Юджина. Девять жизней (СИ) - Сотер Таис - Страница 56

Его уже начала раздражать вся эта болтовня, но и торопить развитие событий он не хотел. Ведь был еще шанс, что Зиард сможет прорвать защиту крепости. Кто бы что не говорил, но Шиан-охотник не был чудовищем, охочим до крови и битв. В таких ситуациях он предпочитал действовать осторожно и хладнокровно, чтобы не попасть в ловушку.

— Учитывая, что никто не знает, кто был настоящим отцом Сехмет, мне пришлось взять на себя эту роль. — В глубине бледных глаз будто начали разгораться красные уголки. — А вот ты оказался никаким родителем, совершенно не интересующимся своим драгоценным ребенком.

С изяществом и манерностью фокусника, Каоран извлек откуда-то складок своих одежд кошку. Юджина! Сердце Шиана пропустило удар. И только затем он понял, что это не она. Беспомощно висящий баст был так же черен, как уголек, но в отличие от своей матери имел белоснежную манишку и такие же «перчатки» на лапках. На шее Наэля красовался ошейник. Немортери сжал зубы, яростно сжимая в ладони эфес меча.

— Стоило бы засунуть кота в мешок, и тогда получилась бы отличная шутка, — ухмыльнулся Каоран, небрежно встряхнув свою добычу. Кот

В этот момент небо над ними вспыхнуло алым, а от силы, разлившейся в воздухе, хвосты Рино и Тиль нервно заметались. Даже вервольф как-то приник к земле, прижав уши к макушке. Взгляд Шиана взметнулся вверх. Там, в центральной башне, Юджина пробудила давно спящие заклинания немори. Как она смогла?!

— Ты, видимо, забываешь, кто такие бастет. Сехмет, как и ты, одна из немногих потомков того мира. И в своем истинном виде, как сильфа, способна на многое. Неужели ты думал, что немори истинные хозяева Атерана?

Когда-то существовал мир, плодородный и щедрый. Этот мир, Атеран, породил два народа — близких, но отличных от друг на друга так, как бывают дети одной матери, но от разных отцов. Страстные и вспыльчивые немори, знающие толк и в битвах, и в пирах. И миролюбивые сильфы, отдающие себя искусству и науке. Пожалуй, лишь благодаря своим различиям они только и могли ужиться а одной земле. Но это и породило ту трагедию, которая превратила сильфов в бесплотных духов, а немори — в чудовищ, едва не растоптавших чужой мир. Одни хотели лишь власти, другие — знаний. Только знания отравили воздух и землю, а власть — души и сердца.

Что ж. Ничего странного, что в новом доме немори сочли демонами, а сильфы… что ж, пожалуй, не встретить такого народа, что не верил бы в прекрасных небесных существ, источающих свет.

Юджина посмотрела на свою едва светящуюся руку.

— Началось, — пробормотала она. — Каорану стоило бы поторапливаться.

В ее плане было слишком много «если». Если Шиан сможет обернуться, если Зиард прорвет защиту не раньше и не позже нужного времени. Если она все же сможет попасть в Атеран… Но если кому и сопутствовала удача, так это ей. Всегда, сколько она помнила. Но жизни постепенно, одна за другой, закончилась. Может, и у ее удачи есть срок?

Врата открылись не полностью. Точнее, не полноценно. На материальном плане ничего не изменилось. Обычный человек бы увидел лишь разлившийся красный свет и полупрозрачную девушку, чью юбку трепал невидимый ветер. Но сама Юджина видела другое. Как на старых полустертых камнях разрастаются круги, не прекращая своего гипнотического движения. А в самом их центре появляется ужасающая картина.

Все собаки попадают в рай. Все кошки… Что ж, это место можно было назвать адом. Выжженная и потрескавшаяся земля, воздух, которым невозможно дышать, и пожелтевшее, пугающе низкое небо. Но больший ужас вызывали тени, чьи длинные и тонкие фигуры изгибались самым причудливым образом. Они толпились у Врат, заглядывая. У некоторых лица были пусты, у других же проглядывали полустертые черты, так похожие на человеческие.

Сильфы. Те, кто родился и «умер», если можно так это назвать, в Атеране. И те из них, кто прожили свои жизни под чужим небом, и вернувшиеся домой, чтобы потерять себя окончательно. Такие, какой станет она сама. На мгновение Юджи показалось, что у одной из «теней» лицо ее матери, но прежде чем бастет успела зачарованно подойти ближе, над головой раздался разъяренный драконий рев.

Зиард. Драконница все еще пытались пробить брешь в древней магии немори. И со временем, безусловно, у нее все получится. Упорства Зиард было не занимать.

— Прости, но тебе придется еще подождать, — тихо сказала Юджи, склоняясь к камням, и подпитывая защиту крепости. За счет своих жизненных сил, но кого это должно волновать? На кону стояла жизнь ее близких. Прежде всего сына.

Где-то внизу яростно зазвенели клинки, черными жгутами, белыми всполохами, и еще чем-то совершенно невообразимым разгорелась магия колдунов и кицуне. Рино тоже не остался в стороне. Глупый, глупый лис. В воздухе запахло палеными перьями и шерстью.

Плохо, очень плохо. Но отвлекаться она не могла. Бастет на мгновение обернулась, вглядываясь в небо, где все еще парил дракон, махнула рукой, и исчезла во Вратах.

Безумно расхохотавшись, Ворон резко вскинул руку, швырнув кота в небо. Судя по ошалевшим круглым глазам Наэля, тот такой подлости не ожидал даже от Каорана. С испуганным мявом он исчез в сгустившемся над головами мужчин тумане. Шиан дернулся, чтобы поймать сына, но тот словно исчез.

— Э-э-э?! — выразил Рино охватившее всех кроме Каорана недоумение. — Зацепился что-ли за что-то? Или крылья отрастил? Может для потомков демонов это нормально? Сейчас я развею туман.

Он поднял руку, и забормотал себе под нос, но закончить заклинание он не успел. Вервольф одним тягучим длинным прыжком приземлился прямо перед подпрыгнувшем от неожиданности лисом, и предупреждающе зарычал. Шиан не глядя швырнул в шелудивого пса почти сырой сгусток силы, не желая тратить время на столь слабую помеху, и устремился к Ворону. Тот лениво повел пальцами, и на мага обрушился ворох перьев. До Шиана они так и не долетели, рассыпавшись в воздухе, и пеплом забив нос и горло.

— Не дышите, это яд! — воскликнул Шиан, чувствуя, как слабость разливается по конечностям.

Но тело тут же само начало защищаться от отравы. Самым неудобным для немортери способом. Он почувствовал, как кожу на лице стянуло, а кончики пальцев нестерпимо заныли. Не нужно было смотреть вниз, чтобы убедиться в том, что сейчас его кисти «украшали» когти, а лицо выглядело так, что зеркал было лучше избегать.

— Вот оно, вот оно! — восторженно воскликнул Каоран. — Наконец, почти настоящий ты! Но где же твои крылья, полукровка?! Ты здесь, на земле, а твоего сына сейчас раздирают мои птицы, рвут его плоть, целятся в глаза…

Нити из мглы рассекли пространство, где только что стоял враг. Слишком быстрый враг, легко находивший убежище в густом тумане.

— Рино, туман!

Но тому было не до приказов мага. Он танцевал собственный танец, уворачиваясь от атак вервольфа. При этом приходилось двигаться так, чтобы не подпускать врага ближе к себе, и при этом всегда находиться между Тадеушом и Тиль. А та, хоть и услышала Шиана, но мало что могла сделать. Хотя… Кое что Тиль все же умела.

Она прищурилась, вскинув голову, и к чему-то прислушиваясь. Затем вскинула руки, будто держа невидимый лук, и «выстрелила». Туман на мгновение разрезало, и лисица увидела, что в метрах в пятнадцати над землей завис черный шар. Именно его и пронзила невидимая стрела. Шар распался на десятки черных птиц, из него, кувыркаясь в воздухе, выпал кот. Кошачье племя живуче, и как говорят, всегда приземляется на четыре лапы. Вот только Наэль, хорошо истрепанный воронами и совсем не соображающий, что происходит и где он, не мог контролировать свое падение. А под ним — осколки камней и щебень. Шиан поспешно сплел заклинание, которое как сеть должно было поймать Наэля, но оно сгорело, не долетев. А затем маг получил страшный удар, отлетев к стене. Сверху его тут же завалило булыжниками — не без помощи Каорана. Казалось, что дела у Шиана и его союзников шли не очень.

Внезапно Рино почти кинулся на Тадеуша, и самым наглым образом наступив на него, оттолкнулся и взмыл вверх, перехватывая кота в воздухе, и опускаясь уже позади вервольфа. Тадеуш ошеломленно мотнул мордой. Лис, бережно придерживая Наэля, попятился назад. Сил почти не оставалось, но и волчек отчего-то не торопился вцепиться в свою добычу. У Тадеуша было уже несколько возможностей, чтобы покусать Рино, а то и лишить драгоценных хвостов. Но вместо этого он всякий раз промахивался в последний момент. Будто и не слишком то и хотел нападать.