Выбери любимый жанр
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Литературный портал Booksfinder.ru
Последние комментарии
Сергей2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге
Lynxlynx2018-11-27
Читать такие книги полезно для расширени
К книге
Leonika2016-11-07
Есть аналоги и покрасивее...
К книге
Важник2018-11-27
Какое-то смутное ощущение после прочтени
К книге
Aida2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге

Лето Эпох (СИ) - Шкин Александр Михайлович - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Шкин Александр Михайлович

Лето Эпох

ЛЕТО ЭПОХ

1

Середина семидесятых прошлого столетия. Гремели всесоюзные стройки, с трибун произносились громкие слова, а народ претворял в жизнь решения съездов...

- Привет малышка - прошептал молодой человек, длинный, немножко нескладный, из-за, не по росту, короткого, серого в светлую полоску пиджачка.

Он склонился над дочерью, увлеченной огромным, мягким плюшевым мишкой, тихо что-то ему, напевая и, громко чмокнул в светлую макушку. Рядом, на прикроватном столике, горела, ярко освещая под абажурное пространство, настольная лампа. Помедлил, ожидая от притихшей, девчушки, какой-нибудь каверзы и, не дождавшись, вновь чмокнул в розовое, выглядывающее из-под распущенных, длинных русых, густых и волнистых волос, ушко.

- Папуля?! - Вскричало, неожиданно это чудо.

Одеяло и подушка разлетелись в стороны, тонкие ручки обвили шею отца, нежная щечка прижалась к щетинистой, чуть-чуть отдающей одеколоном и еще, чем-то неуловимым, родным, щеке. Отец подхватил невесомое создание и закружил по комнате, выделывая неумелые и смешные "па", изображая танец диких австралийских аборигенов. Детский смех звонким колокольчиком разнесся по всей квартире. И эта девчоночья трель и глухое протяжное "бу-бу" Семенова старшего привлекли внимание еще одного представителя этого семейства, непримиримого борца за дисциплину, чистоту и порядок, маму.

- Это, что еще такое..? - Послышался её грозный окрик - а, ну-ка, быстро в постель...

Но через две секунды и она очутилась рядом с дочерью в могучей охапке мужа. Тапочки, выписав замысловатые пируэты, попрятались по углам, а волосы одного цвета с цветом волос дочери, смешавшись, обвили ласковым легким шелком кучерявый темный ежик главы этой счастливой ячейки.

- А ну, а ну... - Захлебываясь смехом и переполнявшим ее чувством, пискнула мама - А ну... Поставь нас на место... А не то... А не то..

- А не то, что? - притворно грозно прорычал отец, кружась по тесной детской комнате и не выпуская из рук своих драгоценных девчонок.

- А не то объявлю вам голодовку... Вот... - Послышался писк, откуда-то из середины хохочущего клубка.

Запыхавшийся Семенов старший, наконец, разжал руки, и взъерошенные, но довольные птички выпорхнули из его объятий, приземлившись в мягкое пространство тахты. Рядом свалился подрубленным деревцем и сам глава семейства. И сквозь смех спросил - А это как это, объявишь голодовку, есть что ли не будешь?

- Нет, кормить вас не буду...

Мама быстренько скатилась с тахты, поправила распахнувшийся халатик и в мгновение ока оказалась у дверей.

Наигравшись с дочерью и отсмеявшись, Алексей Семенов, вновь уложил девочку, послал ей воздушный поцелуй и, плотно притворив дверь детской комнаты, прижался лбом к прохладной, крашеной бежевой краской поверхности с обратной стороны. Постоял с минуту, встряхнулся и твердо прошагал в сторону кухни.

Тихо бубнил что-то бравурное радиоприемник, горел не яркий желтый свет бра над столом. Света не торопясь суетилась у плиты. Повернула голову и, заметив встревоженный взгляд мужа, тихо спросила - Когда..?

- Сегодня Света, уже почти сегодня.

Алексей устало опустился на табурет у стола и, уперев локти в стол, положил на сплетенные пальцы голову, прикрыл веки.

- Во сколько? - Всё так же спокойно и тихо проговорила жена.

- Эксперимент назначен на четыре утра, ты же понимаешь, самое подходящее время, никто не мешает, да и стабильное напряжение в общей сети. Кстати, профессор Звинарский, просил, чтобы нашим ассистентом непременно была ты.

- Но... А как же Лариска..? Нет, я ее дома одну не оставлю. Скажи... Позвони, пока ещё не совсем поздно, Пал Палычу, Инна прекрасно справиться, она отличный лаборант и с самого начала в теме.

- Не получится, Звинарский отправил ее сегодня куда-то в тьму-таракань, в командировку. Сказал, что бы ни мешалась под ногами, когда начнем.

- Ну, тогда Боря Лещенко...

- Не-а, и его куда-то спровадил...

- Но как, же быть..?

- А давай с собой возьмем, в кабинете у профессора на диванчике и доспит..?

Света, не высокая молодая женщина, стройная и русоволосая, с глубокими как омут, бездонно синими-синими глазами за длинными пушистыми ресницами. Некогда предмет поклонения всего курса, а доставшаяся разгильдяю и баламуту Лешке Семенову. Правда с дерзкими идеями и светлой головой.

Он, этот Лешка Семёнов, попав по распределению в НИИ с невышепчешь каким названием, захудалого, на краю земли, северного городка, увез и ее с собой. Увлек своими фантастическими идеями.

Да и не только ее. Еще и научную братию того института. Одна из них и получила зеленый свет, правда неофициально, а так, для предварительной оценки перспективы, от самого профессора Звинарского. Научного руководителя этого института.

Всю теоретическую часть подготовил сам Алексей под ироничным руководством седого профессора. А техническую, собирали всей лабораторией, в коей Лешка и работал.

Так вот, Светлана укоризненно посмотрела на мужа.

- Ну, давай а..? Представляешь, если все получиться...

Лешка, аж, закатил глаза, предвкушая сладкие минуты славы.

- А ведь это ты Леша подговорил профессора спровадить, как ты выразился, сотрудников, так ведь? А вдруг не получится..? Признавайся. И свидетелями твоего фиаско будем только мы. Ты да я, да еще Звинарский...

Алексей виновато опустил глаза - да уж, это, горькая, правда...

- Не бойся - рассмеялась Света - у тебя все получится, ты ведь у меня умница.

Она ласково взъерошила короткий ежик волос мужа.

Предполагалось, на разнице потенциалов наведенных магнитных и электрических полей, в двух "на коленке" собранных платформах, отстоящих друг от друга на определенном расстоянии. На одной из которых лежал обычный пушистый игрушечный зайчишка, а на другом, специальный прибор, названый, ими в шутку, частотным дезинтегратором. При мгновенном максимальном увеличении, а затем и полном падении напряжении с изменением и частоты, в трансформаторах генерирующих эти поля, насколько это было возможно в условиях лаборатории, добиться воздействия на этот материальный предмет. Каков же будет эффект, предсказывали только теоретические, они же абсолютно фантастические, выкладки рядового научного сотрудника Алексея Семенова. Кстати, собирал эти трансформаторы сам Алексей, по своей собственной схеме, лишь поверхностно посвятив в детали профессора. А вот дезинтегратор собирал профессор, по его же словам - по абсурдной и нелепой схеме, но в этом что-то есть, ну-у, и я хоть немного приложу к этому руку. В итоге, еще и в виду авантюрности своего характера, он дал добро на проведение эксперимента. Со словами - а давай попробуем, все же любопытно, что получится. Американцы, помнится мне, что-то подобное проделывали, если верить их буржуазной прессе.

- Слушай "Сохатый", чо-то я как стеклышко, может, рванем к старухе, самогончик у её "зверь". У меня рублёха еще завалялась, а..? - Еле ворочая языком, предложил, выписывающий кренделя ногами, тащившийся позади "Сохатого", по ночному городу Ромка - рыло. В миру - Роман Евгеньевич Рылеев.

- ННе-а, не хочу, четыре уже, завтра опять на работу, поспать еще охота, да и пустой я сёдня, а на рупь твой только две капли упадет - ответствовал он, вполне сносно выговаривая слова, после принятого ранее на грудь. "Сохатый". В миру - Александр Георгиевич Пряшкин.

- А-а, мля, вечно ты так... У человека, можно сказать, праздник... Д день освобождения из вытрезвителя, а тты его портишь - и он пьяно на всю улицу "заржал", но вдруг внезапно смолк, остановился, прислушался, приседая на нетвердых ногах. И, выпучив глаза, бросил - я щщас, придавило - припустил к гудящей неподалеку трансформаторной будке.

×