Кто убил прекрасную Урсулу - Пико Андре - Страница 17

Старый Медведь очутился на улице, внезапно показавшейся ему враждебной. Эти здания без ставен, слишком чистые тротуары, вывески на немецком, - все словно твердило ему:

- Ты же видишь, что ты здесь чужой! "Что ты делаешь здесь? Возвращайся-ка домой.

"Фишер признался, - размышлял Старый Медведь, - что она держит его в руках. А если она воспользовалась им? Но как?"

Он брел по берегу озера, стараясь больше ни о чем не думать, отключиться, переждать, как он делал это раньше, расследуя кажущиеся неразрешимыми дела. Когда слишком долго думаешь над какой-нибудь проблемой, то, в конце концов, теряешь способность рассуждать и, словно под гипнозом, впадаешь в своего рода оцепенение. Как прозаик или поэт, ищущий вдохновения. Но сколько ни насилуй самого себя, вдохновение не придет. Оно появится в тот момент, когда его совсем не ждешь, как забытый сон, который снова всплывает в памяти, когда о нем больше не вспоминаешь.

Старый Медведь посмотрел на часы и заметил, что прошло уже около получаса, с тех пор как он покинул квартиру Ингрид.

"А если вернуться? Если бы мне удалось услышать их разговор?"

Но эта надежда сразу же угасла. Он пожал плечами, обозвав себя вполголоса дураком. Какая-то дама, услышав, что он разговаривает сам с собой, обернулась и взглянула на него.

"Они ведь будут говорить по-немецки, многое же я узнаю..."

Однако он снова вернулся на Флораштрассе и, только очутившись возле дома, на некоторое мгновение заколебался. Его охватило желание сыграть в орла или решку. Он уже вынул монетку из бумажника.

"Нет, все-таки нет!"

Он бросился к лестнице, не желая ни о чем больше думать. Что будет, то будет. Он поднялся слишком быстро, запыхался, но даже не передохнув, позвонил в дверь.

Ингрид открыла, и у него наступил шок при виде такой красоты, которую он не мог себе даже вообразить. То ли ее рыжая шевелюра, то ли блеск глаз, то ли черты лица, или, скорее, - все вместе придавали ей вид неземного, но чертовски реального существа. Она относилась к тем женщинам, которых, увидев один раз, больше не забывают. На них не оборачиваются, перед ними останавливаются, забывая обо всем на свете. Такой мужчина, как Моос, послушное орудие в ее руках.

- Комиссар Руссо? Входите. Не стойте на площадке.

На ней было строгое платье, которое только подчеркивало совершенные очертания. Руссо прошел в студию и сразу же заметил пустое место на библиотечной полке.

- Я так и думала, что вы вернетесь, когда Фишер уйдет. Мне вдруг показалось, что он вас напугал. Я помню, как вначале испытывала перед ним какой-то страх. Он словно замораживает людей. Что будете пить? Портвейн, виски, джин-тоник? Но садитесь же, в конце концов!

- Кто вы? - спросил Старый Медведь, ошеломленный таким приемом. Она принесла поднос и стаканы.

- Скажем.., авантюристка. Но не такая, как вы себе представляете. Она села напротив него. Казалось, она действительно хотела, чтобы он чувствовал себя раскованно.

- Все люди не могут играть секретных агентов, однако эта та роль, которая мне подошла бы. Я люблю риск. А вы?

- Теперь нет, - честно ответил он.

- Не правда. Ваше расследование продвинулось намного дальше официального. Мы с вами одного поля ягоды: любопытные, вечно неудовлетворенные. И поскольку действуем как дилетанты, то всегда достигаем цели. Будем честными оба. Вы подозреваете, что я преступница, о, это не я пришла к такому выводу. Фишер рассказывал мне о вас.

- А если бы вы рассказали о нем? - попросил он.

- Все, что хотите. Вы и представить себе не можете, какое наслаждение я испытываю теперь, когда он знает, что зависит от меня. Я очень часто нарочно заставляла его ждать, чтобы насладиться его нетерпением. Этот человек Готов на все, чтобы получить то, что хочет.

- Вы хотите сказать: готов убить?

- Не знаю, - произнесла Ингрид, нахмурив брови. - Я думаю, что если бы разбила эту статуэтку у него на глазах, он бы задушил меня.

- Почему вы употребляете это слово? Вы намекаете на смерть Урсулы Моос?

- А разве вы пришли сюда не за тем, чтобы поговорить о ней?

- Может, мы перестанем играть в кто кого перехитрит? Вы сами сказали: будем честными.

- Правильно. Я расскажу вам об Урсуле, хотя я не была знакома с ней лично. Но ее муж столько рассказывал о ней...

- Когда?

- Вы прекрасно знаете когда. Кстати, примите мои поздравления: вы быстро напали на мой след.

- Значит, это вы были с ним вчера вечером?

- Зачем вы задаете вопросы, ответы на которые знаете заранее? Да, я действительно была с ним. Но вы с трудом поверите, что эта встреча была чистой случайностью.

- Случайности иногда бывают.

- По правде говоря, я немного воспользовалась ситуацией. Не думайте, что я из тех женщин, которых клеют на улице. Я просто прогуливалась, совершенно бесцельно. Когда Моос стал приставать ко мне, я чуть не расхохоталась ему в лицо.

- Однако не расхохотались?

Ингрид предложила ему сигарету. Руссо отказался. Она закурила, поиграла маленькой зажигалкой, выпустила несколько колечек дыма в потолок.

- Нет. Он сразу назвал свое имя. Я знала об отношениях Урсулы и Фишера. Мне захотелось узнать побольше. Кроме того, он сказал: "Я не хочу больше оставаться один, пойдемте со мной. Я ничего не буду от вас требовать, мы просто поговорим".

- И вы поговорили?

- Говорил в основном он.

- Об Урсуле?

- Почти только о ней. Он говорил, что она умерла из-за него, упрекал себя в несущественных вещах...Его не интересовало, слушаю ли я.

- Вы отвели его в машину?

- В том состоянии, в котором он был, это было предпочтительнее. Впрочем, я его не сопровождала. Я открыла окна в машине. Свежий воздух, вероятно, разбудил его. Он посмотрел на меня с изумлением и спросил, который час. Я ответила: "Какое это имеет значение?" Он сказал: "Я пьян, убирайся". И я оставила его...

- Где это было?

- На Баденерштрассе. Я вернулась домой трамваем.

- Почему вы ему сказали, что вас зовут Ирэн?

- Я вообще ничего не говорила. Мне кажется, это он так назвал меня. Если ему это нравилось...

- Случайность, - проворчал Старый Медведь как бы про себя.

- Да, случайность. Такая же случайность положила начало моему успеху. Однажды вечером в баре, где я работала, один мужчина, которому не было чем расплатиться, оставил мне в залог маленькую статуэтку. На следующий день я откупила ее за бесценок и перепродала очень дорого. Это навело меня на мысль продолжить.

Она поднялась, все так же улыбаясь. Руссо последовал ее примеру. Он был почти в хорошем настроении.

"Под впечатлением ее обаяния", - подумал он.

- Вот видите, месье комиссар, все очень просто, может быть, даже слишком просто. Мы рассуждаем, просчитываем, ищем логическую связь... Разве я не права?

Глава 9

Начинало темнеть.. Руссо чувствовал себя совершенно обессиленным. Все, хватит Он откажется. Вот только выкурит последнюю сигарету, а затем...

Он сел на скамейку на берегу озера. Гуляющие проходили мимо, не обращая на него внимания. Подошла какая-то собака, обнюхала его и пошла дальше. Ее поводок тянулся по земле. Видимо, она удрала из дома.

Вдруг неожиданно появилась какая-то дама, увидела собаку, побежала за ней, схватила за поводок. Руссо наблюдал за ней. В нескольких шагах от него оступился маленький ребенок, неловко стараясь опереться на коляску, покатившуюся вниз по аллее. Он упал, ушибся, заплакал. Ему было не больше двух лет. Мать подбежала к нему, чтобы поднять. Это была дама с собачкой. Она, казалось, совсем растерялась в ситуации, с которой не могла совладать. Заниматься одновременно ребенком и собакой...

Старый Медведь раздавил каблуком сигарету.

"Ребенок, собака. Она бросает ребенка, чтобы заняться собакой, затем наоборот. В обоих случаях у нее ничего не получается. Но она упрямо выгуливает обоих одновременно. А я вбил себе в голову связать два убийства: Урсулы и Марсель.