Темная судьба (ЛП) - Патни Мэри Джо - Страница 34

Контраст между Ником и Джеком Рейнфордами был интересным. Хоть их разделяли десятки лет, они были в родстве, со схожими светлыми волосами, голубыми глазами и чертами, но были и отличия. Плечи Джека были шире, он дразнил улыбкой, вел себя расслабленно. Ник был тоньше, чуть выше, и он был полон кипучей энергии.

Ей нравились оба, но Ник интриговал ее сильнее.

Они повернули на тропу возле утесов, и Ник спросил:

— Как проходит обучение магии?

— Твоя мама — хороший учитель, и она хорошо объясняет основы, но мы не знаем, что делать с моими талантами, — сказала Ребекка. — Пока полезнее всего были уроки, как блокировать эмоции людей вокруг меня. Я удерживаю мысленно щит, чтобы не ощущать других, пока не захочу этого.

— Это важно для твоего таланта, — отметил Ник. — А чтение мыслей? Ты слышишь их четче теперь, когда пытаешься?

— Мысли намного сложнее. Я могу уловить намек на то, о чем думает человек, и порой я слышу слова или фразы. У многих разум — это путаницы. Это как пытаться прочесть суп из букв, — она скривилась. — Я не слушаю мысли, потому что не хочу вторгаться в личный мир каждого. Я не буду пробовать, если только не будет ситуации, когда они не думают о личном.

— Это спасает тебя от лишних знаний?

— С женщинами работает лучше. Мужчины все время думают о сексе, — возмутилась она.

Он испуганно посмотрел на нее.

— Надеюсь, ты не попробуешь читать мои мысли!

Она покраснела, жалея, что сказала такое. Но так и было.

— Я не пыталась читать ни тебя, ни кого-то еще в твоей семье. Это неправильно.

— Рад слышать, — сказал он. — Твоя сила тревожит, но она будет прекрасно подходить психиатру. Ты не меняла эмоции кого-нибудь еще?

— Девушке в школе, отца которой убили на торговом корабле, — призналась Ребекка. — Она была так расстроена, что не хотела жить.

— Я тебя понимаю. Ты забрала ее боль? — с интересом спросил Ник.

— Я не имела права так делать. Боль нужна, когда потерял того, кого любил, — Ребекка замолчала, не зная, как описать то, что она сделала. — Но я… отдалила ее от боли. Это сложно объяснить. Она все еще горюет, как и должна. Но уже не раздавлена потерей. Она уже может поддерживать маму и младших братьев.

— Ты правильно сделала, Ребекка, — тепло сказал Ник. — Как у тебя с Сильвией Кренделл?

Ребекка рассмеялась.

— Ты поверишь, что мы подружились? Мы с ней и Энди обедаем вместе каждый день. Сильвия очень умная, и у нее отличное чувство юмора, которое теперь не скрыто злобой.

— Молодец! — поразился Ник. — Тебе нужно вести записи дел, как врачу.

— Я так и делаю, — сухо сказала она. — С инициалами, а не именами. Мои родители — врачи, так что я знаю важность наблюдений и записей.

— Ты будешь потрясающим доктором.

— Надеюсь, — Ребекка замерла и поприветствовала корову на поле. Темно-коричневое создание было с белыми полосками на боках, чтобы машины не сбили корову, если она сбежит ночью. Было странно, что такое имело смысл.

Они добрались до земель аббатства и пошли между камней, которые разбросало, когда нацисты сбросили бомбы. Вход в Лабиринт был скрыт за развалинами стены.

Они пришли туда, Ник коснулся голубого пятна на краю, и каменная плита тихо отодвинулась, открывая ступени, ведущие во тьму. Ребекка ощутила трепет восторга при виде древней магии, двигавшей те камни. Она с детства верила в науку, так что все еще сложно верилось в магию. Но не когда доказательство было перед глазами.

Ник призвал в левую ладонь свет.

— Как у тебя с огнями мага?

Она сложила ладонь чашей, как он, представила сияние в руке. Появилась дрожащая искра, ее свет трепетал. Ребекка сосредоточилась, и свет стал уверенным, но меньше, чем у Ника.

— Похоже, в этом у меня нет таланта.

— Ты еще учишься, — он повел ее по туннелю. Когда он закрыл дверь, коснувшись голубого пятна, свет стал казаться ярче. — Но у всех магов свои способности. Они сильны в одном и слабы в другом.

— У тебя сильнее всего поиск, да?

— Да, и порой это удобно. Хотя не так впечатляет, как полет или магия погоды, — он стал спускаться. — Хотел бы я ходить в Лэкленд в прошлом и учиться с Нерегулярами. Они все знают больше меня в магии.

Они следовали по извилистому проходу, который вел к комнате с Зеркалом Мерлина. Каждый раз, когда Ребекка приходила сюда, она все больше ощущала древнюю силу портала. Она подозревала, что так можно было судить о развитии ее магии.

— Камень с посланием, — Ник подбросил свет мага в воздух, подхватил камешек.

— Что там?

Ник развернул бумагу, посмотрел на текст. Его лицо застыло.

— Ты была права про поход в 1804.

Он отдал Ребекке послание, и она вчиталась. Красивым ясным почерком было написано:

Ребекка, прошу, приходи. Твой развивающийся талант — то, что нам нужно. Дай знать, нужно ли мне прийти в твое время и отвести тебя сюда.

Тори.

Ребекка сглотнула. Она не ожидала такого.

— Думаю, лучше попросить Тори прийти за мной. У тебя есть карандаш?

— Не глупи, — фыркнул он. — Я тебя отведу. Тори должна это знать, но она же проклятая леди, так что не захотела предлагать такое.

— Ты на нее злишься? — удивилась Ребекка. Ник почти никогда не ругался. — Я думала, вы дружили.

— И дружим. Но мне не нравится, что они втаскивают тебя в их проблемы, — он поджал губы. — Их проклятые миссии всегда опасны.

Ее рот раскрылся.

— Исправь, если что не так, но разве не ты притащил Тори и остальных во Францию, захваченную нацистами? И при этом спас меня, мою семью и свою сестру? Не тебе жаловаться, когда они просят о помощи!

— Ясное дело! — он принялся расхаживать по комнате. — Но в этот раз ты в опасности. Я не против рисковать своей жизнью, но не твоей.

Она не знала, смеяться ли, вздыхать ли от его заботы, или просто закатить глаза. Она решила сказать:

— Николас, я ценю твою заботу, но я уже сталкивалась с опасностью. Мы живем в зоне войны. Я в долгу перед Нерегулярами, и моя жизнь меньше этого долга.

— Ты такая логичная! — процедил он.

Она сжала его запястье, мешая расхаживать.

— Ник…

Он повернулся к ней, глаза пылали. А потом обвил ее руками и поцеловал со всеми эмоциями, которые подавлял. Как-то раз ее целовал в саду соседский мальчик. Она не была впечатлена.

Это было совсем другим. Она старалась подавлять эмоции Ника, но теперь щит треснул. Он хотел ее так, что не описать словами, и она обвила его руками, поняла, что тоже хотела его. Их эмоции бушевали, их сила затмевала логику и здравый смысл.

Но секс был в этом потоке, и его отчаяние, нежность и страсть пугали ее. Она охнула и отпрянула, пятилась, пока не врезалась спиной в стену.

— Это плохая идея, — сказала она, кровь гремела в венах. — Нам нужно думать о пути в прошлое. Что мне надеть? Что взять? И как может помочь такой маг-новичок, как я?

Он не пошел за ней, а замер, сжимая и разжимая кулаки.

— Моя голова знает, что ты права, но сердце танцует от того, что ты относишься ко мне так же, как я к тебе.

Она хотела отрицать, но не было смысла. Он не поверит ей, когда она не верила себе.

— Ты мне не безразличен, но все остальное отличается.

— Знаю, потому я старался держаться в стороне, но было сложно. С первой нашей встречи я ощутил, что ты — Та самая.

Она уставилась на него.

— Не знаю, романтично это или жутко. Ты даже не знал меня.

— Не в том смысле. Но я ощутил, что на глубине мы связаны. Я ощущал это все время, знал, что вскоре эти чувства разгорятся. И из-за нависшей над тобой опасности я сорвался, — он тряхнул головой. — Хотел бы я, чтобы ты не была такой отважной.

— Не хотел бы, — сказала Ребекка. — Будь я трусихой, я бы тебе не понравилась.

— И снова ты говоришь голосом разума, — его заразительная улыбка озарила его глаза.

— Это часть меня, — отметила она. — Часть, которая тебе не очень нравится.

— Это не так! — он поймал ее за руку, но не стал притягивать к себе. — Мне нравится все в тебе. Нравится и восхищает меня. Даже твой голос разума.