Обет блондинки (СИ) - Золотая Георгина - Страница 11

— Следующий раз я буду подливать тебе его в чай, — прокричала Лайза.

Вот нахалка.

И злиться на нее тоже нельзя, ведь заботится, словно мать родная. Ходит за мной курицей-наседкой. На ночь читает книжки. Напоминает о еде. Следит за режимом. Ежедневно выгуливает, составляя компанию. И постоянно чем-то развлекает. Иной раз даже надоедает своими разговорами.

Я почти никогда не остаюсь со своими мыслями наедине, разве что ночью. Но эта нахалка умудрилась отобрать у меня даже ночное время, заставив засыпать против воли.

Нехотя поплелась в ванную, чтобы принять душ, а то ведь опять начнет стыдить, говоря, что от меня дурно пахнет.

Чистюля кибернетическая. Вот кто она.

А на утро обнаружила свои вещи, лежащими на кровати. Они как бы намекали на то, что сразу же после подъема должна куда-то идти.

— Лайза? — позвала, сидя в кровати. — Что это такое?

Она не стала делать вид, что меня не слышит, а возникла в дверном проеме буквально через мгновение. Словно ждала где-то за углом. Хотя, с нее станет. Андроиды запрограммированы вести себя как нормальные люди, то есть спать ночью, бодрствовать днем. Но это в идеале. На самом деле им почти не требовался отдых. А сон являлся всего лишь имитацией, в течение которого замедлялись все процессы в кибернетическом организме.

— Твоя одежда. Неужели не понятно? — Лайза сложила руки на груди, сама же подперла спиною стену.

— Я вроде бы никуда в такую рань не собиралась. Зачем она мне? — по невозмутимому лицу Лайзы определить о чем она думает практически нереально.

— Ты едешь на работу. Я уже заказала билет на моногон. Так что поспеши, а то опоздаешь.

— А почему не аэротакси? — меня взбесила самодеятельность этой технически сложной железяки.

— Согласно рекомендациям психолога, ты должна чаще находиться в обществе себе подобных. Концентрация людей в моногоне оптимальна для терапии, — менторским тоном сообщила Лайза.

— А с чего ты решила, что я, вообще, в него сяду? С какой стати я должна отправляться в академию? Я на больничном. У меня период реабилитации после операции. Или ты забыла? — откинула одеяло в сторону, понимая, что вряд ли смогу и дальше лежать. Лайза своим самоуправством вывела меня из себя.

— Потому что твой больничный лист закрыт. Необходимые данные отправлены в администрацию «Терра Новы». Сегодня тебя ждут. В первый рабочий день ты не должна опоздать, — слова Лайзы срывались с губ и падали на пол со звоном, будто горох высыпался из прохудившегося мешка хозяйки.

— Интересно, а кто же это постарался выписать меня? Не ты ли случайно? — поднялась с кровати. Так наши глаза оказались почти на одном уровне. Разговаривать, находясь на равных, значительно проще.

— Я отправила данные о твоем здоровье в больницу, там их изучили и посчитали, что для реабилитации времени было достаточно. Ты в состоянии выполнять не только простейшие функции, обслуживая себя, но и трудиться на благо общества. Тем более это положительно скажется на твоем здоровье, — без заминки сообщила мне Лайза.

— А у меня ты спросить не забыла? Случайно, не подумала, а что собственно я хочу? Так вот я тебе скажу. Я хочу, чтобы никто не лез в мою жизнь. Разберусь сама что мне делать и как. Без постороннего вмешательства. И не не надо за меня решать. Отменяй билет. Звони в академию и говори, что ты ошиблась. Я никуда не поеду.

— У тебя на то, чтобы собраться, остался всего лишь час. Время пошло, — и как ни в чем не бывало эта нахалка, не пожелавшая даже извиниться за свое поведение, вышла из спальни, оставив меня злиться в одиночестве.

Я схватила первое что попалось под руку, им оказался кусок минерала, привезенный отцом с какой-то из планет, и подаренный мне на память, и запустила им в стену, туда, где еще недавно стояла Лайза.

— Гнев, это признак бессилия, — донеслось до меня. — Учти, осколки будешь собирать самостоятельно. Жуков-ползунов я перепрограммирую в пару мгновений, они все оставят на своих местах, — принялась угрожать нахалка.

— Р-р-р-р, — я готова была рычать не хуже разъяренной тигрицы.

Все же Лайза смогла вывести меня из кокона спокойствия, в который себя заключила.

— Ну, ладно. Посмотрим, чья возьмет.

Вот же докатилась до ручки. Даже пожаловаться некому на несносного андроида. Родители, хоть и находились далеко от меня, но во всем поддерживали Лайзу. И если сейчас связаться с мамой и рассказать о случившемся, то скорее всего она заявит, что подруга у меня настоящее золото, а я глупое создание, не желающее принимать добро.

Согласившись с Джеком и поддержав его идею переезда в другой город, я утратила все связи с людьми, с которыми раньше дружила. Наличие компаньонки в лице Лайзы стало для меня единственной отдушиной. Но в то же время и наказанием. Слишком уж самостоятельной она была, даже для андроида.

— Осталось пятьдесят минут, — прокричала Лайза из кухни. — Завтрак стынет. Если не пошевелишься, то будешь есть холодный, второй раз к разогреву он не годен.

Я еще пару минут пометалась по комнате, а потом все же отправилась умываться. Водные процедуры никто не отменял. Пока чистила зубы приняла решение, которое долго откладывала, хоть и нелегко мне оно далось.

Работать с Луной в разных концах академии я, может быть, и смогла бы, но видеть ее каждый день, смотреть в довольное лицо победительницы, слышать постоянные подколки со стороны Снежаны, это не вынесет не один нормальный человек.

Я уж точно не смогу.

Каждый день выискивать в себе недостатки, сравнивая с разлучницей, день ото дня все сильнее погружаясь в пучину депрессии, не желала.

Все же сеансы с психологом в чем-то мне помогли. По крайней мере, я видела проблему, а вот способов ее решения не находила, сколько не старалась.

— Не прошло и получаса, — съязвила Лайза. — Каша уже остыла. Будешь есть?

Ко мне пододвинули тарелку.

— Буду, — буркнула, исподлобья глядя на свою совершенную подругу.

Вот странное дело, видя ее идеальное тело, я не комплексовала, никогда не сравнивала себя с нею, а стоило вспомнить о Луне, как мне сразу же становилось дурно.

Я запустила ложку в тарелку с кашей. Есть с утра не хотелось, зато к вечеру на меня нападал жор. Казалось, проведя столько времени в больнице, нервничая и страдая, я должна была похудеть. Но не тут-то было, я еще больше поправилась. Врачи разводили руками, не находя причины. Я полнела, словно на дрожжах. И после того, в кого я превратилась, мне никогда не выдержать сравнения с Луной.

О Джеке я старалась не думать. Воспоминания о нем я заперла в дальний ящик памяти. Так было проще.

— Ты со мной поедешь в качестве конвоира или я все же свободный человек? — спросила у Лайзы, доев свой завтрак.

— Пф-ф, — фыркнула она. — Ты еще меня надсмотрщиком назови. Сама, конечно. А то же тебя засмеют. Скажут, мол, пришла с нянькой.

Можно подумать, меня так не засмеют. Моя личность сегодня будет самой обсуждаемой в академии «Терра Нова».

Пора готовиться к своему последнему выходу на сцену.

Решение витало в воздухе и, наконец, выкристаллизовалось. Пора действовать.

— Ну, все. Я поехала. Не скучай без меня, — попрощалась с Лайзой, прежде, чем выйти в коридор и отправиться на остановку моногона.

По пути размышляла как лучше себя повести, зайти на кафедру и попрощаться с Эльей и Сергио или не зайти? Ведь, там я наверняка встречу кого-нибудь из сладкой парочки. Либо Луну, либо Снежану. Ни одну, ни другую видеть не хотелось. А если быть до конца с собой честной, то я боялась.

Да. Боялась разволноваться, расплакаться, выставить себя глупо. Вроде бы я ни в чем не виновата, это Луна увела у меня мужа, а не я у нее. Но мне было стыдно. Прежде всего перед самой собой, что не смогла разглядеть измены, не смогла предотвратить краха семейной жизни. Что я сделала не так? В чем ошиблась? Ответа на данный вопрос я не знала.

Первая после болезни поездка на моногоне прошла вполне успешно, если не считать пары укоризненных взглядов, так и кричащих, что я занимаю слишком много места. Но к ним я привыкла и воспринимала вполне спокойно.