Каторжница (СИ) - Добролюбова Юлия - Страница 18

Свисток. Перед нами из воздуха материализуется преподаватель, и он крут. Лысый парень с огромными мускулами и массивной нижней челюстью сразу вызывает желание сразиться с ним в личном поединке. Хотя, может быть, у других девочек он вызывает и другие желания.

— Утро доброе! Двадцать минут бегом! Начали!

Ничего себе «бегом»! Парни еле тащатся, девчонки, так вообще неспешно прогуливаются. А я побежала. И не потому, что дали такую команду. Люблю бег. Люблю чувствовать тело и его силу. Быстрее. Ещё быстрее. Я одна из первых. Рядом несколько парней, видимо, тоже фанатеющих от спорта, и я прибавляю. Один из них, самый первый, тоже ускоряется.

— Это не спринт, Эйдж! Двадцать минут!

Уже четверть времени прошла, а силы ещё есть. Сколько я не занималась? Дней пять? Целая вечность. Я не смотрю на этого их Эйджа. Светлые волосы, собранные в хвост, черная майка, подтянутое тело — что надо, уже рассмотрела. Я бегу. Кажется, он отстаёт. Экономит силы. Слабак.

Летят минуты. Я лечу над землёй. Ещё быстрее, глубоко дышу, кайф. В пятый или в шестой раз обгоняю одних и тех же девчонок. Зачем они вообще ходят сюда? Потому что «надо»? Замечаю рядом Эйджа. Да, я сбавила темп, а он набирает. Интересно, сколько времени осталось.

— Новенькая, если будешь первая, пожму руку, — кричит тренер, а я выжимаю все, что могу.

И вот когда уже кажется, что силы закончились, мышцы сводит и исчезает третье недавно открывшееся дыхание, я вновь ощущаю его. Мой огонь. Кажется, вот-вот, и загорятся ладошки. Амулет на шее становится тёплым, а потом и горячим. Начинает душить. Я пытаюсь вдохнуть и не могу. Хватаюсь за шею и падаю. Чувствую, как обжигаюсь.

— Что за черт?! — звучит голос преподавателя совсем рядом.

Перед глазами все плывёт. Задыхаюсь. Он подхватывает меня на руки, и реальность меняется. А потом окутывает темнота.

Прихожу в себя на койке в медкабинете — рядом стойка с разными ампулами, около которой суетится медсестра в белом чепце и халате.

— Обморок на стадионе, конечно, стал весьма эффектным появлением в академии, но я не впечатлён. Ты сорвала зарядку.

Не я, а треклятый медальон Роггарна.

— Простите, — голос меня подводит.

— Я Соло, каста воинов, преподаватель по физподготовке.

— Нити Рриэль. Я бы хотела… — голос садится, и я беззвучно пытаюсь закончить фразу.

— Воды?

Физрук протягивает мне стакан. Я делаю жадный глоток. Потом залпом допиваю и прочищаю горло.

— Я бы хотела сразиться с Вами.

— С нами? — серьезно не понимает о чем я — каста воинов, что с них взять.

Вспоминаю правила магов и исправляюсь.

— Я хотела бы сразиться с тобой в личном поединке.

Брови Соло, единственная растительность на его голове, ползут наверх.

— Не думаю, что это хорошая идея. Особенно сейчас. Я, конечно, прекрасно себя контролирую, но инстинкты стремительны. Невольно могу и покалечить.

Поднимаюсь.

— Я хочу! — я действительно очень хочу с ним подраться.

Что-то в моем взгляде заставляет Соло проглотить возражения и, сжав мое запястье, он говорит:

— Пойдём.

Мы вновь на стадионе. Большинство адептов благодаря мне поспешили удалиться с ненавистной зарядки, но некоторые остались. Замечаю светлую голову парня, рядом с которым бежала, и кричу:

— За мной реванш!

Адепт выглядит удивлённым. Да что тут такого? Не видели магичек, увлекающихся спортом? Пожалуйста, смотрите. А Соло стоит весь из себя довольный, ухмыляется.

— Твой отец — воин?

— Понятия не имею! — звучит грубо, но мне все равно.

Слишком часто за последние пару дней возникают вопросы о личности моего отца. Тот маг, что имел отношение к моему зачатию, мне ненавистен.

— Не передумала со спаррингом? В обморок ещё раз не упадёшь?

— Если что, лови!

Улыбка у него какая-то нелепая. Наверное, не часто воины улыбаются. А зря.

— Бой! — громко объявляет преподаватель, и парни стягиваются к закрытой огороженной металлической сетью площадке посреди стадиона.

— Нити, проходи.

— Кто противник? — спрашивает какой-то мальчишка с насмешкой.

Сразу видно, хилый. Надеется, вызовут его — девчонок то на стадионе не осталось.

— Я.

Даже те, кто прежде не обращали особого внимания на происходящее и продолжали самостоятельную разминку, теперь обратили свои взгляды на нас.

— Вы же не спарингуетесь с адептами? — подал голос только что подошедший Эйдж. — Тем более она девушка.

— В касте воинов нет деления на женщин и мужчин! Все мы дети Ррайна, у всех есть руки, чтобы держать меч и защищать себя!

Пока Соло болтает, я оцениваю взглядом его фигуру. Здоровенный. Силы должно быть немерено. Ловкости — мало. Скорость, вероятно, высокая, хитрости — ноль. Хотя не факт, что не станет применять обманные движения. Ещё одно важное замечание — он мужчина, а я женщина. Бить будет иначе.

— Какие правила?

— Боксируем, пока не сдашься. Тебе же драться не впервой.

Усмехнулась. Это точно.

— Я не сдаюсь никогда. Другие варианты?

Глядит заинтересованно. И не он один.

— Хочешь что-то предложить?

— Нужно обездвижить противника.

— Идёт.

Я знаю, почему он согласился. Остальные, скорее всего, и не догадываются. У касты воинов есть определенный ритуал, подобие которого проводили и с нами. Пробуждение зверя. Долгие дни без еды и сна в темной яме заставляют чувствовать и думать иначе. Это не источник магов. Это внутреннее чутьё. Я ощущаю зверя этого воина. Мне кажется, я слышу, как он рычит, глядя на меня. Смотрю в лицо Соло и вижу оскал клыкастой пасти. И знаю, что он зрит вглубь меня так же. Ровня.

Мы двигаемся по кругу. Я скинула обувь, она мешает. Соло и был босым. Я бы сняла и эти одежды, да превратно поймут. Воин глядит заинтересованно. Ещё бы. Я для него загадка.

Делает выпад, пробуя схватить. Прыгаю в сторону. Поднимает брови. Да, я хотела поединка не для того, чтобы убегать. Но ещё не время. У каждого свои методы.

— Женщины…

Он все понимает. Видит мои сильные стороны так же, как я читаю его.

— Не бойся, крошка.

Дикой кошкой прыгаю на него, пытаясь ухватиться за шею, взмах руки и лечу в противоположную сторону. Вот тебе и не хитрит. Вынудил напасть, когда был готов. Встаю. Улыбаюсь, чувствуя на губах вкус крови. Амулет тёплый. Нужно взять себя в руки. Возвращаю самоконтроль.

Обездвижить такую махину я могу одним единственным способом — добравшись до его шеи. Но действовать нужно хитро. Он ждет, что я, ослеплённая яростью, накинусь. Бросаюсь вперёд, делаю обманный выпад вверх, использую энерцию мощного тела и кидаю Соло. Он кубарём катится, поднимая песчаную пыль вокруг себя.

— Хороша! — это уже комментарий со стороны зрителей, а не вскочившего на ноги воина.

Следует отдать должное Соло. Он и в спарринге крут. Ни малейшего намёка на гнев в глазах. Ещё больше интереса и азарта.

Мы снова кружим. Его выпад — я уворачиваюсь. Мой — он ставит блок. Подсечка, и я падаю, но успеваю откатиться, и мощный удар здоровенного кулака приходится в землю. А я уже запрыгнула на Соло и применила удушающий захват. До чего же препод хорош! Вместе со мной на плечах сделал сальто, сместив центр тяжести и скинув меня на землю, а сам приземлился сверху. Прижал мои руки к земле.

— Сдаёшься?

— Я никогда не сдаюсь.

Удар в уязвимую мужскую область остается не замеченным. Правду говорили про воинов — они используют специфичную защиту слабых мест. Ухмыляется. Но отвлёкся. Это все, что мне было нужно. Кусаю его в области запястья, метя в болевую точку. Видимо, достигаю цели, потому как захват ослабевает. Мне удаётся выскользнуть.

— Молодец, Нити. Но пора заканчивать, скоро начинаются занятия.

— Как скажешь, Соло.

Я бросаюсь на него, а он на меня. Тела сплетаются в первозданном огненном танце противоборства. Удар следует за ударом, выпад за выпадом. Он не плох, и я тоже. И все же мы играем. Если бы бой был настоящим, я бы уже схватила тот острый камень возле сетки и метнула в висок или глаз. Но мы лишь танцуем.