Девушка без сердца (СИ) - Брейн Даниэль - Страница 47

— О. — Майкл помолчал. — Она очень известный художник-постановщик. Так это называется. Человек, который разрабатывает и контролирует весь концепт декораций и костюмов для съемок… она, по крайней мере, занимается именно этим. В Онливуде, если это имеет значение.

Я осмотрелась. Рядом с нами были свободные столики, и это значило, что стоило рискнуть.

Я включила смартфон на громкую связь и положила его на стол. Брент кивнул.

— Если вам интересны детали, хотя я не очень понимаю, право… В общем, Эльвира окончила Школу Искусств года на три раньше нас, но… Поймите, я не хочу показаться сплетником или, не приведи Создатели, чтобы у вас сложилось впечатление, что я ее очерняю, завидую, нет, нет и еще раз нет. Я объективен как художник!

Брент снисходительно кивал.

— Мы так не думаем, господин Майкл, — заверила я. Но если он, как он сам признавался, в молодости был тем еще экзальтированным типом, то или Таллия действительно очень любила его — как друга, или у нее было невероятное терпение.

— Эльвира прекрасна, когда надо придумать и организовать. Руководить. Контролировать. Она великолепно знает все, что касается материальной части: эпохи, особенности архитектуры, одежды, аксессуаров, но как художник она… ну, у нее много соперников.

— Таллия Кэролайн была одной из них? — быстро спросил Брент.

Майкл испуганно замолчал, но ненадолго.

— Эм… да. Да, и Таллия, и я, мы все могли бы составить ей конкуренцию, если бы речь шла об оформлении. Но не о проекте в целом. Понимаете, о чем я? Допустим, те мелочи, в которых Таллия была так восхитительна. Эльвира могла воссоздать в точности то, что было придумано до нее, исторически придумано, уже кем-то, понимаете, нет? Но она не могла на этой основе сделать что-то свое. Она видела, замечала, сразу говорила, если что-то хоть немного грешило против исторической правды, но сама она…

Майкл тараторил, и его беспокойство выплескивалось из динамика через тысячи километров. Я не спешила его прерывать, потому что, с одной стороны, я понимала, каково это — прямо говорить о плюсах и минусах человека куда успешнее тебя самого и как это может быть расценено. С другой стороны — я ждала, что он сообщит что-то важное.

— Они с Таллией были подругами?

— Как вам сказать? — Майкл опять помолчал. — Не такими близкими, какими мы были с ней. Но — да, они много общались, как мне кажется, в основном профессионально. Не уверен, что они обсуждали что-то личное, но, возможно, Таллия просто не говорила об этом мне?

Чтобы он не ревновал. Разумно.

— А как они познакомились? — опять вмешался Брент. — Если у вас были разные курсы?

— Студенческие проекты, — пояснил Майкл. — Эльвира умела находить лучших из лучших. Я нечасто оказывался таким.

— И «Битва Государств»… — подтолкнула я.

— Да, конечно. Помните, я сказал вам, что те, кому надо, Таллию заметили? Эльвира умеет быть благодарной. Это же тесный круг! Представляете, сколько в мире студий? И каждая хочет заполучить себе декоратора, который способен творить чудеса.

— И Таллия получила несколько контрактов? Да? Вы упоминали об этом. Вы знаете, какие и от кого?

— Я сказал, что у нее появились предложения и что она должна была в скором времени подписать контракт, — не очень довольно уточнил Майкл, а я удивилась, какая у него память. — Это немного разное, согласитесь. Да, ей звонили и писали из разных студий, можно сказать, просто разрывали на куски, но Таллия хотела именно исторический проект. Современные глупости ее не интересовали.

— И она его получила, — уверенно заявил Брент.

Я осознала, что мы с ним находимся друг к другу непозволительно близко, склонившись над смартфоном. Даже наши волосы соприкасались. Но я не стала ничего исправлять, это было сейчас неважно.

— Если вы спросите меня, какой именно, я вам не отвечу как Королевской Полиции, — огорошил нас Майкл. — Таллия… была в этом вопросе слегка суеверна?

От досады я чуть не взвыла.

— И вы не знаете, получила ли она договор? — спросила я.

— К сожалению, нет. Могу только предполагать, я хоть и на магвидении, но все-таки остаюсь в среде.

— Премного нас обяжете, — сквозь зубы выдавил Брент, и я испугалась, как бы он не спугнул нашего свидетеля. Майкл и так весь на нервах.

— Таллия показывала мне кое-какие детали. Она была расстроена, считала, что они у нее не выходят. Просила оценить. Но этот период очень сложен и мало изучен даже историками. Крессия, третий век нашей эры, вам о чем-нибудь говорит?

Да, разумеется, мне говорило. Это были поисковые запросы, которые делала Таллия. Именно так я и ответила Майклу. Он засмеялся.

— Конечно, конечно. Но я спрашиваю в историческом плане?

Я покосилась на Брента, а он, не отрываясь от смартфона, будто Майкл мог увидеть его напряженное и недовольное лицо, бросил:

— Мы полицейские, а не историки. Поэтому оставьте ваши загадки для «Клуба Кто, Когда, Почему».

— Я не хотел вас задеть, — забормотал Майкл. Провалиться Бренту на месте, сейчас свидетель замкнется! — Просто… весь магнет только об этом и говорит. И все магвидение. Вы действительно не в курсе?

— Я не смотрю ни то, ни другое, — поспешила объяснить я. — Живу в сознательной изоляции от ненужной мне информации.

Майкл опять засмеялся. Смех у него был невеселый, потому что потеря друга, что говорить, ударила по нему, и все равно это был добрый и грустный, но смех.

— Не могу сказать, что не понимаю вас. — Мне показалось, что он улыбается. — Тогда не буду вас мучить. Альвар II, его дочь Летиция, сын Сезар… Сериал «Отравители», госпожа капитан. Судя по деталям, которые я видел, Таллия могла получить этот контракт. Хотя ей результат и не нравился.

— У нее были шансы?

— Огромные. Понимаете, мало кто делает такие… О, Создатели, я только…

И связь внезапно оборвалась. Смартфон блеснул красной трубкой завершения вызова и вернулся к рабочему столу, затем экран погас.

Мы с Брентом наконец отмерли. Посмотрели друг на друга — опять с непозволительно близкого расстояния, и медленно сели на свои места.

— Почему он оборвал разговор? — спросил Брент.

— Не знаю. Что мы смогли получить? — Я пожала плечами. Нашел прорицателя.

— Да ничего конкретного. Что нам дает этот сериал? Еще одно вложение бешеных денег. В Лагуте…

— Да отстаньте вы от меня с вашей Лагутой, — раздраженно сказала я, сдержавшись, чтобы не сорваться на крик, — какое мне до нее дело…

Я протянула руку к смартфону, и в этот момент на экране загорелся входящий вызов.

— Простите, госпожа капитан, — в голосе Майкла я слышала слезы. Он плакал даже сейчас, когда говорил, но счел необходимым связаться с нами снова. — Я только что понял — я больше не могу говорить о Таллии…

— Нам действительно это нужно, — я постаралась вложить в эти слова все — и сочувствие, и убедительность. — Вы можете сообщить что-то важное.

— Не могу говорить так, как будто она до сих пор жива, — тихо объяснил Майкл. — Но я сделаю все, чтобы ее убийца получил по заслугам. Так вот… О том, были ли у нее конкуренты. Возможно, да. Я имею в виду — как художники. Их ничтожно мало, но они должны быть, по теории вероятности, правда? Но работа в таком проекте — это не только умение художника. Обязательность, сроки, отношения на площадке, требовательность к себе и другим, где необходимо… А работа Таллии в «Битве Государств» и рекомендация Эльвиры много значили.

— Вы не сказали об этом сразу, — упрекнула я, но больше для проформы. Это могло иметь значение — и равно не могло.

— Я не думал, что это существенно, ведь контракт не подписан, — вздохнул Майкл. — Я же сказал, что только сейчас, в разговоре с вами, понял, что с ней случилось. До этого мне казалось, что я предам ее, если выдам ее секрет. Хотя, уверен, она догадывалась, что я тоже догадываюсь, о каком проекте идет речь.

Я покосилась на Брента. Теперь я не включала громкую связь, и он просто сверлил меня мрачным взглядом. Меня захлестнуло удовлетворение: так ему и надо. Я веду расследование, я — действующий сотрудник Королевской Полиции.