Ночной бал: Последствия прошлого (СИ) - Пол Кэти - Страница 10

— Я всегда готова, как и к победе, так и к провалу — ответила я с грустной улыбкой, осознавая всю трагичность ситуации. Провалиться вечеринка, паду на дно и я.

…

Я стояла на входе, приветствуя гостей, когда через задний двор зашел Николас вместе с Джеком и привлекательной блондинкой. Джек был в фиолетовом пиджаке, белой рубашке и в джинсах. На шее висел медальон синего цвета, а на ногах белые ботинки. Его вид, уж точно, привлекал внимание людей, так как никто не мог понять, он либо просто безвкусный идиот, либо гений моды.

Но Джек перестал меня волновать, так как мой взгляд перешел на моего сексуального шефа. Темно-коричневый костюм с золотыми запонками и лакированными кожаными туфлями Николаса прекрасно сочетался с неряшливо взъерошенными волосами. Он мило улыбался, стоящей рядом блондинке. Я раньше ее не видела. У нее были белокурые волосы, которые кучерявыми локонами обрамляли ее бледное лицо с высокими скулами. Стройную фигуру подчеркивало красное атласное платье в пол с длинным шлейфом. Она была такого же роста, как и я, с весьма ярко-выраженными фиалковыми глазами. Но то, что действительно меня удивило так это то, что Николас никогда не разговаривал с другими людьми с такой искренней и открытой улыбкой. Кто она, черт возьми?

Николас оглядывал интерьер, видимо оценивал нашу роботу. Я и сама не успела ее разглядеть.

Вместо обыкновенного света, Ракель заказала двигающееся, неоновые светильники фиолетового цвета. Они большими шарами висели на потолке, бросая тусклый свет в тень, поэтому комната была слабо освещена, и все было в полутени, что придавало более интимной и непринужденной обстановки. На стенах висели громадные плакаты страниц журнала, а также фотографии, которые были в светящихся рамках, что бы можно было разглядеть коллажи плакатов. По всему залу были разбросаны маленькие кресла и стулья со столиками, но так что бы хватало место и для стоящих, и для танцующих. Мы также приобрели барную стойку, что бы все желающие могли сами выбрать и заказать напитки. Каждые пять минут официанты разносили сытные закуски, компенсируя отсутствие ужина.

Я переживала, что всем не хватит места, но все компактно и свободно уместились. Посредине к стене стоял высокий подиум для выступлений. Обычно там стояла Ракель, развлекая разговорами и играми гостей (половина с этих игр были сымпровизированы на ходу). Я также не ожидала, что элитное общество будет с азартом соревноваться в каких-то играх, но все же успех был. Большинство из накрашенных дам в длинных платьях на шпильке были увлечены состязанием, как и в спортивном (не представляю, как им удаётся в платьях и на каблуках прыгать и бегать в погоне за официантом с подносом, видимо такими были правила игры), так и в интеллектуальном смысле.

Также на протяжении вечера каждый должен выйти на сцену и высказать свое мнение о «Фениксе», что-то пожелать, а может и осудить. Ну, а в общем всем вокруг вроде бы было весело, тогда, когда я дрожала от одной только мысли о неправильном порядке песен. Все должно было быть идеально, но, увы, оптимист из меня никакой. Я чувствовала, что что-то должно пойти не так. Совершенства же нет. И, как обычно, мое восьмое чувство оказалось правдивым. Случилась настоящая катастрофа, из-за которой все чуть ли не покатилось к чертям, но хорошо, что я все-таки слушаю хорошую музыку.

…

— Где эта певичка? — металась я от Ракель до Сиси.

— Она не отвечает на звонки последние 4 часа. Она должна была быть здесь еще час назад — оправдывалась Сиси, видя мой нарастающий гнев. Ей следовало бы беспокоиться, ведь именно она занималась развлекательной программой вечера.

— Что, если она не придёт? — предположила спокойно Ракель.

— Может, отменим выступление?

— Нет, людям объявляли про музыкальный сюрприз. Нужно что-то придумать — говорила я, меряя шагами кухню — единственное тихое и не людное место.

— Что придумать? Я объявила еще 15 минут назад. Люди ждут — слегка взволнованным тоном ответила Ракель. Она резко встала и также, как и я, начала шагать. Ее длинный подол кружился возле ее ног, что напомнило мне танец. И тут в моей идиотской башке зародилась идея.

— Кто умеет петь? — резко спросила я.

— Нет, не смотри на меня. Единственное направление музыки, которое я знаю, это металлика и рок — отмахнулась Ракель.

— У меня ужасный голос — пискнула Сиси, когда в комнату ворвался Джек.

— Что, черт возьми, происходит? Где выступление? — взорвался весь красный парень. Видимо он тоже переживает.

— Певица не приехала — бросила ему я, ища другой план действий в моей голове.

— Значит, нужна замена — среагировал Джек.

— Никто петь не умеет.

— Ну, большинству артистам это не мешает. Живо на сцену — приказал Джек, выпихивая меня их кухни.

— Что? Я не буду петь — брыкалась я. Джек пропихнул меня уже к середине зала, хотя я толкалась и брыкалась. Наконец парень выпихнул меня на сцену.

Сотня лиц были устремлены в моем направлении. Одним из них был Николас Конан, по выражению которого было видно ожидание и… разочарование. Во мне.

Нет, я не для этого убивала свои нервные клетки на протяжении недели. Я резко развернулась на каблуках и направилась к ди-джею. Я назвала первую группу и песню, которая была на уме. По крайней мере, облажаюсь под крутую музыку.

Заиграли первые аккорды гитары Bon Jovi — Ugly. Я обожала эту группу и знала почти все их песни наизусть. Жаль, что именно она станет жертвой моего голоса. Мои ноги дрожали, и я не была уверена, что они меня выдержат. Никогда не любила выступать на сцене. Все эти взгляды полные ожидания приводят к ответственности.

Это полный провал. Сначала я пела неуверенно и немного забывала слова, но потом, вслушиваясь в музыку, не смогла себя сдерживать. Под другую группу я бы чувствовала себя некомфортно, но эта музыка просто поглощала меня, как всегда. На протяжении всей оставшейся песни я забыла, где я, и просто пела, как будто в душе для себя, для души. Мое тело двигалось в такт не по моей воле, и я заметила, что не одна я такая.

Весь зал тоже медленно покачивался, подняв руки вверх. А я ведь думала, что богачи не такие. Слишком напыщенные и самодовольные, но иногда в таких простых моментах как эти, они становились совершенно простыми, скидывая свои маски. Все были ровней.

Жаль, что все вернулось на круги своя через несколько минут. Я в ступоре стояла на сцене, не зная, что делать дальше уходить или что-то сказать. Но я наткнулась взглядом на ехидную улыбку Джека, и моя злость вернулась. Я попросила ди-джея включить You give the love a bad name и быстро сошла с подиума. Ну, теперь настало время мести. Я моментально нашла Джека и, прихватив его за локоть, грубо вывела на задний двор.

— Какого черта? Зачем было выпихивать меня на сцену? — я кричала на моего виновника, который сильно забавлялся происходящим. Рядом с ним оказался Николас, и они вместе стали хохотать как ненормальные. Что здесь смешного? Я чуть ли не опозорилась на вечеринке, от которой зависела моя будущая жизнь.

— Теперь я знаю, зачем ты хотела в мой журнал. Что бы устроить карьеру певицы — говорил мой бос в перерыве между смехом.

— Вы поручили устроить идеальную вечеринку, иначе я буду уволена. А теперь после почти огромного провала, вы смеётесь. Да я из-за вас чуть не посидела — возмущалась я в не себя. Эгоистичные подонки. Внезапно кусты зашевелились, и из них вышла пьяная маленькая блондиночка.

— Ну, и где мне выступать? — спросила она тоненьким голоском. Я узнала ее, так как видела пару раз по телевизору.

— Насколько я понимаю, это ты — та самая певица, которая должна была сегодня выступать, но это пришлось делать мне? — спросила я, еле сдерживая свой гнев. Я должна отдуваться из-за накрашенной пьяной тупой блондинки, которая не выполняет свои обязанности.

— Ой, а я что опоздала? — с тупым удивлением спросила она. Ну, все. Я взорвалась.

— Лучше беги — прошипела я и накинулась на нее. Как животное, которого только что выпустили из клетки, я начала рвать ее крашеные волосы. Она резко перевернула меня и, взлетев на перекосившиеся ноги, побежала, вопя «помогите». Я рванула за ней, но мои шпильки не приспособлены для бега.