Невеста гнома (Жена гнома) (СИ) - Чигарина Георгия - Страница 39

 — Я не могу их принять, — сказала я. Вопросительный взгляд с его стороны. — Не смогу дать такой же подарок в ответ.

 А сама не могла с них взгляда отвести. Да и из рук не выпускала. Мысли лихорадочно искали выход из создавшегося положения.

 — Я тебе какую-нибудь праздничную вещь сошью, — сказала я. — Но на это мне понадобится неделя. — Ответом был теплый взгляд. Я вздохнула. Решено. Пусть будет какая-нибудь вещь с вышивкой. — Я быстро.

 Взяв новые сапоги, я убежала в комнату. Там переобулась, а деревянные башмаки я отнесла в кладовку.

 — Ходить в деревянных башмаках и в сапогах — это две огромные разницы, — возвращаясь сказала я. — Большое спасибо.

 — И за что спасибо? — подсаживаясь к нам, спросила Шена.

 — За сапоги. Но это не подарок, — сразу сказала я.

 — А что?

 — Обмен, — ответила я.

 — Понятно, — протянула она. — Фегле, на вояк напали руовы. Они их лекаря потрепали. Надо там две смены постоять. Или ты, или Филь. У меня больше никого свободных нет.

— Как они лекаря подставили? — спросил Фегле.

 — Жиля помнишь?

 — Решил за топор взяться?

 — Это ты у них спросишь, — ответила Шена.

 — Да не смотри ты на меня так, — поморщился Фегле. — Я же молчу. Лета подтвердит.

 — Это правда не сватовство, — подтвердила я. — Мы даже не разговаривали. Так, по мелочи вещами обменивались.

 — Мне рубашку сшили, — сказал Фегле. — За пуговицы.

 — И за сапоги будет праздничная рубашка, — добавила я. — Это ведь можно?

 — Можно, — ответила Шена. — Почему нет?

 — Мало ли. Не хочу никакие законы нарушить, — ответила я.

 — Две смены. Значит в город я вернусь утром, — сказал Фегле.

 — Я сегодня пироги пекла. Возьмешь на обед? Это за вчерашнюю юлу, — сказала я. Он посмотрел на Шену, кивнул мне, а сверток с пирожками все-таки взял. После этого ушел.

 — Ты над моими словами подумала? — спросила Шена.

 — Подумала. И даже решилась судьбу испытать, но я испугалась.

 — И чего боишься?

 — Все того же.

 — Смелее надо быть. Лета. Нужно быть смелее, — сказала Шена.

 — А там, куда Фегле поехал, опасно?

 — Сторожить вход? Иногда месяцами ничего не происходит. А вот этим днем аж стая руов подошла. Раз на раз не угадаешь. Переживаешь за него?

 — Нет. Просто интересно. Мне на работу пора.

 — Иди, работай, — сказала Шена. И чего так улыбнулась? Я ведь ничего не сказала такого смешного.

  Работа. Сегодня она не могла отвлечь. Почему-то какие-то страсти мерещились все время. Плохие мысли не покидали голову, но прибавляли работоспособности. Я давно не шила с такой скоростью. Иголка с ниткой так и мелькала в руках, а я ощущала себя швейной машинкой. После работы меня ждал настоящий сюрприз. Терн и Туна решили пожениться. Мне выпала честь сшить для них праздничную одежду и помочь с подготовкой к свадьбе. В этот раз я была на празднике желанным гостем. Это вдохновило настолько, что я вместо сна занялась работой. Все равно не спалось.

 Только к ужину следующего дня я поняла, что весь день думала, что увижу Фегле. Не увидела. Хотя, если учесть, что он две смены подряд отработал, то наверное отдыхал теперь. А если он перейдет в дневную смену? Тогда и пересекаться не будем. Туна замуж выйдет. Шена почти все время на работе. Я редко ее видела у нас. К тому же она начнет опять говорить про сватовство и предложит опять попытать счастье. Почему у меня не получалось здесь заводить друзей? На работе меня хотя и приняли, но там были скорее хорошие рабочие отношения. И тут я поняла, что близких людей как таковых у меня и не было. А нужны ли мне были эти близкие люди? Может комфортно было и одной жить? Нет, не комфортно. Одной было холодно. Эмоционально холодно. Поэтому я и радовалась каждой встречи с Фегле, как старому знакомому, которому я доверяла.

 Середина дня. Я ушла в баню. Хотелось спать. Я то и дело клевала носом над работой, поэтому и пришла идея сон смыть. Да и опять же, в это время было мало народу. Хотя кто-то поласкаться приходил и в это время. Одежду я оставила в раздевалке. Положила ее в специальный шкафчик. Взяла свежее полотенце. Вот к чему здесь не придраться, так это к чистоте. Местные жители почти фанатели от нее. Улицы подметали и мыли по два раза на дню. Чистое белье и вещи — это считалось нормой. Можно было постирать как в прачечной, так и самостоятельно. Прачечные и места для стирки были рядом с баней. Теплая вода для стирки, холодная для полоскания. Порошка здесь не было, но стирали с помощью специальных трав, которые расщепляли жир.

 Я взяла душистое мыло, которое пахло травами и пошла мыть голову. Для этого пришлось расплести косу. Сколько бы я ни пыталась ее отрастить, а все равно не получалось. Ниже лопаток волосы не собирались расти. Приходилось довольствоваться короткой косичкой, которую я прятала под шапкой. Иногда волосы оставляла распущенными, но так делала, чтоб они не лезли в лицо. Сейчас вместо шапок я носила косынку из цветной плотной ткани. Хотя лето и не подошло к концу, но сквозняк никто не отменял.

 Горячая вода, пар. Хотелось сходить в парилку, но было как-то боязно. За все время, что я здесь была, так там ни разу не была. Быстро бежала в душ и старалась выбежать из бани никем не замеченной. Но порой мне становилось плевать на то, как я выгляжу и кто о чем подумает. Порой я просто закрывала глаза и наслаждалась теплой водой, чистотой и ароматом трав. В такие моменты возвращалось душевное спокойствие. Голова становилась яснее и даже план появился, что надо будет подойти к Шене или Филю и спросить все ли в порядке с Фегле. Просто поинтересоваться о знакомом преступлением не является.

 Я слышала шум, но не придала этому значения. Обернулась полотенцем и пошла в сторону раздевалки. Проходя мимо соседней пещеры, где была ванна с теплой водой, я услышала ругань. Даже не успела повернуться и посмотреть, чтоб понять чего происходит. Вначале в меня полетел таз с горячей водой, от которой дух перехватило, и тут же ударило тазом по голове. Толчок. Я потеряла равновесие как раз в тот момент, когда откидывала таз. Падая, я на кого-то налетела. Тяжелое тело придавило меня. Страх. Я попыталась оттолкнуть мужчину, выбраться из-под него, но своими действиями, только опять уронила его на себя. Вторая его попытка закончилась как и первая. Мне же казалось, что если я его толкну от себя, то он точно слезет. Он же почему-то падал на меня.

 — Стоп. Я не против и дальше на тебе лежать, но для начала надо свадебку сыграть, — перехватывая мои руки, своей ладонью, сказал он. Я замерла. Дышать было тяжело. Поднять глаза страшно, поэтому я упрямо смотрела в его бороду. — Вроде две ноги, две руки, а такое ощущение, что я на многоножку упал. Вот так. Успокойся. Я встану. А ты лежишь и не двигаешься. Поняла? Хоть кивни, что ты меня услышала. Молодец. Я встаю, а ты лежишь.

 Он откатился в сторону. Я смогла вздохнуть свободнее. Села. Полотенце сползло с груди. Мокрое и в мелкой крошке. Локти болели, как и спина.

 — Я и сам бы вечером зашел. Можно было и обойтись без такого эффектного падения, — Фегле протянул мне руку. В глазах и на губах смех.

 — Отвратительно, — прошептала я, самостоятельно поднимаясь на ноги.

 — Что именно?

 — Вся ситуация.

 — Отвратительно драться из-за куска мыла. Еще и тазами кидаться.

 — Я не дралась, — ответила я. Посмотрела в сторону бассейна, где четверо мужчин объясняли двум женщинам, что драка из-за мыла бессмысленна. Достаточно просто его попросить.

 — Но шишки тебе достались и таз вместо шляпы, — продолжая улыбаться, сказал он.

 — Не смешно, — закрывая кровоточащий локоть полотенцем, сказала я.

 — Сейчас мы с тобой смоем с себя крошку, грязь и кровь, а потом я тебе раны обработаю.

 — Не надо. Пройдет.

 — У тебя на спине такие полосы, словно роувы драли. — Он поднял мыло, которое я уронила. Взял меня за руку и уверенно повел в сторону душа.