Демоны шестого мира (СИ) - Элевская Лина - Страница 11

Закапали злые слезы.

Что ж такое, я за эти два дня пролила слез больше, чем за всю свою жизнь! И скорее всего, это еще не конец.

Что я могу противопоставить демону? Что?

Ответа на этот вопрос у меня не было.

Опытом тесного общения с мужчинами я не обладала, слышала только, что в первый раз всегда больно, и женщина не получает никакого удовольствия. Боли я всегда боялась — но не только этот страх удерживал меня от искушения попробовать. Мечтала, дурочка, о том, что появится любимый мужчина, с которым страх наконец уйдет сам собой, и я буду пьянеть от его поцелуев, а он ни за что не причинит боли… ага, как же!

Злая ухмылка, наверняка достойная Аркаира, заиграла на моем лице.

С дурацкими надеждами я успела попрощаться еще вчера.

Наверное, боли я тоже скоро отучусь бояться, такими-то темпами…

Как только полегчает, надо будет взяться за изучение талмуда про местные порядки. Возможно, удастся найти хоть какие-то лазейки. Может, они не трогают женщину, если от нее не тем пахнет или она не то надела, у этих чокнутых фанатов регламента все возможно. Надежда, конечно, была эфемерной…

Но, честно говоря, мне надоело получать оплеухи. Конечно, сразу себя не переделаешь… но раз мне, так или иначе, с демонами сосуществовать… ни к чему лишний раз их провоцировать.

Я снова жестко усмехнулась.

Если уж я буду нарываться на пощечины и удары, то хотя бы осознанно! Твердо зная, что меня ждет и почему.

Пока же моя природная несдержанность, помноженная на вспыльчивость демонов, давала поистине убийственный коктейль.

Боль отпустила, как по щелчку. Я даже не сразу поверила. Повернулась на один бок, на другой… ничего. Осмотрела руки, ноги, живот…

Ни единого следа, хотя еще недавно были темно-красные пятна, словно на теле образовались гематомы. Но они бы так быстро не рассосались!

Демон знает что.

Но да ладно, это и к лучшему.

Я осторожно поднялась с постели и кинулась сначала в туалетную комнату, потом к графину с лимонадом. Никогда бы не подумала, что в человеке могут одновременно уживаться две настолько противоположные потребности!

Полегчало.

Я вернулась в постель и взяла с тумбочки талмуд.

Хотя бы узнаю, как нужно вести себя с этим владыкой, чтоб его демоны побрали… истерически хихикаю… чтобы не получить список наказаний впридачу к изнасилованию.

С трудом сдержала всхлип, устремила взгляд на потолок, пока подступившие слезы не высохли.

Если до этого дойдет, я не смогу ему помешать. Поэтому лучше принять это как данность.

Что худшее для меня? Боль? Нет, не боль, а осознание, что я буду ему принадлежать. Точнее, даже не я, а мое тело. Вот чего я боюсь больше, чем боли. Стать для кого-то предметом, который можно цинично, жестоко использовать по своему усмотрению.

Но…

Я покосилась на грудь, где по-прежнему чернела печать.

Это уже случилось. Меня уже пометили как чужую собственность. По сути, новую игрушку просто пустят в эксплуатацию.

Поэтому эту ночь нужно просто пережить. Он может лишить меня девственности, но не гордости. Если это происходит не по любви, это ничего не значит. Лишь механические движения, причиняющие боль. Это не особо отличается от избиения.

Я уже вынесла здесь немало боли.

Стиснула книгу, сжав зубы.

Я выдержу.

Выдержу.

Выдержу!

Однако моя решимость здорово пошатнулась, когда вечером в комнату вломилась Алиэ, сияя улыбкой.

— Птичка, повелитель сегодня почтит тебя своим визитом! — пропела она.

Нетипичное поведение. Она выпила, что ли?

— Идем, ты будешь выглядеть потрясающе! — она снова посмотрела на меня и сморщила нос. — Ну, насколько это тебе доступно. Поднимайся, пошли!

И не дав мне даже отложить книгу, она вытащила меня из постели и поволокла в ванную.

За дело Алиэ принялась со всей безжалостностью. И скребла, и намыливала, и натирала, и… это было ужасно. Удаление волос с помощью сахара — отдельная статья издевательств. Не знала, что демоны любят… безволосых женщин. Между ног волосы, наоборот оставила, еще и намазала какими-то маслами. Чем тогда им мешали волосы на ногах — загадка… Еще и отчитала меня за неправильно удаляемые волосы подмышками…

С особым тщанием она принялась после мытья за мои длинные рыжие локоны, непрерывно щебеча о том, какой умелый любовник повелитель, пока меня не начало мутить от рассказов, сколько, с кем, как он может и кому повезло последней.

То есть, возможно, он это сделает еще и не один раз?!

Я отчаянно пыталась понять, стоит сказать ему, что у меня еще никого не было, или лучше не надо?

Уже не слушая щебечущую Алиэ, которая, закончив с моими волосами, взялась за лицо, намазывая, подкрашивая, румяня, я с лихорадочной поспешностью пыталась сообразить, как будет лучше… может, если скажу, он будет осторожнее?..

Ага. Как же. Они же тут все садисты. Скорее, приступит к делу с особой жестокостью.

Решено. Промолчу.

Когда Алиэ наконец удалилась, я механически опустилась на стул, вглядываясь в свое отражение.

Омерзительно розовая тряпка — не платье и не хламида, нет, а неширокая полоска, которая даже для шарфа была слишком узкой, — замысловато повязанная на тело, скрывала очень мало сверху и ничего, кроме совсем уж необходимого, снизу. Удерживал ее на месте широкий пояс. Сверху полупрозрачная летящая юбочка из нежно-розовой газовой ткани. При желании, чтобы добраться до цели, все это даже снимать не обязательно.

Меня пробрала дрожь, и я поспешила накинуть на себя более приличную одежку, ту самую, с двумя вырезами.

Подумать только, еще утром она казалась мне до крайности непристойной!

Ждать оказалось тяжело. Словно ты приговорен к пыткам и сидишь в ожидании палача. Никогда раньше не сочувствовала заключенным, так как всегда думала, что они попадают в тюрьму за дело, но теперь ощутила, что мало кто заслуживает такой участи. Ожидание физической пытки — пытка моральная.

Наконец, дверь открылась.

Замерев, я медленно повернулась, чтобы взглянуть в лицо своему кошмару.

Демон, чуть улыбаясь, вошел, закрыл за собой дверь, взглянул на меня… и нахмурился.

Начинается.

— Алиэ сказала, что подготовила тебя, — намекнул владыка. Черные глаза прищурились, сильные руки непримиримо скрестились на груди.

О боги, как мне себя с ним вести??

— Простите… мне было некомфортно, и я надела сверху…

— Снять! — раздался жесткий приказ.

Я вздрогнула, прекрасно помня, что там полагается за неповиновение. Царапины на руке до сих пор саднили. Да и элтара с меня на сегодня хватит.

Щеки вспыхнули от унижения и злости, но хламиду я покорно стащила.

Демон снова поморщился.

— Как ты двигаешься… нужно было снимать медленно и чувственно, спустить с одного плеча, другого, томно выгнуться…

Ну, простите, мне-то откуда знать?

— А впрочем, — его голос стал низким и хриплым, — так тоже сойдет.

Сгорая от унижения, я смотрела куда угодно, только не на себя. И так помнила, как смотрелась эта тряпка на теле.

— Подойди.

Двигаясь деревянными шагами, подошла к демону. Механически. Меня начало мелко потряхивать, еще немного — и застучат зубы.

— Дайри, ты что, мерзнешь?

Проклятье, это имя… слышала всего несколько раз, а уже ненавижу!

— Н-нет, владыка, — получился только сдавленный шепот.

Кошмарная ночь начинается, Рэлли. Ты обещала себе вытерпеть все. Ты должна это сделать.

Сильная, но не лишенная изящества мужская рука легла на мое предплечье. Провела по нему, согревая жаром.

Меня начало откровенно колотить.

— Не бойся, — шепнул демон. — Я поначалу не потребую от тебя ничего… экзотического. Только немного ласки и тепла, Дайри, вот и все.

Это он меня успокоить хотел, да?! Какая, к демону, ласка?! И что значит «экзотического»?!

Рука поползла выше, перебралась на плечо, вдумчиво огладила шею, спустилась ниже, проведя пальцами по печати, прошла по ложбинке между грудей…