В условиях обмана (СИ) - Мур Элиза - Страница 64

— Для начала, кто этот ненастоящий жених? — Спрашивает подруга.

— Обещай, что не убьешь меня, — поджимаю я губы, сводя брови к переносице. Черт, так неудобно об этом говорить.

— Я его знаю? — Я опускаю голову вниз. — Пожалуйста, не тяни кота за неприличные места и скажи мне, блин, кто это? — Замечаю, как Саша наклоняется к спинке дивана, закрывая глаза.

— Марк, — прикусываю я губу, и Полина застывает на месте, а ее глаза вот-вот вылетят из орбит.

Подруга произносит какую-то не членораздельную речь с короткими звуками типа «а», «э», «к». Она точно проглотила язык от этой новости.

— Так, извини, кто? — Нервно смеется она. — Я не расслышала. Кажется, уши заложило.

— Может, мы с Никитой тут лишние? — Прерывает тишину Саша, разминая шею.

Никита подсаживается рядом с ним, заставляя немного подвинуться. По парню подруги сразу видно, что только попкорна ему и не хватает. «Любопытная ситуация», — на лбу написано у него. А Саша лишь недовольно фыркает, скрестив руки на груди. Отсюда я уже чувствую запах его одеколона, который заставляет кружиться мою голову. Мне так не хватало его все это время.

— Полин, к сожалению, это так, — грустно вздыхаю я.

— Может, это другой Марк? — Она вскидывает руки в стороны. — Или ты имя перепутала? Макс? Марти? Матвей?

— Нет, — мотаю головой.

— Но какая муха тебя укусила? Это же Макаров, черт бы его побрал! Может, уже первое апреля снова наступило? Это шутка, да? Я требую объяснений!

Я кивнула и рассказала ей все при нужных мне свидетелях. Только лишь упустила те моменты, которые были связаны с Сашей.

Полина просто внимательно слушает вместе с парнями, к которым она присела после долгого стояния. Саше тоже пришлось выслушать меня. Хотя, уверена, будь он не зажат между нами, давно бы ушел. Никита сидел, нахмурившись, переваривая каждое слово.

— Я бы на твоем месте послала его далеко и надолго, — фыркает Полина, в то время как я рассказываю о том моменте, когда я согласилась на план Марка. — Причем еще тогда, когда он предложил фейковые отношения.

— Сначала я так и сделала, — отвожу я взгляд. — Я не соображала. Это казалось единственным решением, меня как будто приперли к стенке, — так хочется узнать, что у Саши в голове и что ему есть сказать на это.

— Вик, это же очевидно, что Марк пользуется твоей наивностью и готовностью помочь семье.

— Поэтому я и говорю, что ты была права. Но я поверила ему, в его эти описания проблемы и последствий. Теперь я знаю, что единственная проблема — это он сам.

— Манипулятор чертов. Только дай волю, я ему так лицо исцарапаю.

— И все-таки я не понял, — чешет подбородок Никита с умным видом. — В какой момент все перешло на помолвку? Что-то тут явно не так. Из-за чего все пошло к чертям, что нужно было менять план?

Я смотрю на Сашу, и он приподнимает бровь. Он все еще не до конца верит всей этой запутанной истории. Но никто из них и не знает кое-что еще.

— Да, я не стала говорить об еще одной очень важной детали, — перемещаю я взор на ноги. Вижу, что уже достаточно подпортила вид своих ногтей от привычки терзать их во время стресса.

— Это личный разговор? Мне выгнать мальчиков? — Спрашивает Полина.

Некоторое время я раздумываю, не поднимая взгляда. Но потом вся компания на кухне начинает шевелиться. Полина выпускает парней, отправляя в комнату и напоминая, что суд еще не закончился. Огромное желание побежать и броситься с извинениями к Саше, но я сдерживаю себя. Складываю руки на столе, кладя на них голову.

После щелчка закрываемой двери Полина возвращается и садится рядом со мной, обнимая за плечи и поглаживая их.

— Я так устала, — говорю я дрожащим голосом.

— Ты же можешь все отменить, — тихо, обеспокоено и с надеждой произносит подруга.

Поднимаю голову и обнимаю Полину. Мы сидим в полной тишине минут пять. Даже парней не слышно за стеной. Они там живые?

— Я и собираюсь все отменить, — шепчу я после того, как чувствую, что в глазах начинает неприятно щипать. — Но Марк все разрушит. Он пропитан местью за прошлое. Если наш план не сработает, как бы я снова не улетела в Финляндию.

— Ничего не повторяется дважды, — она интенсивнее начинает водить рукой по моей спине. — В этот раз это не повторится.

— Я не хочу уезжать. Вы мне так дороги. Вы все.

— И ты нам дорога. Не волнуйся, Марк выкусит. Хочешь, мальчики его побьют? Уж они-то выбьют из него все дерьмо.

— С этим проблем не хватало, — тихо усмехаюсь я.

Мы отстраняемся друг от друга. Я махаю руками возле лица, чтобы не заплакать, поэтому нервно смеюсь. Полина смотрит на меня с сожалением. Я рада, что она не стала осуждать меня и говорить, что я глупая, что верю в то, что такие люди, как Марк, могут измениться.

Интересно, что входит в дальнейшие планы Макарова после помолвки. Я вспоминаю Аню, думая о том, что же она все-таки пережила. Гребаный Марк.

— Знаешь, я как-то усыпила свою бдительность, — решаюсь я продолжить разговор. — Не хотела вникать. Просто отозвалась на помощь, ничего такого.

— Ты святая, Вик, — она залезает на диван вместе с ногами, оставляя руку на моей коленке. — Такая самоотверженность.

— Глупость это, а не самоотверженность. Я не хотела смотреть проблеме в глаза. В последнее время чувствую себя слишком взвинченной из-за всего, — подруга понимающе кивает, а я перехожу на самую низкую громкость: — Саша ничего не говорил обо мне? Что он делал крайнее время? — Она цокает, но также тихо отвечает.

— Я их обоих убить готова, — намекает она на парней в соседней комнате. — Никита сказал, что Саша обидел тебя, а потом захотел извиниться. Но так я и не поняла, что у вас случилось такого. Я думала, ты из-за него как привидение ходила, а, оказывается, из-за пучеглазого. Но все-таки мне любопытно, что произошло между тобой и Сашей. Можешь, даже не стесняться, я ему такой хук справа пропишу.

Я слегка улыбаюсь, но все еще полна смятений. Это очень сложная дилемма: высказаться, чтобы понять, что дальше делать с Сашей, или оставить его в живых. А можно второе с добавкой первого?

— Ну, — начинаю я неуверенно. — С ним это тоже связано.

Полина впивается в меня любопытным взглядом. Я должна ей довериться, если хочу, чтобы наше близкое общение не прерывалось.

— В общем, — продолжаю я этот трепетный разговор. Важная тема номер один, которая делит место вместе с Макаровыми. — Во время наших ненастоящих отношений с Марком все чуть ли не пошло под откос, — хотя, как оказалось, отец даже в упор не видел эту фотографию. Не знаю, что должна испытывать по этому поводу. Облегчение? Злость? — Из-за нашего поцелуя с Сашей, — Полина делает странное движение бровями, делая губы в трубочку и двигая ими из стороны в сторону.

— Это ожидаемо, учитывая то, сколько времени вы вместе проводили. А обидел он тебя чем? Плохо целуется или захотел большего?

— Просто поссорились. Не спрашивай, по какому поводу, — (потому что я не смогу придумать достойную причину).

— Ага, — говорит Полина задумчиво. — Значит, тебя уличили в поцелуях с другим, поэтому все пошло не так.

— Да, Марк соврал, что об этом знает мой папа, добавил, что от этой информации все развалится. Видимо, хотел, чтобы я следовала его плану. И тогда я согласилась на помолвку.

— А что с Сашей? Даже не смей врать, что он тут вообще не причем, по глазам вижу, что Разумовский точно при делах, — (думай, Вика, думай).

— Не причем, — настороженно говорю я.

— Неужели? — Приподнимает подруга бровь. — И из-за чего вы поссорились? А то как-то все странно, что-то ты не договариваешь, — Полина переходит на яростный шепот, запутываясь в ситуации. — Чем он тебя обидел?

— Это уже не так важно.

— Черт, это еще как важно.

— Мы разрешили этот вопрос, но теперь, боюсь, его обидела я.

— Чем же? — Она выпрямляется, а глаза округляются от удивления. — Хочешь сказать это из-за твоей якобы помолвки? Из-за нее они вчера бухали, черт знает где, а ты еще и виновата?