Свадьба (СИ) - Риман Ирина - Страница 48

У меня ладони вспотели от волнения, и дышать стало сложно. Как огня боялась токсикоза, а прокололась на смешной мелочи. И ведь не огурцы соленые трескала прямо из банки, как принято у земных беременных, иным блюдом увлеклась. Все равно догадались!

— Аманта, — я с трудом подавила желание повесить купол тишины, купол незаметности и остальную известную мне защиту. — Я прошу вас…

Но главная свитница поняла меня с полувдоха. Кивнула, легонько стукнула себя по губам и взялась обратно за вилку. Женские приметы, что нельзя говорить о беременности раньше того, как живот появится, и здесь работали? Хвала Даяне!

— Его Величество не знает, — прошептала я. — Не хочу портить сюрприз.

Аманта снова кивнула и осторожно сжала мою руку под столом. Да, это огромная радость и я действительно счастлива, но обстановка в королевстве такая, что нужно молчать. И торопиться с казнью Пиррона! Чем дальше в лес, тем больше мелочей. Когда меня пару раз вырвет утром, никакие просьбы «повременить с объявлением новости» не помогут. Слухи разнесутся по дворцу быстрее, чем одна служанка прошепчет на ухо второй. Желательно, чтобы к моменту всеобщего ликования и праздника по случаю беременности королевы заговорщики уже сидели в тюрьме.

Мамочки, скорей бы Тень прилетел! Я в жизни так не скучала, как эти полторы недели без мужа. Еще дважды заглядывала в листья душ и видела, что он сопровождает повозку. Рулла и Нетта ехали обратно в столицу. Не получилось у артефактора спокойной жизни в глуши. Она хранила даже не тайну, а настоящую бомбу. Ее ни на минуту нельзя оставлять без присмотра.

— Ваше Величество, — кричал запыхавшийся паж из коридора. — Ваше Величество, король Эйнор на горизонте!

Трапезный зал наполнился шумом отодвигающихся стульев, свитницы выкрикивали имена слуг. Сейчас пестрая толпа хлынет на площадку башни, где обычно приземлялся дракон, и меня затопчут.

— Осторожнее, Ваше Величество! — Аманта, забыв о только что данном обещании, защищала мой живот от чужих локтей.

— Быстрее, — поторопила я ее, — иначе окажемся в самом хвосте.

Королева, пользующаяся подвалами замка — тот еще читер. Я повела главную свитницу через нижний уровень на нужную лестницу. Мы вынырнули к ступенькам прямо перед носом слуги главного казначея. Я с трудом удержалась, чтобы не показать ему язык. Пусть король увидит первой свою жену. Думаю, ему будет приятно.

А еще я сразу уведу его в сторону, и мы поговорим о заговоре магистров прежде, чем на Его Величество голодными стервятниками накинутся чиновники с неподписанными бумагами. За десять дней отсутствия дракона королевство стало напоминать пустыню, жаждущую его внимания больше чем дождя. Неделю будет разгребать дела, не поднимая головы.

— Аманта, мне нужна ваша помощь, — запыхавшись, бормотала я. Надеялась, что громко, и главная свитница меня слышит. — Отвлеките толпу, чтобы я спокойно поцеловала мужа.

— Как будет угодно Вашему Величество, — отозвалась жена Линнея, запрыгивая на последнюю ступеньку.

Небо над башней уже закрывали драконьи крылья. Их хлопки рождали ветер и тонкий, неповторимый звук. Шорох, с каким лезвие конька едет по льду. «Вжух, вжух».

Дракон коснулся лапами площадки башни, склонил голову, и я с удовольствием повисла у него на шее. Остыл, пока летел, жесткая чешуя не стала мягче, но я все равно перестала дышать от восторга.

— Вернулся.

— К тебе, моя королева.

Когда я отпустила его и обернулась, Аманта вытирала пальцами уголки глаз.

— Ваше Величество, Ваше Величество, — волна поклонов пошла по головам придворных. Цветное море платьев и камзолов колыхалось с легким шорохом.

— С возвращением, Ваше Величество, — выступил вперед первый министр, — позвольте задать вопрос.

— Позже, господа, — громко заявила Аманта и под недовольный ропот взмахнула руками. — Оставим короля и королеву одних. Уходим, уходим.

Мы с Тенью не возражали, а расстроенные министры тянули шеи и пытались привлечь внимание короля. Как дети, блин, оставшиеся на утреннике без Деда Мороза.

— Совет в кабинете министров через два часа, — сказал дракон голосом Эйнора и придворные начали уходить с башни активнее. Нигде от них спасения нет. Истинное проклятие любой королевской власти.

— Мне трансформироваться нужно, — прошептал Тень у меня над ухом, — отвернись, пожалуйста.

Ладно, пусть пока стесняется спокойно. Потом объясню, что уже видела трансформацию через лист души. Жива, психически здорова и можно больше не прятаться.

Тень обнял меня со спины и телепортом перенес в свою подвальную берлогу. Настоящая встреча после разлуки состоялась именно сейчас. Мы целовались, не в силах оторваться друг от друга. Бесконечно долго, жадно. Муж ласкал мою грудь сквозь ткань платья. Жаль, юбка слишком пышная, ничего не почувствовать.

— Любимая, как же я соскучился, — простонал дракон. — Но министры меня растерзают, если опять пропаду. Нельзя нам сейчас, придется ждать ночи.

— Да, — согласилась я с плохо скрываемым сожалением.

— Подожди, нам же в принципе нельзя. Ребенок, наш сын. Я слышал, что близость может навредить ему.

«Глупости», — хотела ответить я, но осеклась. Природа щедро одарила дракона, как мужчину. Его много. Нежно и аккуратно у нас не получалось почти никогда.

— Я поговорю с лекарем, — нашелся выход. — Если он разрешит, то почему нет? Сейчас малышу грозит куда большая опасность, чем страсть его родителей. Я провела половину ночи возле дерева богини и видела твою встречу с Руллой. Поверить невозможно, что магистры решились на подобное зверство.

Дракон скрипнул зубами и сжал меня в объятиях еще крепче.

— Я всех казню. Сегодня же пошлю дворцовую стражу арестовывать заговорщиков. Рулла назвала имена тех, кто забрал у нее дневник неготарианского колдуна. Последнюю сохранившуюся тетрадь с воспоминаниями. В свое время ее не дочитали до конца и сочли не стоящей внимания. Кому нужны записи, сколько продано овец и когда сегодня взошло солнце? Рулла состояла в комиссии по оценке найденных в горах сокровищ. Она забрала тетрадь и спрятала в тайнике, когда поняла, насколько она опасна. Но через десять лет про записи вспомнили.

— И сколько в итоге тех, кто знает тайну?

— Пять магистров вместе с Пирроном. Рулла клянется, что только пять, но я думаю, больше.

— Еще сама Рулла, Нетта, Дэлия, если ей сказали, хотя я сомневаюсь. Служанки в доме Руллы и Пиррона, работники в зданиях Ордена, прислуга в домах других магистров. Я уверена, что их не посвящали специально, но они могли подслушать. И тогда через несколько лет появится еще один дневник, потом еще. Мы пытаемся удержать бурю в кулаке, слишком многих придется казнить.

— Знаю, родная, — дракон взял меня за плечи и заглянул в глаза. — Не думай, что мне легко. Я не кровожаден. Большинство жертв виновны только в том, что не вовремя развесили уши, но как еще мне защитить жену и ребенка? Вывезти с Севера весь камень-обманку, что удастся найти? Построить гигантский купол над дворцом, разогнать придворных и заточить вас здесь на семь лет? Камня хватит, но подумай, согласна ли ты?

Я прикусила губу, оглянувшись на темную кладку. Если ее вывести за стены дворца и замкнуть куполом, то я получу самую комфортабельную тюрьму во всех мирах. Сотни комнат, балконы, башни, дорожки королевского парка и сада, но купол останется непроницаемым. Семь лет только магический свет дерева богини вместо солнца. Мне-то плевать, ради мужа и сына я готова на все, но каково будет ребенку?

— Согласна. Будет сложно, но два самых дорогих мне дракона останутся живы. Пойми, я не рвусь стать мученицей. Мы действительно не сможем со стопроцентной точностью отделить виновных от невинных и найти абсолютно всех, кто что-то слышал. Уж лучше превратить дворец в убежище, чем семь лет жить в страхе, что тайна случайно откроется.

— А потом родится второй ребенок и ты сядешь под купол еще на семь лет, — мрачно сказал дракон. — Потом третий, четвертый. Через пару десятилетий у них тоже появятся сыновья, а у них свои сыновья и так дальше, дальше. Любой мальчик опасен для всего племени. Мы на веки заточим себя во дворец. Прости, родная, но это тоже не выход.