работать с задачами. Одно время мне казалось, что я разучилась думать. Такое отупение пришло, которое просто пугало. Казалось, что я потерялась сама в себе. Знаешь, как в какой-то детской сказке, когда вокруг всё кажется каким-то непонятным и чудным. Вроде всё привычное, но реагируешь на это привычное иначе. Я знала, что надо бороться, но на эту борьбу не было сил. Заставляла себя вспоминать старые мечты, держаться за стремления. Ведь я никогда не была размазней, – ответила Леса. Рассмеялась. Она посмотрела на Пенра с мягкой улыбкой. – Разве только в твоём присутствии я почему-то дурею и теряюсь. Но так-то, надо мной даже шутили, что у меня вместо чувств компьютерная программа. И вот эта программа дала сбой. Всё стало таким неважным и пустым, что пропал смысл вставать с кровати. Баль меня вытаскивал, а я себя чувствовала куклой, которую можно просто переставлять с места на место. Всё время пыталась починить программу и чуть не потерялась сама в себе.

– Старое закончилось, новое не началось. Вот ты и потерялась. Это нормально. Плюс истощённый болезнью организм, нехватка витаминов и солнечного света – кого угодно в депрессию введут. Да и не думаю, что ты была рада видеть в мужьях такого заросшего бородача. Насколько я знаю, тебе совсем другой типаж нравится, когда у мужчины вовсе растительности нет, — ответил Пенр. Леса покраснела, чем вызвала смех Пенра. – Какая ты ещё стеснительная.

— Ещё? – спросила его Леса.

– Со временем всё это уйдет, – ответил он. Оглянулся по сторонам. Поблизости никого не было. Он осторожно коснулся её губ. Леса почувствовала, как сердце замерло и на миг остановилась, чтоб вновь побежать в бешеном темпе. — Я уже часы считаю, когда смогу с тобой вновь наедине остаться. Уже и забыл, как с тобой может быть хорошо.

-- Мне с тобой тоже хорошо, – пряча от него пылающие щёки, ответила Леса.

– Всё ты от меня прячешься, – добродушно сказал он. Он осторожно приподнял пальцами её подбородок, заставляя посмотреть на себя. – Никогда не прячь лицо. Ты очень красивая и желанная. Любимая. И не надо от меня прятаться.

Он поцеловал её в щеке, которые так и пылали. Сколько лет прошло, а такое ощущение, что они расстались только вчера. Не удержавшись, он вновь поцеловал её. Она неловко ответила ему, затягивая поцелуй. Теперь уже он не мог прервать его. Казалось, что если это случится, то он её потеряет.

– Решила свести меня с ума? Я же теперь спать не буду, пока ты рядом со мной не окажешься. Пока вновь не смогу тебя обнимать, когда захочу, – прошептал Пенр.

– Я не хотела, – честно ответила Леса. – Мне всегда нравилось с тобой целоваться, вот и решила то же тебя поцеловать.

– Всё нормально. Это я так. К слову, – он взял её руку и прижал к губам. – Расскажи лучше, как ты жила эти пять лет.

– Работала, – ответила Леса.

– И больше ничего?

– Иногда выбиралась на приёмы. Мы должны были играть роль женатой пары. Поэтому иногда приходилось выбираться на танцы. Но я не танцевала. Сопровождала так называемого мужа.

– Только сопровождала? – как бы невзначай спросил Пенр.

– Да, а чего... Постой, думаешь у меня с ним роман был? – Леса рассмеялась. – Да мы терпеть друг друга не могли! Он считал меня занудой, а я его дураком. К тому же я не завожу на работе романов.

– Почему? Это же удобно.

– Потому что это проблемно. Не подошёл тебе человек или поссорились – всё это скажется на качестве работы. Лучше деловые отношения. Максимум дружеские, но никак не близкие. А с местными романы крутить и вовсе было запрещено под страхом огромных штрафов. Да я и не хотела. Меня тогда только работа интересовала. Я к этому холодно отношусь. Сам же знаешь, – ответила Леса.

– О, я бы так не сказал, – ответил Пенр, проводя пальцами по её запястью. – Я помню, какая ты. И совсем не холодная.

– Значит только с тобой, – сказала она, встретившись с его тёплым взглядом. – А у тебя были романы? – Пенр аж подавился от неожиданности. Откашлялся. – Ты спросил, поэтому и я решила спросить. Честность за честность.

– Были, – ответил он. – Мы с тобой расстались. Какое-то время пытался найти тебе замену.

– Но не нашёл, – сказала она.

– Не нашёл. Бесполезно это. Когда чувствуешь, что это твой человек, значит надо этого человека добиваться, несмотря на трудности и преграды. А я почувствовал тебя. Но признаться в этом самому себе было сложно.

– А я сомневалась. До последнего сомневалась и боялась, – спокойно ответила Леса. – Всегда казалось, что брак – это оковы. Они сковывают, меняют привычный образ жизни, заставляют подстраиваться под интересы другого человека, пусть и любимого, близкого и родного, но одновременно и чужого. Человека с привычками и взглядами. Если бы мы были с тобой работали в одной области или были бы одного возраста, то было бы больше точек соприкосновения. Так же мы с тобой были совершенно разными людьми. Я рядом с тобой чувствовала себя какой-то девчонкой. Всё время были мысли, что ты не будешь меня воспринимать всерьёз. Нужно было чего-то добиться, чтоб стать значимой в твоих глазах. Ты столько всего видел, знал, а я всю жизнь в теории просидела.

– Леса, человека любят не за что-то, а скорее вопреки. Вся эта мишура из признания и достижений – это ведь ничто. Любят просто так. За улыбку, за блеск в глазах и красные щёки, нежные губы и те ощущения, которые дарит присутствие той самой женщины, о которой так давно мечтал. И возраст – это не помеха. Иногда это плюс, как и разные профессии. Люди сходятся вместе, чтоб дополнять друг друга. Когда ты рвёшь бумагу, то края всегда неровные, шероховатые. Так и люди. По отдельности мы шероховатые. Но стоит нам объединиться, так становимся целыми. Ровными. Эти неровности убираются. Как тебя можно не воспринимать всерьёз? Может у тебя такое отношение сложилось, но я часто и саму жизнь серьезно не воспринимаю. К тому же я спокойно отнёсся к твоему решению взять паузу. Хотя это выглядело, как побег, но всё в прошлом, – Пенр вздохнул. – Ещё пройдёмся по саду, прежде чем разбежимся по домам?

– Давай.

– Ещё две ночи придётся спать одному. Не хочу.