Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу


Адлер Оле - Золушка 2020 (СИ) Золушка 2020 (СИ)
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Литературный портал Booksfinder.ru
Последние комментарии
Сергей2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге
Lynxlynx2018-11-27
Читать такие книги полезно для расширени
К книге
Leonika2016-11-07
Есть аналоги и покрасивее...
К книге
Важник2018-11-27
Какое-то смутное ощущение после прочтени
К книге
Aida2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге

Золушка 2020 (СИ) - Адлер Оле - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Оле Адлер

Золушка 2020

Глава 1.

Бэтмен в обмороке

МАРИ

— Мари, выручай. Вопрос жизни и смерти, — заорала моя подружка из телефона.

Блеск. Я вкатила чемодан в нашу квартиру и выругалась вместо приветствия.

— Нет, правда, родная. Я серьезно. Меня нужно забрать отсюда.

— Элли, имей совесть, я только с самолета. Домой еще войти не успела. Сегодня, вообще, Рождество.

— Супер! Как долетела? Уверена, что все отлично. С возвращением, — щебетала она, выводя меня из себя. — Между прочим, ты не католичка. Вы празднуете Рождество седьмого января.

— Потрясающе. Ты запомнила?

— Да, Мари. Конечно, я помню. Это ведь важно для тебя.

— Не очень на самом деле.

— Ах, праздники! Конечно, ты не любишь все праздники подряд, независимо от их политического, религиозного или социального происхождения.

Я слегка растерялась и не нашлась, что сказать на это, кроме:

— Ага, типа того. Так ты зачем звонишь?

— Возьми Поршик и мчи в паб «Белый медведь», забери меня.

— С какой стати?

— Здесь чертовски скучно. Обещали, что будет принц, а на деле даже страшненький лорд не зашел.

— Эээээллиииии, — протянула я, окончательно теряя аргументы и связную речь от наглости моей подружки.

Она была немного помешана на особах голубых кровей, поэтому маниакально выслеживала их в Лондоне. Ну вот мечтала Элли выйти замуж за принца. Судить ее за это сложно. Правда, сама я старалась держаться подальше от монархов всех мастей. Дворцовые интриги, строгий этикет и тонна обязательств перед народом никогда не казались мне привлекательной перспективой. Именно поэтому я уехала из царской России. Сначала, чтобы учиться, а потом осталась работать. Не по специальности. Нарушив все планы моего важного требовательного родителя, я взбунтовалась в лучших традициях мятежной молодежи и отказалась возвращаться домой, где папа уже готовил мне карьеру при дворе.

Род Юсуповых, некогда приближенный к царской семье, сегодня не представлял из себя ничего выдающегося. Мы не бедствовали, конечно, но и былого влияния на корону не было. Да и сами Романовы стали больше похожи на красивый символ стабильности и процветания, как Виндзоры в Британии. Великий Князь имел право вето, но практически им не пользовался. Вся законодательная власть была в руках премьер министра и парламента.

Как бы то ни было, я предпочитала жить в Англии и быть собой. Единственное, что мне досталось от былой роскоши — это мамин Порш и летний домик в пригороде Лондона. Старенький, но еще шустрый автомобиль я использовала по большей части в качестве антидепрессанта. С пробками по городу особенно не погоняешь. А домик обычно сдавала в сезон, что отменяло мою смерть от голода и холода без еды и крова, а так же позволяло работать за копейки, но там, где хочется.

— Я жду тебя, Мари, — воспользовалась моим секундным замешательством Элли и бросила трубку.

Мне осталось только прожечь взглядом экран мобильника и злобно пнуть чемодан.

Вообще, я добрая. Возможно, даже слишком. Именно поэтому я и оказалась в сочельник на пути к «Белому медведю», а не в кровати, например. Глаза закрывались, но я часто моргала, глядя на дорогу. Нет, конечно, я имела полное право послать Элли в задницу и завалиться спать.

В Бангкоке наш рейс трижды откладывали, а потом самолёт трясло турбулентностью так, что я не то что выспаться, дышать умудрялась через раз от нервотрепки. Учитывая это, меня даже совесть бы не мучала, но чувство долга и здравый смысл не позволили игнорировать просьбу Элли.

Ее веселый голос и желание тусить веселее сигналили о той кондиции, когда моя подружка готова делать глупости. Несколько раз все это уже заканчивалось продолжением банкета у нас дома с малознакомыми людьми. Один раз Элли сама не помнила, как очутилась в гостях, и почему она голая. Я любила эту дурынду, поэтому не могла позволить ей снова накуролесить по пьяной лавочке.

Забрать Элли домой, уложить спать и самой лечь — таков план. Я же чертов Бэтмен. Вот оно, волшебное Рождество. Нет, правда, это я от усталости ворчу. Спасать Элли — моя вторая работа. Она вечно влипает в какие-то истории.

С парковкой мне, конечно, не повезло и пришлось лихо крутнуть руль, чтобы заехать во двор и нагло впихнуться на служебную стоянку. Кажется, я даже обрызгала парня из персонала, который курил у черного хода. Сам виноват.

Щелкнув сигналкой, я пошла к входу. У дверей шкафообразный амбал преградил мне дорогу.

— Мисс, ваше приглашение? Вы в списке?

— Какое еще приглашение? — заворчала я. — На свадьбу принца Гарри? Так она уже была.

Юмор не прошел. Наверно, я шучу слишком по-русски, и англичане до сих пор не понимают.

Громила никак не отреагировал вообще, просто стоял, закрывая двери, буркнув:

— Это закрытая вечеринка. Без приглашения нельзя.

— У меня подруга здесь. Элли Морган. Она, наверно, в вашем списке присутствует, — я сменила сарказм на факты.

— Мисс Морган совсем недавно покинула праздник, — резюмировал здоровяк.

— Покинула?! Посмотрите еще раз!

— Ничем не могу помочь. Это закрытая вечеринка, — повторил он и повернулся ко мне боком, делая вид, что разговор окончен.

Я пошла от парадного входа обратно к задворкам и машине, набирая Элл.

— Ой, Мари, с Рождеством, — весёлый голос на другом конце провоцировал меня на убийство с отягчающими.

— Элли, конец тебе!

— Прости, дорогая, из головы вылетело. Мы с ребятами машину поймали так удачно, рванули в клуб. Приезжай к нам, а? Тут отпадная туса. Видишь, я даже о тебе забыла, — оригинально оправдывалась эта стерва.

— Амнезия — твое второе имя, — процедила я сквозь зубы, подходя к машине.

Домой, срочно. Иначе я кого-нибудь придушу. Засовывая телефон в карман, я неудачно встала прямо на лед, нога поехала.

— Ай, блин, — только и успела я крикнуть.

Взлет. Звезды. Затылок об лед. Тишина и спокойствие. Неужели я высплюсь? Больно. Рука и… щеки?

— Эй, ты жива?

Эти слова прогремели в ушах, срезонировали в ушибленный мозг. Я поморщилась, из последних сил открыла глаза, чтобы увидеть лицо того, кто станет козлом отпущения, на кого я вылью все свое красноречие вперемешку с бешенством и злостью. Но вместо лица я разглядела лишь тепло карих глаз. Остальное как-то не фокусировалось. Запястье болело, как будто по нему проехал танк или, как минимум, трактор.

— Ай, — не удержалась я.

— Встать сможешь? — спросили глаза.

— Не знаю, — честно ответила.

— Я помогу.

Прежде чем я успела сказать о руке, Карие Глазки схватил за пульсирующее болью запястье и потянул вверх. Я заорала на него все-таки:

— Не нужно хватать за больную руку. Это негуманно.

— Ты же не сказала, где болит.

— А ты не спрашивал, — безапелляционно заявила я.

— Помочь, поднимешься сама или неотложку вызвать? — теряя терпение, спросил он.

— Лучше сразу в морг. Там есть шанс отоспаться.

— Самокритично, — бросил сердобольный спаситель и помог встать.

Но как только отпустил, я почувствовала, что опять падаю.

— Ты же сказала, что рука болит, — обхватив меня за талию, заявил спаситель.

— Рука болит, — эхом отозвалась я.

— Тогда, почему падаешь?

Он оказался высоким. Я задрала в голову, чтобы увидеть лицо. В глазах еще плясали звездочки, но и сквозь них он мне показался вполне сносным. Только вот небритый и лохматый. А еще от него вкусно пахло дымом. Курит, наверно. Не тот ли это человек, которого я обрызгала?

Я поморгала, прогоняя блестяшки.

— Просто голова немного кружится. Сейчас пройдет.

— Мне подождать? — он явно терял терпение.

— Чего именно?

— Пока пройдет… — глаза смеялись.

Я уже открыла рот, чтобы уверить незнакомца в собственной самодостаточности.

— Дрю, ты чего застрял? Там фото просят…

Я не видела, кто это говорил, но голос был молодой и женский. Значит, он — Дрю. И он все еще меня держит.

×