Жена рудокопа (СИ) - Чигарина Георгия - Страница 42

Красивая даже в местном наряде, который скрывал почти всё, что только можно. Со спокойным лицом, упрямыми губами и косой, которая выглядывала из-под шапки, что приходилось носить из-за ветра, — Пенр посмотрел на неё и невольно улыбнулся. Жизнь плавно тянулась. Размеренно. С появлением малышки она стала более громкой и нервной, но всё равно она его не напрягала. Пенр часто ловил себя на мысли, что если бы ему предложили что-то поменять в жизни, он бы не согласился. Работа была изматывающей. В первое время он еле до дома доползал, но не подавала виду, чем и заслужил уважение среди гномов, которые в первое время ставили ставки, что он не справится и уйдёт. Не ушёл. К тому же ещё и втянулся. Может он просто проще к жизни относился, или он просто привык находится всё время в замкнутом пространстве, но вся адаптация для него легко прошла. Не было желания вернуться домой. Хотя и дома у него до этого не было. Теперь же появился. Дом, жена и ребёнок. Посмотрев на малышку, которая нахмурилась и явно собиралась разреветься, тем самым разбудить Лессу, Пенр убрал нож и поделку в сумку, а потом поднял на руки Розу. Она сразу вцепилась ему в плечо, крепко сжав кулаки и звонко рассмеялась.

Увидев, что в их направлении идёт Баль и Сара, он пошёл им навстречу. Сара сильно изменилась за это время. Она стала более мягче. Вместо сарказма в глазах и улыбке теперь пряталась загадочная задумчивость. Порой он ловил себя на мысли, что хотел бы разгадать эту загадку, понять о чём она думает, но сразу напоминал, что это не его подруга. Теперь с ней Баль, который и знает все эти ответы, а он может лишь гадать. В последнее время с Сарой они отдалились. Больше не было её нравоучений, попыток контролировать его. Вначале это удивляло Пенра, но постепенно он привык.

– Какие люди! — весело сказал Баль. – Дай-ка мне этот цветочек!

Он забрал у Пенра Розу к себе на руки, позволяя мелкой закопаться в его бороде. Пенр знал, что после этого тот будет ворчать, что вновь всё расчёсывать и заплетать придётся, но малышке позволял хулиганить.

– А где Лесса? – спросила Сара.

– Спит. Мелкая совсем замучила, – ответил Пенр.

— Скоро и нам это предстоит, – усмехнулся Баль, поглядев на Сару. — Какой у неё захват крепкий! Эй, ты поосторожнее. Так и нос дядю Балю оторвёшь. А она смеётся. Хулиганка да и только. И в кого такая?

– Когда ждёте пополнение? – спросил Пенр.

– К заморозкам, — ответила Сара.

-- До последнего молчала, – сказал Баль. – У меня брат на развод подал. Не выдержал он ругани.

– Да ладно бы ругань была! – возмутилась Сара. – Эта ненормальная его чуть не убила.

– Как будто первый раз, – хмыкнул Баль. – Всё думал, что перевоспитает её. Но тут тяжёлый случай.

– Главное, что освободился от неё, – ответил Пенр.

– Есть такое. Вроде и радуется, но в то же время себя считает неудачником. Не знаю, я давно понял, что из меня целитель душ никакой. Я могу на равных быть, но ни кому-то там мозг вправлять, – сказал Баль. – О, цветочек. Похоже тебя твоя мама потеряла. Полетим к ней?

– Пенр, подожди, – остановила его Сара, когда тот хотел пойти следом за Балем. Сомнения на её лице проскользнули и тут же пропали. Это и привлекло внимание Пенра.

– Пойдём пройдёмся, – согласился он. Сара сорвала цветок. Покрутила его в руках. – Чего случилось?

– Ничего. Всё нормально. Только... Сейчас прошло столько времени. Уже должны схлынуть чувства и включится голова. Вот сейчас ты продолжаешь считать, что мы правильно поступили, когда остались здесь? Правильно ли, на что мы обрекаем своих детей? – спросила она.

– А на что мы их обрекаем?

– Жить в пещерах. По этим правилам. Без должной медицинской помощи, образования.

– Медицина здесь хорошо развита. Пусть и не таким привычным образом, но когда у Лессы были осложнения во время родов, они не только ей и ребёнку жизнь спасли, так ещё и сохранили способность иметь детей. Так что насчёт медицины ты зря говоришь.

– Я не знала об этом. Лесса ведь быстро на ноги встала.

– Спустя три дня её уже домой отправили, – подтвердил Пенр. – Об этом как-то сразу и забылось. К тому же Роза принесла в дом хлопоты. Лесса считает, что атмосфера пещер помогает заживать раны и влияет на психологическое состояние, увеличивает работоспособность мозга. Поэтому многие здесь теряются, меняются или приходит в себя. Лесса думает заняться этим вопросом, когда малышка подрастёт.

– Но всё равно. Здесь всё иначе. И в этом мире придётся жить нашим детям.

– Ключевое слово «иначе». Ты права. Это другой мир. Непохожий на наш привычный. Но разве он чем-то плох? Как, например, дальняя колония союза? Чем он от неё отличается? Вот честно, даже я не рассчитывал жить близко к Земле. Слишком это дорого. А в колониях так же дико как здесь. Я не вижу причин отказываться от этого шанса. Твои сомнения я понимаю. Но здесь детям будет намного комфортней, чем там, – сказал Пенр. Посмотрел на Сару. Видно было, что он её не убедил. – Давай зайдём с другого конца. Ты Баля любишь?

– Если бы не любила, то жить с ним не стала, – ответила Сара.

– Так в чём проблема? Посмотри, как он с Розой возится. Из него хороший отец получится. Он не даст тебя в обиду. Старается жизнь сделать лучше. И что ты хочешь? Сбежать от него? Предать? Потом понять, что совершила ошибку, когда уже изменить ничего не получится? Сейчас играют гормоны. Отсюда и неуверенность. Это пройдёт. А когда родится ребёнок, то забудешь обо всех страхах.

– В последнее время сомнения какие-то мучают. Вдруг всё это ошибка.

– А в чём ошибка? В том, что мы позволили жить так, как хотели? Воплотили мечты, которые в той жизни казались глупыми? Я думаю иначе. Там мы пытались быть тем, кем от нас требовало общество. Но мы наигрались в эти маски и стали теми, кем хотели быть раньше. Тебе ведь нравится твоя работа. Тебе нравится мужчина, с которым ты живёшь. А дети... Если они захотят, то найдут способ отсюда сбежать. Но это будет уже не наша история. Наша история должна пройти здесь. Мы расскажем им о другом мире. Расскажем, что всё может быть иначе, но не будем скрывать, что там не сказка. А как они построят свою жизнь, как решат, что им делать – это будет их выбор. Может тебе сейчас и кажется, что надо жертвовать своими интересами, ради неродившегося ребёнка, чтоб у него был шанс... Только шанс чего? Какой-то другой жизни? Чего ты хочешь для своего ребёнка? Возможность поступить в престижный институт? Или любящую семью? К тому же он и здесь может совершать открытия, может исследовать этот мир, получать профессии. Да, тут не получится побывать в космосе. Хотя, мы не знаем, что будет через сто лет. Жизнь не стоит на месте.

– Наверное ты прав. А я просто себя накручиваю, – вздохнула Сара.

– Не бойся. Всё хорошо, – сказал Пенр. – Нет никаких ошибок. Может есть небольшой стыд, за то, что просто нравится жить. Мы ведь не привыкли чувствовать комфорт от своей жизни. Нам всё время чего-то не хватало для ощущения счастья. Тут нет этого стремления выделиться. Из-за того, что мы находимся в одинаковых условиях спокойнее становиться. Если и есть различия, как Баль, что из совета не вылезает, но эти различия размыты. Он же не кичится этим. Общается на равных. И есть понимание, что если ты хочешь, то добьёшься и таких высот. Интересная жизнь получилась.

– Интересная, – согласилась Сара.

Порыв ветра зашуршал травой. Лето заканчивалось. За ним должна была наступить осень, а потом... Сара ещё не знала, что родит девочку. Первую девочку среди гномов. Весёлую хохотушку, которая будет в компании с Розой доставлять родителям немало хлопот. Они успокоятся только позже, когда подрастут их братья.

К тому времени жизнь в пещерах поменялась. Они об этом не знали, как и не знали, что вновь увеличилась рождаемость. Пещеры наполнил детский смех. А ведь достаточно было жениться не по принуждению, а по любви и симпатии. Девочек у гномов рождалось мало, но они появлялись. Гномы продолжали приглашать к себе женщин. Около гор появились две деревни. Постепенно дефицит женского пола начал сходить на нет.