Невеста гнома (Жена гнома) (СИ) - Чигарина Георгия - Страница 51

 — Лета, чего-то ты рассклеилась, — садясь рядом со мной, сказал Фегле.

 — Устала. Никогда не думала, что застряну под землей.

 — А я до десяти лет только и делал, что по шахтам бегал, — сказал он. — Не бойся. Скоро до нас доберутся.

 — А если не доберутся? — спросила я. — Что тогда? Будем с тобой здесь медленно помирать?

 — Нет. Можно быстро. Зачем медленно? — он опять усмехнулся.

 — Тебе вредно столько пить. Только и делаешь, что прикладываешься. Еще и мысли мрачные озвучиваешь.

 — Буду их при себе держать. И опьянела ты, а не я, — сказал Фегле. — Плачешь чего-то.

 — А чего веселиться? — забирая у него фляжку, сказала я. — Сам посмотри, вот решим мы с тобой пожениться. И чего тогда будет? Как праздник справлять, чтоб беды не случилось? Я что-то смешного сказала? Или ты на мне жениться передумал?

 — Не передумал. Как тебя одну оставить? Пропадешь ведь.

 — А с тобой не пропаду? Вместе справимся со всем.

 Хотелось верить. Так же верить, как и его рукам, губам, что коснулись моей щеки, и теплу, которое шло от него.

 — Я только немного посплю и мы пойдем дальше. Мне пить нельзя. Спать тянет. А я немного перебрала, — зевая, прошептала я. — Только не уходи.

 — Лишь уползу, — последовал ответ.

  Просыпаться не хотелось. Тяжелая голова. Словно чугун. А еще тепло и удобно. Чья-то рука ласково погладила по волосам. Фегле. Все спокойно. Можно спать дальше.

 — Значит снесли часть горы? Это что же за размеры у этого летающего корабля? — услышала я голос Фегле.

 — Очень большие. Старейшины уже послали туда отряд. Во главе отряда Шиль, муж Шены. Она его своему языку обучила. Говорят, что это ее народ, — последовал ответ. А голос я не узнала.

 — Народ не народ, но такие разрушения сделать... Это немыслимо.

 — Потери сильные, — согласился говоривший. — Много погибло. Тридцать человек. Десять пропавшими числятся. Дома разрушены. Водопровод, канализация, сад — уничтожено. Скорее всего будет принято решение, что мы переедем в первый и третий города.

 — Я ее не отдам, — сразу сказал Фегле.

 — Смотри, как бы твоя птичка не улетела со своими. Помнишь, что Шена говорила?

 — Что она здесь не по своей воли? Помню. И дома нет.

 — Может правила поменяют?

 — Не уверен я в этом, — ответил Фегле. Я чихнула, чем и выдала себя. — Не спишь?

 — Ты весь пыльный, — сказала я.

 — Кто бы говорил.

 — Нас все-таки спасли? — зевая, спросила я.

 — Спасли. Ты даже сама дошла. Только сразу спать легла.

 — У тебя под боком?

 — Это уже потом перебралась, когда кошмар приснился.

 — Не помню. Ничего не помню. Но спала я сладко, — ответила я. — Как твоя нога?

 — Лучше.

 — Я тогда еще немного подремлю. Только не уходи, — попросила я, вновь закрывая глаза. Космические корабли, родители, космос, пещеры, сады — все перестало волновать. Мне было тепло и уютно. Остальное больше меня не интересовало.

Глава 12

Пить нельзя. Пить — это плохо. После этого провалы в памяти случаются. Ладно, приключения в той пещере закончились и хорошо. Теперь надо было найти воды. Умыться. Да и Фегле принести. Не будет же он весь в пыли лежать.

 От нашего города почти ничего не случилось. Все завалило камнями. Больницу разместили в нескольких домах. Пыль и грязь. Расстроенные люди с полными решимостью лицами. Паники и слез не было. Расчистили небольшую площадку, где готовили в больших котлах еду. Там же можно было найти воду. Кто-то уже организовал временную канализацию. Другие вытаскивали товар из-под развалин. Вокруг были разговоры про случившиеся. Я пыталась прислушаться к ним, но толком ничего никто не говорил. Ладно. Потом узнаю. Набрав воды, я пошла назад в больницу.

 — Вот тебе повезло, — услышала я голос другого гнома, что лежал напротив Фегле. — Воды принесли. А мне вот некому.

 — Завидуй молча, — сказал Фегле.

 — Я и тебе принесу воды. Мне несложно, — пожала я плечами.

 — Как там? — спросил меня Фегле, садясь на кровати.

 — Города нет. Но пока ничего не понятно, — ответила я, наливая воды в таз. — Извини, что прохладная. Нагрев не работает.

 Он ничего не сказал. Я же налила воды и второму пострадавшему, у которого лицо было в крови и одна рука перебита. Еще и ноги. Чуть в обморок не грохнулась, пока ему помогала. Сестрой милосердия мне точно не стать.

 — Я пока посмотрю, что да как. Потом вернусь, — сказала я, чувствуя, что если сейчас не уйду из палаты, то точно грохнусь.

 — Точно вернешься? — спросил Фегле.

 — Обязательно.

 Руины. Холод. Местами темные пятна. Шена сидела на краю яруса, свесив ноги вниз, и смотрела на остатки города. Забора не было. Выглядела она грустной.

 Я поднялась к ней.

 — Плохое настроение? — спросила я, садясь рядом.

 — Они меня не взяли. Запретили выход из города, — сказала Шена. — Слышала про корабль? Муж вернулся. Рассказал. Они за нами прилетели. Понимаешь?

 — Нет.

 — Поймали пиратов, которые тебя сюда привезли. И те рассказали, что наладили торговлю людьми на местные шахты. Это корабль земного союза. Они прилетели выручать нас. А меня даже не пустили с ними переговорить. Побоялись, что я не вернусь сюда. Улечу.

 — А ты хочешь улететь? — спросила я.

 — Куда мне? Здесь вся моя жизнь. Муж, дети, работа. А чего меня там ждет? Мне обидно. Вот столько лет верили мне, а тут такое недоверие, — она неожиданно рассмеялась. — Прям по-детски обидно.

 — Поэтому ты и забралась сюда?

 — Ага. На весь мир дуюсь. Столько лет в обед, а все туда же. Ну я-то ладно, а что ты делать будешь? — спросила Шена.

 — Что я буду делать?

 — У тебя сейчас есть шанс вернуться домой. И плевать на запреты и их деньги. Ты уже считай своим изобретением их отработала. Детей только не родила. Но пока и обязательствами не связана. Так что, есть шанс вернуться.

 — А что меня там ждет? — спросила я. — Наверное, если бы мне нравилась та жизнь, то я не убежала бы из дома в неизвестность. Еще вчера я думала иначе. Хотелось сбежать отсюда. Но потом... Потом что-то изменилось.

 — Вот и я о том же. Никуда мы с тобой бежать не собираемся, а пообщаться не дают.

 — Может еще дадут. Не думаю, что корабль так быстро улетит. Им же еще пленных найти надо. Выкупить у местного населения.

 — Только мы скоро уйдем. Жить же где-то надо, пока строители будут город восстанавливать.

 — Ясно. Ты не расстраивайся про корабль. Мне кажется, что это только начало. Вряд ли Земной союз так быстро от этой планеты отстанет.

 — Будем надеяться. Я хотела бы поделиться с ними своими открытиями. Получить бы еще и международное признание...

 — Получишь. А у меня скромнее желания. Передать бы письмо домой, чтоб родители за меня не волновались.

 — Так напиши. Мой в переводчиках сейчас. При случаи передаст. Письмо не должно вызвать споров.

 Она протянула мне записную книжку и чернила с ручкой, которые с собой носила. А я задумалась. И о чем написать? Рассказать обо всех приключениях? Но нужно ли это знать родным? Достаточно сказать, что у меня все хорошо. Есть профессия и своя жизнь. Семья. И пусть я еще не замужем, но рано или поздно замуж выйду. Вот это я и написала. Добавила только, что возвращаться я не планирую, всех люблю и обнимаю. Написала адрес. Поставила точку и поняла, что обратного пути нет. Все решения приняты.

 — Не жалеешь?

 — А чего жалеть? — я пожала плечами. — Пойду внизу помогу. Главное в больнице не оставаться. Не могу я кровь переносить. Хоть убейте меня, но не могу.

 Работу я нашла себе довольно быстро. Помогала откапывать лавку с тканями, которую засыпало мелкими камнями. Потом был обед. Переговорила с Туной. Она думала, что меня и в живых-то нет. Кто-то выглядел потерянным. Другие держались. А я... Я не чувствовала тревоги и страха. И пусть вечером пошел снег, который начал засыпать наш город сквозь дыры в потолке. Но мне не было страшно.