Обет блондинки (СИ) - Золотая Георгина - Страница 40

— Скажешь такое, — я попыталась отмахнуться.

— Нет. Я серьезно. Выглядишь просто великолепна. Была бы я мужчиной, то точно влюбилась с первого взгляда, — мне было приятно слышать подобные слова, тем более от женщины, но при этом они заставляли меня немного смущаться. Не привыкла я к комплиментам, как не крути.

— Кого вы тут нахваливаете? — со спины услышала я мужской голос.

— Да вот — Сандру. Поглядите, как хороша, — разулыбалась Флипер, глядя мимо меня.

Маршал, одетый в парадный мундир, предстал передо мной.

Я никогда ранее не видевшая капитана в форме даже присвистнула. Хорош. Статен. Представителен.

— Ваша правда, Рианна. Ничего более обворожительного я еще не видел. Сандра, не знай, что это вы, я бы посчитал, что на моем корабле появилась нимфа, или же фея случайно залетела на нашу вечеринку.

От комплиментов в свой адрес я вновь начала смущаться.

— Вы меня захвалите. Так нельзя, — постаралась отшутиться.

— Можно и нужно. Красивая девушка должна купаться в приятных словах, как ласковом море, — Вудс был в приподнятом настроении.

— Маршал, около кого вы тут вьетесь, словно пчелка? — я не заметила как к нашей компании подошел граф. Он, как всегда, был одет во все черное. Эдакий падший ангел. Красивый и порочный.

При его появлении у меня гулко забилось сердце. Я даже толком не могла понять чем была вызвана подобная реакция на мужчину.

— Дайте я тоже посмотрю на этот цветок, — я чуть повернула голову в сторону графа. — Сандра?! — надо было видеть эту бездну удивления.

— Ага. Это я, — только и смогла вымолвить, чувствуя как начинаю краснеть под пристальным взором Дитриха, окинувшего меня с головы до ног цепким взглядом, подмечающим все мельчайшие детали.

— А вы изменились.

— Надо же, он заметил, что Сандра изменилась. Не смешите меня, Дитрих, — рассмеялся Маршал. — Сандра не просто изменилась, она превратилась в волшебную бабочку.

Я бросила беглый взгляд на капитана.

— Из гусеницы, вы это хотели сказать? — сказала еле слышно, вовремя напомнив, что не стоит говорить в свой адрес плохие слова, а то ведь могут и прицепиться.

Однако Дитрих меня услышал даже в людском шуме.

— Стадия гусеницы для того и дана, чтобы подготовиться к волшебному превращению. Только пройдя через него бабочка приобретает то, что она имеет в конечном счете, — сегодня граф вел себя несколько иначе. Изменения были почти незаметны, но все же. Обычное пренебрежительное выражение лица сменилось задумчиво-оценивающим, а еще каким-то выжидающим.

У меня же в душе поселился трепет. Вот заговорили о бабочке и одна решила избрать своим местом жительства мою душу, постоянно поводя крыльями и вздрагивая от малейшего движения воздуха.

— Да вы философ, Дитрих, — Маршал чуть подтрунивал над графом.

Тут в разговор вмешалась Рианна.

— Ну когда же же начнется торжественное мероприятие? — и, действительно, все уже собрались, а виновников торжества все еще не было.

— Вот сейчас и начнется. Пойду объявлю выход, — произнес Маршал. И ушел, оставив меня в компании Рианны и Дитриха.

С уходом Вудса я буквально кожей ощутила присутствие рядом графа. От мужчины тянуло такой энергетикой, что не заметить это было практически невозможно.

Взоры всех присутствующих были направлены на центр кают-компании, в котором стоял Маршал, объявляя о грандиозном событии произошедшем на корабле.

— Сегодня мы все здесь собрались, чтобы узнать одну радостную весть. Во время полета на нашем корабле два сердца кхе-кхе, — за эту заминку я была готова стукнуть капитана по голове, — нашли друг друга. Они приняли важное решение. И по старым традициям мы должны скрепить их договоренность рукобитьем. Поскольку, все знают, что я являюсь родственником Лукаса, то именно я буду выступать от его имени. Ну, а со стороны Лайзы это конечно же ее прекрасная подруга, несравненная Сандра, — и тут все захлопали.

Я же, совершенно не ожидавшая такого поворота, немного растерялась. Мне никто не говорил какую роль я буду играть на церемонии.

Что делать? Как себя вести?

Вдруг на талию мне легла рука, обжегшая своим прикосновением так, будто и не было между нами преграды в виде ткани.

— Подойдите к Вудсу и выскажитесь по поводу согласия на союз. Ну же, не тушуйтесь, — на ухо мне шепнул Дитрих, обдав горячим дыханием, одновременно подталкивая к центру кают-компании, где кроме Маршала стояли Лайза и Лукас, держащиеся за руки.

Подругу я не видела с самого начала дня, она убежала к своему несравненному Лукасу. Теперь же я могла в полной мере полюбоваться ею. В персиковом платье с закрытыми руками Лайза выглядела как настоящая невеста.

Я на негнущихся ногах, подстрекаемая графом, сделала несколько трудных для меня шагов в сторону Маршала. Чтобы через миг оказаться в центре внимания. На меня были направлены десятки глаз. Люди ожидали что же я скажу.

— Мне выпала большая честь быть посаженой матерью на церемонии обручения Лайзы и Лукаса. Не так часто в нашей жизни случаются столь значимые события. И я очень рада присутствовать на одном из них. Безусловно Лайза и Лукас заслужили счастья. Я присутствовала рядом, когда юный Купидон пустил свои стрелы. И я рада узнать, что они попали в цель. Сегодня об этом стало известно всем. Так пусть же их союз будет нерушимым. Я с радостью вручаю Лайзу нашему Лукасу. Пусть они живут долго и счастливо. Вот вам моя рука, Маршал, — и я протянула руку для символического рукопожатия.

Капитан протянул свою. Мы пожали друг другу руки. Все присутствующие зааплодировали.

Ответное слово взял Лукас и поблагодарил от себя и своей уже невесты всех за то, что они посетили их маленький праздник и предложил отметить это событие. В кают-компанию ввезли несколько тележек с различными яствами, приготовленными женихом вместе с помощниками.

— Хорошее начало совместной жизни, сытное, не правда ли? — ко мне подошел Дитрих спустя несколько минут после начала праздничного фуршета.

— Думаю, что бывали и на более помпезных мероприятиях, — ответила, понимая, что с появлением графа мне не съесть больше ни крошки. Я то и до этого не сильно хотела, а уж в его присутствии так и вовсе аппетит пропал.

— Более грандиозных, несомненно, а вот насчет душевности и колорита я бы поспорил. Не часто встретишь такую неоднозначную пару.

Я резко повернулась в сторону мужчины, хотя до этого делала вид, что пытаюсь выбрать какую канапе положить на тарелку.

— Вы не одобряете подобные союзы? — несколько резко, чем требовалось, спросила у мужчины.

Ответственность за Лайзу и стремление сберечь ее столь хрупкое счастье было для меня первоочередной задачей.

— Если бы вы спросили о том меня до полета, я бы ответил утвердительно, — начал граф. Я хотела вставить слова, но он меня остановил повелительным взмахом руки. Так может вести себя только аристократ в двадцать седьмом поколении. Вроде бы легкое движение, ничем не примечательное, а рядом уже замирают, боясь вздохнуть. — Но за время полета я пересмотрел свои взгляды на многие вещи. Иногда, знаете, полезно менять свою точку зрения. В частности, работая с Лайзой бок о бок, я перенял у нее многое. А она очень многому научилась от вас, — закончил Дитрих.

— Ой, чему я могла ее научить? Скорее, это она меня, — пожала плечами, чувствуя как по спине побежали мурашки от слишком близкого соседства с графом. Его воздействие на меня было необъяснимо, но действовало крайне ощутимо.

— Не скажите. Вашей целеустремленности можно только позавидовать, не каждому дано столько старательности и усердия, — слышать комплименты из уст графа было очень приятно и в то же время удивительно.

И смотрел он на меня несколько иначе, как будто вглядывался и не мог никак насмотреться.

Я отогнала подобного рода мысли в сторону. Все это глупости. Придумаю себе всякое, от чего можно разве что смеяться без умолку.

— Да. Свою работу я люблю, так и бы и жила среди иероглифов, клинописи, вязи букв. Буквально на днях я покажу вам что мне удалось расшифровать с плиты, обнаруженной нами на Зарнете в том храме около реки. Меня смущают некоторые обороты, я думаю, а не ошиблась ли передавая смысл.