Пристань Лотоса (СИ) - "Леди Катрина" - Страница 52

— Не смогли или не захотели? Рэмзион сказал, что мы с Дарионом в самом деле пара, — произнес Джейми, чувствуя, как в мыслях немного начинает проясняться из-за сходившего Морока.

Картины в коридорах сменяли друг друга, но каждый портрет смотрел на них с осуждением и неприязнью, будто они все, неживые изображения на холстах, знали о заговоре.

— Да. Мы узнали, что Дэй обращался к сэру Оливеру, чтобы отыскать способ разорвать свою связь с парой, — подтвердил Райн. — Но он не нашел его. Именно это и было тем, что мне предстояло выяснить до того, как начать претворять план в жизнь. Найти способ обезвредить Дэя — ключ к успеху. И мы нашли этот способ. Вы можете мне не верить, но я правда не планировал доводить дело до консумации. Дэй не стал бы вами рисковать даже до обряда, на инстинктах бы защищал вас, но, не скрою, то, как все сложилось сейчас, — во много раз лучше.

Джейми вспомнил о том дне, когда лорд Дарион уехал на встречу и каким расстроенным вернулся.

— Сейчас Дэй слаб, как никогда. И мы можем этим воспользоваться.

Десять минут назад Дарион не выглядел слабее обычного. После церемонии он шел рядом с непроницаемым видом, словно не замечая большого количества церемониальной охраны и гостей поблизости, а потом они разделились, чтобы переодеться.

— Каков ваш план? — уточнил Джейми.

Письмо от сестры грело душу, но в то же время вызывало беспокойство. Морок медленно сходил, и эмоции начинали просыпаться от оцепенения. Что, если у Райна не получится? Что, если их загонят в ловушку и Алина попадется в руки демонов?

— Рэмзион обезоружил императора в тронном зале. Замок уже почти полностью наш, нам удалось все сделать так, чтобы Дарион этого не заметил. Фэйтон ради спасения жизни своего любимого сына отдаст вам свою магическую силу, а после станет неопасен. Единственная опасность — это Дарион. Но вы станете нашим оружием от него.

— Он знает, что вы не можете убить меня, не убив себя.

— Дэй сдастся, не сомневайтесь. Как только вы отберете силу Фэйтона, ваша сестра сможет со своим отрядом войти в Ночные Глубины. Мы почти на месте.

Джейми заметил большое скопление вооруженных оборотней, ратов и орков, которые то тут, то там прятали мертвые тела гвардейцев замка. Демонов среди мятежников было немного, все происходило без всяких криков и лозунгов за свободу, четко, слаженно, продуманно.

Райн без сомнений и задержек прошел к высоким деревянным дверям с расписными золотыми узорами и уверенно толкнул створки, входя в зал, где уже находилось немалое количество заговорщиков. Звон мечей скрежетом заполнил весь зал, он эхом отражался от красных каменных стен, которые словно источали кровь. Кровавые лужи были повсюду, как и тела стонущих мятежников. Многие были ранены, но большая часть все же стояла на ногах, окружая Лиара. Младший наследник разъяренно отбросил одного из нападавших оборотней и вновь принял боевую стойку, защищая своего императора. Фэйтон сидел в кресле, вокруг него активно вращался на полу Символ Гекаты, ловушка, которая парализовывала все живое, сковывала в свои сети даже самую бушующую стихию. Символ, который могли использовать лишь единицы во всем мире.

— Братец, неужели ты выдохся? — с насмешкой бросил Рэмзион, сидя на подоконнике большого окна. Небрежный, возмутительно спокойный.

Джейми даже через Морок почувствовал неприязнь к этому демону.

Райн остановился, не обозначая своего присутствия, остановился за ним и Джейми. Он никогда не испытывал никаких положительных эмоций по отношению к императору и его семье, но сейчас невольно ощущал отголоски восхищения тем, насколько искусен был Лиар, отражая одну за другой атаки мятежников-оборотней, которые превосходили его в росте и весе в несколько раз. Но что-то в его движениях было странное. Джейми, узнав Лиара в бою, знал, что этот демон может атаковать в десять раз быстрее, а его теневое оружие должно источать намного большую мощь, чем сейчас. Лиар пропускал слишком много ударов, но даже так сумел убить еще несколько оборотней.

— Выйти сам против меня боишься? — Тяжело дыша, Лиар опирался на свой меч, тьма которого начинала угасать. — Брат, — ядовито закончил он, повернувшись в сторону Рэмзиона. — Неужели тебя всегда так задевало то, что ты не мог выиграть у меня в бою? — с окровавленной улыбкой произнес он.

— Ну, меня хотя бы мои сучки не предают, — оскалился Рэмзион. Джейми увидел, каким безумно-тоскливым, болезным стал взгляд Лиара, словно слова брата проникали глубже ножа, причиняя боль сильнее, чем от кровоточащих ран. — А я ведь тебя предупреждал, братец, — спрыгнув с подоконника, в притворной заботе произнес Рэмзион. В его ладони проявилась широкая кожаная полоска, которая черной тенью обогнула кулак. — Рыжая сучка использует тебя. Говорил? Да. Но ты же велся на него, как моряк на шлюху, еще и щенком доверчивым за ним бегал. Ники то, Ники это. А что в итоге, братец? Хомут на шею.

Джейми заметил на шее Лиара плотную темно-синюю полосу метки, похожую на ошейник. Неужели Ники удалось настолько втереться в доверие этого демона, что он сумел надеть этот антимагический блокатор на шею высшего демона?

— Ох, — притворно вздохнул Рэмзион, прикрыв рот ладонью. — Надеюсь, в постели хотя бы не он тебя трахал?

Глаза Лиара налились янтарем магии, которая не могла найти выход из-за ошейника. Демон поднял меч, намереваясь сражаться насмерть.

— Сдохни! — с бешеной злостью бросился Лиар на брата.

Рэмзион играючи отбил его атаку хлыстом, в который превратилась черная лента на ладони — личное теневое оружие. Джейми даже не удивился тому, что это не меч, а хлыст, хотя, несмотря на форму, менее опасным оружие не становилось.

— А ты не думал, скольких уже обслужило это отродье падальщиков? — продолжил Рэмзион насмехаться над братом. — Ты ведь всегда знал, что он не твоего уровня, так почему доверял? — искренне недоумевал он, ленивым движением ударив хлыстом. Лиар отшатнулся ближе к Символу Гекаты и стиснул зубы от боли. — Я не понимаю тебя.

— Слабый. Сильного. Не поймет, — вновь готовый вступить в бой, Лиар сделал шаг вперед.

На этот раз Рэмзион ударил сильнее. Удар пришелся на рану на груди. Лиар рухнул на колени, застонав от боли. Хлыст, свистнув в воздухе, опустился на лицо Лиара, рассекая щеку до мяса.

Джейми почувствовал тошноту.

— Я не стану тебя убивать, — Рэмзион схватил брата за волосы и дернул его голову назад, заставляя смотреть снизу вверх. — Тебя убьет он, — указал он рукой на тайный вход в зал, где появился Ники с кинжалом в руках.

Джейми мечтал увидеть Лиара именно таким — сломленным, раздавленным, стонущим от ран, которые никогда не затянутся, но почему-то его стало жаль. Все чувства потерянной любви и предательства отразились на лице демона, когда он увидел Ники, равнодушно двигающегося к ним навстречу.

— А вот и наш сладкий мальчик пришел, — объявил Рэмзион.

— Ники, — беспомощно прохрипел Лиар, словно все еще не мог поверить — правда, не розыгрыш. Казалось, он готов был пережить хоть сотню таких побоев, лишь бы узнать, что его любовь не обернулась трагедией.

На лице Ники не дрогнул ни один мускул, когда он увидел своего любовника в столь плачевном состоянии.

— Хочешь, чтобы его добил я? — хмыкнул Ники с безразличием в голосе. Он покрутил клинок в руке и молниеносным, порывистым движением оказался возле Лиара, перехватив его и прижав острие к горлу.

Джейми видел, как потух взгляд Лиара.

— Сочту за честь, ваше говненое высочество, — едко бросил Ники и развернулся к императору. — Но сначала закончим то, ради чего мы все здесь собрались.

Рэзмион вновь гадко рассмеялся:

— Ну вот. Что я тебе и говорил, братец.

Джейми заметил, что Райн все еще наблюдает лишь за Фэйтоном, словно то, что происходило между братьями, его вовсе не волновало, словно то, как реагировал император, доставляло ему большее удовольствие. Дождавшись ведомой только ему реакции, Райн шагнул вперед, позволяя увидеть себя.