Змеиное варенье (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 111

— Я бежала на шхуне… Зачем?.. Зачем он пустился за мной в бурю?.. Но он не погиб, нет!.. Я все подожгла… Паруса пылали так ярко, что он… Он должен был увидеть огонь! Должен был найти путь… Он должен придти. Я дождусь его. Он жив. Я просто должна подождать. Надо верить.

— О ком ты говоришь, Юля? — содрогнулся я.

— Серый Ангел… Анжи… Он придет. Я буду ждать.

Сиятельная княжна опустилась прямо на покрытую копотью палубу, обняв перила руками и вперив безумный взгляд в далекий горизонт. На ее волосах таяли белые хлопья. Пошел снег.

Глава 17. Хризокола

Готовка уже сидела у меня в печенках, особенно возня с горячим шоколадом. Великий князь к нему быстро пристрастился и требовал напиток каждый вечер. Снежка суетилась рядом, выбалтывая последние новости.

— … Ужас-то какой! Сначала господин Витор, пусть Единый смилостивится над ним, а теперь и жена его… – повариха понизила голос, и теперь в нем уже четко различались нотки затаенного злорадства. — Говорят, живьем сгорела. Вместе со служанкой.

— От чего пожар? — небрежно поинтересовалась я, добавляя в шоколад щепотку перца и мелко натертый корень имбиря.

— Грабитель к ним в дом забрался, его тело тоже нашли. Только так говорят, что грабитель, а мне думается, что хахаль то ейный был, — с готовностью отрапортовала Снежка, в последнее время ставшая для меня бесценным источником дворцовых новостей и сплетен.

Я процедила шоколад в украшенную княжескими вензелями чашку, украсила свежими листиками мяты и поставила на поднос. Все это было странно. Сначала казначей, потом внезапная отставка адмирала, потом недвусмысленный визит маш-уна с известием о том, что посол заболел, и странными намеками.

Если кто-то целенаправленно подчищал следы за Святым Престолом, то зачем убирать госпожу Витор?

Или она не захотела молчать?

— Княжна нашлась! — неистово заорал влетевший на кухню поваренок, и поднос выскользнул у меня из рук.

— Боженьки! Живая хоть?

— Живая, живая! Инквизитор ее нашел на сгоревшем корабле!

На кухне поднялся нетерпеливый галдеж из расспросов и причитаний. А я стояла, оторопело уставившись на разбитую чашку из княжьего сервиза и растекающийся темным пятном шоколад. Какого демона происходит? "Маковей" должен быть в семидесяти милях отсюда, ждать посылки, а уж после… Как он мог сгореть? А где Антон? Что с ним случилось?

— А ну тихо! — гаркнула я, и на кухне мгновенно воцарилась тишина. — Снежка, убери здесь все. Где сейчас княжна?

Поваренок пожал плечами, испуганно вытаращив на меня круглые глаза. Я шагнула ближе, схватила его за грудки и пару раз встряхнула, аж зубы клацнули.

— От кого услышал, что княжну нашли? Говори!

— От стражников. — полузадушено выдавил мальчишка.

Я вылетела из кухни, сжимая кулаки. Если с Антоном что-нибудь случилось, убью. Всех убью. Живьем сожгу этот клятый гадюшник, а фанатика паскудного на куски разорву.

Руки почти не дрожали. Я уперлась подносом в грудь капитана, каменной стеной ставшего перед дверьми.

— Никого пускать не велено.

— Мне можно, — процедила я. — Горячее лекарство для княжны. Распоряжение великого князя.

Капитан охраны растерялся, прекрасно зная, что князь лично с моих рук принимает сладкий напиток.

— Но советник… — пробормотал он, — не велел…

— Отлично! — я гневно уставилась на вояку. — Так и скажу великому князю, что его слово ничего не значит!

Что его смеют не выполнять!

— Так я ж… Но советник… А, ладно, заходите… — капитан нехотя отступил в сторону.

Княжна сидела на кровати, уставившись в одну точку. Я тихо зашла и поставила поднос на столик. Мне отчаянно хотелось придушить мерзавку прямо на месте, но приходилось сдерживаться. Надо узнать, что произошло.

— Горячий шоколад, сиятельная княжна, вам надо поправить силы, — сказала я, но никакой реакции не последовало.

Девушка продолжала смотреть в пустоту и что-то беззвучно бормотать. Да какого демона? Я подошла к ней и влепила пощечину, а потом, не сдержавшись, еще одну. Голова княжны дернулась, а взгляд на мгновение стал осмысленным и сфокусировался на мне.

— Он придет… — прошептала Юля, и я затрясла ее за плечи.

— Что случилось? Говори!

Она приложила ладонь к алеющей щеке и всхлипнула.

— Буря… Я не знала… Я не думала, что Анжи…

Юля опять замолчала и принялась раскачиваться. Она была в глубоком потрясении, и мне самой сделалось нехорошо. Если "Маковей" попал в бурю и разбился, то Антон мог… Нет! Я принялась внимательно осматривать княжну. На лице ссадин или синяков не было, а вот на руках имелись ожоги, на правом плече сильный ушиб, колени разбиты. И самое ужасное, что Юля опять ушла в себя, бормоча под нос какую-то бессмыслицу. Ну что ж… Я стиснула руки на ее шее и принялась душить девушку. Она захрипела и стала отбиваться, а я так увлеклась, что чуть было и не прикончила ее.

— Пу…сти…те! Что… вы… де…лаете? — она зашлась в кашле, но зато глаза сделались вполне осмысленными. Инстинкт выживания победил глухоту разума.

— Простите меня, сиятельная княжна, но я не видела другого способа привести вас в чувство, — я поклонилась и подтянула к себе поднос. — Выпейте горячего шоколада, прошу вас. Вам надо восстановить силы.

Но Юля оттолкнула мою руку с чашкой и разрыдалась, уткнувшись лицом в подушку. Я с досадой поставила обратно остывающий шоколад и после секундного колебания погладила девушку по голове.

— Княжна, не держите все в себе. Поговорите со мной, вам станет легче…

— Не станет! Из-за меня!.. Он!.. — Юля захлебывалась слезами и соплями, чуть ли не воя в подушку.

Так никуда не годилось, нас мог услышать капитан и помешать. Я оторвала девушку от подушки и обняла, прижав к себе, продолжая поглаживать по голове и мрачно созерцая картину на стене напротив.

Целомудренная дева на полотне склонила прелестную головку над вышивкой в ожидании своего рыцаря, а в тенях за ее спиной мне чудились отвратительные демоны, шепчущие: 'Убей, убей!" Но еще не время и не место устраивать кровавую бойню, не сейчас…

— Сиятельная княжна, помните, что вам говорил Кысей? Надо верить, и все обязательно образуется. Что случилось? Расскажите мне. Может, я смогу чем-то помочь?

— Вы ничего не понимаете! Из-за меня Анжи попал в бурю… Я бежала с острова… На шхуне… А у них осталась лишь та, разбитая… На нас напали, еще раньше, но мы смогли их победить. Это было ужасно и… так прекрасно… Я впервые сама вела корабль… Пусть и крошечную шхуну, но… А еще мы нашли сокровища… Там, на острове… У тех была карта… И я ее разгадала! Это было настоящее приключение!..

Вы никогда не поймете!..

— А дальше что? — мне каким-то чудом пока удавалось сохранять самообладание.

— Анжи был ранен… Он не хотел меня отпускать… Вы не понимаете! Он вовсе не преступник! Он такой… настоящий… Но я должна была… — княжна всхлипнула, и мне пришлось ее встряхнуть, чтобы она опять не скатилась в истерику. — Должна была бежать! Я увела "Маковея"… А они все равно погнались следом… На этом разбитом корыте… Там даже оснастки толком не было, понимаете? Зачем? Ведь надвигалась страшная буря…

Юля замолчала, и я отстранила ее от себя, вглядываясь в глаза. Их зелень стремительно выцветала, словно поглощаемая ужасом воспоминаний. У меня в голове словно бил набатный колокол: "Антон ранен, ранен, ранен…"

— Юля, — мягко позвала я девушку. — Анжи жив. Помните? Надо верить. Что произошло в бурю?

— Да, надо верить, — зачарованно повторила за мной княжна. — Я… "Маковей" выбросило на берег. Было очень темно и… Я подожгла его. Паруса хорошо горели, даже в грозу…

— Зачем вы подожгли корабль?

— Ну как же… — удивилась она моей недогадливости. — В Устьмарской бухте нет маяка. А горящий корабль хорошо видно издалека, даже в такую бурю… Анжи должен был найти путь… Я ждала… Но он почему-то так и не появился… Мне надо туда!