Пострадавшая магия (ЛП) - Креве Меган - Страница 3

Экзаменатор появился на пороге: экзаменатор Халил, одна из трех, кто оценивал мое исполнение на экзамене и выносил вердикт. Она была одной из самых младших здесь — за двадцать, как моя сестра Марго, как мне казалось — и, в отличие от двух других, она даже выглядела печально.

— Мистер Локвуд, — сказала она. — Пройдете со мной?

Мои ноги сопротивлялись секунду, но я зашагал к ней. Я пришел сюда, потому что хотел своими поступками определить будущее, а не именем семьи. Это я получил, так что мог хотя бы этим гордиться.

Я поравнялся с экзаменатором.

— Вы скажете как все врачи? — спросил я бодро. — Больно не будет?

Пальцы экзаменатора Халил дрогнули, она поправила край хиджаба, который был серым, как ее форма. Ее темные глаза были серьезными.

— Я не думаю, что процедура будет вызывать боль, — тихо, но четко сказала она. — А потом ты ощутишь неудобства, пока будешь привыкать к отсутствию ощущения магии. Есть маги, что помогают с привыканием. Твоя семья поможет тебе найти такого, если понадобится.

Они так говорили всем новеньким, которых ждало выжигание, даже тем, чьи семьи не могли позволить себе дорогую терапию? Я сомневался.

— Еще одно приключение, — сказал я. — Насыщенная вышла неделя.

Моя попытка пошутить не удалась. Я провел рукой по рту, пытаясь придумать, что добавить, но Халил остановилась посреди коридора.

Экзаменатор оглядела узкий белый коридор. Никого не было видно. Она склонилась и понизила голос:

— Я не согласна со всем происходящим тут, — сказала я. — Я… не могу помешать выжиганию. Они заметят. Но я могу попытаться уговорить остальных, чтобы ты не потерял все.

— Остальных? — повторил я, было не по себе. — О чем вы?

Она уже смотрела на мой лоб, ее ладони поднялись по бокам моей головы.

— Я работала под началом твоего отца год, пока была в колледже. Он был хорошим. И ты таким будешь, я вижу. Но развить эту доброту ты сможешь, только если будешь все знать.

Я не успел задать вопрос, а она запела. Магия покалывала мою голову. Я замер, разрываясь между желанием узнать, что она делала, и нежеланием мешать ее чарам. Все, что она сказала, указывало, что она хотела помочь, а не навредить мне.

Покалывание спускалось с моего затылка, пока она пела. Шаги звучали глубже в здании. Ее голос дрогнул, но она исправилась и запела быстрее. Она махнула рукой, чтобы я шел дальше.

— Что…? — сказал я, из-за угла вышла экзаменатор Ланкастер. Изящная седовласая женщина, казалось, была во главе процесса экзамена, и она смотрела на нас с тонкой улыбкой. Халил склонила голову. Она указала мне на дверь в нескольких шагах от места, где она остановила меня до этого.

— Я подожду и отведу тебя потом к родителям, — сказала она ровным осторожным тоном.

— Спасибо, — сказал я, словно нужно было благодарить за то, что она привела меня на мое наказание. Может, стоило благодарить за то, что она пыталась сделать миг назад, хоть я и не знал, получилось ли у нее.

За дверью в комнатке ждали два мага: одна с крестом магимедика на синей форме, а другой — в сером. Во рту пересохло, я сел в мягкое кресло. Я пытался улыбаться, не мог винить их в том, что они собирались сделать, но мышцы лица не слушались. Получилась, скорее всего, гримаса.

— Процедуру лучше делать под седативом, — сказала магимедик. Я кивнул, и она произнесла строку. Я хотел задать вопросы, но волна тьмы хлынула на мой разум, затмевая разум.

* * *

Гудение в ушах было пустым, будто я был под водой. Легкие втянули воздух, что ждал меня, и я моргнул, приходя в себя в кресле.

Магимедик стояла рядом со мной и смотрела на меня. Экзаменатор ушел. Я тряхнул головой, прочищая ее. Мысли будто остались под водой — камешки, которые подбрасывал поток быстрого ручья.

Пустота не уходила. Она полностью охватила меня. Онемение ползло по коже, окутало мой язык. Я стал отбивать ладонью знакомый ритм, что настраивал меня на эмоции людей вокруг, пальцы запнулись.

Ничто не слушало ритм — не было ни капли энергии вокруг меня. Мир лишился магии.

Сердце сжалось на миг, когда я вспомнил, что дело не в этом. Магия еще была там. Просто я не мог до нее дотянуться. Часть моего разума, что отвечала за гармонию с магией, стала пеплом.

Выжжена.

— Экзамен завершен, — мягко сказала магимедик. — Боюсь, несмотря на свои старания, ты не смог стать чемпионом, потому и прошел процедуру выжигания.

Я едва ее слышал. Сердце грохотало. Его звук в моих ушах, гром в груди делали все вокруг невероятно пустым. Я задрожал. Я сжал подлокотники, пытаясь вернуть равновесие.

— Не спеши, — продолжила магимедик. — Рассеянность — нормально, но это скоро пройдет. Лучше смотри вперед и не думай о том, что могло быть раньше.

Что могло быть? Почему она говорила, словно я уже не знал о своих попытках и их результате? Я знал, что привело меня сюда. Там был… Я должен…

Картинки мелькали в голове: шипы, мальчик, что метал молнию в другого. Голова болела, когда я пытался сосредоточиться на них. Я потер висок, встал с кресла.

Идти среди пустоты было еще хуже. Магия не сплеталась с ритмом моих шагов. Я сжал ручку двери, и вдруг меня охватило дикое желание броситься на пустую поверхность, бить по ней кулаками и ногами, пытаясь вызвать хотя бы эхо в ответ.

Я так уже сделал. Тогда была стена, что подавляла магию, и голос Приши пробился сквозь туман в моей голове: «Раз, два, три, вперед!».

Эта ситуация была другой. Стена была вокруг меня, вокруг нее. Вокруг… кого-то. Я не мог пробиться к магии. Я был сломан.

Паника сотрясла мою грудь. Она сдавила мои легкие, когда я прошел в коридор.

Экзаменатор ждала меня: девушка с хиджабом на волнистых черных волосах. Я говорил с ней раньше — был стол, и они втроем сидели за ним…

«Возмутительное пренебрежение безопасностью Конфедерации».

Нет, она этого не сказала. Это была другая женщина, старше, с седыми волосами. Экзаменатор, что появилась в конце экзамена, когда я упал у изгороди с шипами. Она тоже… серебряный ящик. Экран с изображением дома. Солдаты.

Фрагменты путались. Я нахмурился и тряхнул головой. Как там звали экзаменатора? Может, она не представилась.

Мы пошли по коридору. Я едва замечал движение ног.

— Обычно мы доставляем до дома, — говорила экзаменатор. — Но твои родители близко, так что они настояли, что придут сами.

Мои родители были здесь. Паника усилилась, прогоняя все остальные неудобства. Папа с мамой теперь знали, что я не справился, был неудачником даже сильнее, чем раньше.

Я не успел взять себя в руки. Экзаменатор привела меня в другую комнату с белыми стенами, и они были там, стояли у диванов.

Стыд обжигал мое лицо, я подбирал слова. Я не успел ничего сказать, мама обняла меня, вдохнув так, будто всхлипнула. Она прижала меня к своему хрупкому телу так крепко, и мои глаза пылали.

Она сжимала меня, словно боялась, что больше никогда не обнимет. Может, она этого и боялась. Боги, они даже не знали, выживу ли я. Может, остальное пока что не было важным.

Я обнял маму в ответ, чего не делал с детства. Тепло ее объятий чуть разогнало онемение вокруг меня.

И все же стыд вернулся, когда она отодвинулась.

— Простите, — сказал я. — Я пытался. Я…

— Финнеган, — твердо сказала она, прерывая меня. Она никогда не называла меня полным именем, если не хотела привлечь внимание. Ее глаза блестели от слез. — Ты здесь. Ты в порядке. Мы разберемся дальше. Но тебе не за что извиняться.

Папа сжал мое плечо. Я посмотрел на него, его челюсть была напряжена. Он притянул меня к себе, закинул руку мне на спину и сжал мое плечо.

Я объявил об участии в экзамене и отказался отзывать этот запрос, хоть он возражал. Но, когда он заговорил, его хриплый голос не был злым.

— Рад, что ты вернулся, — сказал он. — Скажи, что ты хоть немного успокоился, доказывая свое достоинство?

Вялая шутка заставила меня выдавить смешок, но и напомнила, что я не закончил. Я собирался рассказать им. Им нужно было знать, что было на экзамене, всю ту ложь, которой нас кормили, и как военный отряд Конфеда использовал людей. Я обещал ей. Обещал…