Приговор: Жить (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 4

Майор нервно глотнул остывший кофе.

— Поменяй телефоны, и дело с концом, — предложил Николай, впрочем, уже не в первый раз. Подобные разговоры из-за назойливой поклонницы Макса у них происходили регулярно. И капитан прекрасно знал, что друг ответит на его предложение. Майор его не разочаровал.

— Ты же знаешь, что я не могу этого сделать, — устало сказал он.

Николай знал. И потому промолчал, в очередной раз спрашивая себя, правильно ли он поступил, осенью обманув друга. Тогда ему казалось, что другого выхода нет. А сейчас… Сейчас он уже не был так уверен.

Его размышления прервал стук распахнувшейся двери.

— Садитесь, пожалуйста, — сказал капитан, рассматривая посетителей.

Следом за высокой стройной девицей вошел представительный мужчина в строгом темном костюме с цепким взглядом. «Адвокат», — понял Николай.

Девушка явно была очень небедной. Поцокав по полу каблучками-шпильками, она небрежно повесила на спинку стула лаковую сумочку на длинном ремешке. Серый костюм — произведение какого-нибудь модного кутюрье, ненавязчиво подчеркивал прекрасную фигуру. Несмотря на ранний час, драгоценностями красавица тоже не побрезговала. В ушах поблескивала далеко не бижутерия, а на груди висел небольшой медальон с черным камнем в центре. Она тряхнула головой, и роскошные платиновые локоны, явно побывавшие в руках отличного парикмахера, рассыпались по плечам. Девушка по-хозяйски уселась напротив, закинув ногу на ногу и выставив на обозрение идеальные по форме коленки.

— Какие, оказывается, мужчины водятся в полиции, — хмыкнула она, послав в сторону майора Реброва недвусмысленный взгляд.

Макса заметно перекосило, и он, что-то пробормотав, выскочил в коридор.

— Ваш паспорт, пожалуйста, — попросил Николай, пытаясь сообразить, как такая особа могла стать невестой обычного работяги.

— Опять паспорт, — капризно проворчала девица и стала копаться в сумочке.

На столе перед полицейским появилась какая-то косметика, ключи от машины, помятые купюры и, наконец, искомый документ. Раскрыв книжицу в дорогой кожаной обложке, капитан сверил данные со своими записями.

— Гражданка Ланская, Лариса Марковна…

— Лара, — поправила девушка. — Терпеть не могу это деревенское имя! Удружили предки, обозвали, как бабку. Лариса-крыса… Фу!

— Хорошо, — не стал спорить оперативник. — Лара Марковна, расскажите, пожалуйста, о своем женихе.

— Это о Генке, что ли? — усмехнулась она. — Да какой там жених? Скажете тоже.

— А какие отношения Вас связывали с погибшим гражданином Матросовым?

— Сексуальные, — наглая девица демонстративно провела кончиком языка по губам. — Знаете о таких, господин полицейский? Вас подробности интересуют? Позы и всякое такое?

— Для начала расскажите о том, как вы познакомились, — спокойно сказал Николай.

— Я Генку на дороге сбила. С парковки выезжала, а тут он, на каторгу свою торопится. Ну, и тюкнула слегка. Слово за слово, так и познакомились. Мне богатые сынки уже поперек горла встали. Как мой папочка сказал, от обилия сладкого на солененькое потянуло. Разнообразия захотелось.

— Значит, замуж за Матросова Вы не собирались? — уточнил капитан.

— Конечно, нет! — возмутилась девица. — Папочке такой зять бы не понравился. Да и какой из Генки муж? Кто он, и кто я? Пашет каждый день, зарабатывает копейки, живет в двухкомнатной халупе, ездит на древних Жигулях, отца не помнит, мать — вообще клуша деревенская…

— Большинство женщин на просторах нашей страны именно за таких работяг и выходят замуж, — не смог скрыть возникшую неприязнь Николай.

— Ну, и дуры! — совершенно не смутившись, воскликнула Ланская. — Я заслуживаю того, чтобы получить от жизни все. А что мне может дать такой вот Генка? Ну, кроме секса, разумеется. Папочка ему хорошую должность предлагал, а он… Засел в своем болоте и принципы обсасывает. Мол, я всего в жизни должен добиться сам. Дурак, в общем.

— Матросов умер, — напомнил капитан.

— А я тут при чем? Жалко конечно. Но ничего. Другой найдется. Например, Ваш коллега.

— Он женат, — Николай с трудом сдержался, чтобы не отчитать наглую девчонку. — Когда Вы в последний раз видели Матросова?

— Месяц назад. Перед поездкой в Италию.

— А после Вы с ним не встречались?

— Нет. Я только вчера вернулась. Я изучаю историю искусств, вот и приходиться ездить по миру, — с притворной усталостью пояснила девушка.

Капитан задал еще несколько вопросов и, подписав пропуск, отпустил Ланскую восвояси. После общения с ней хотелось вымыть руки, а еще лучше принять душ. «Будто в болото окунулся», — с раздражением подумал оперативник. Зазвонил смартфон, забытый Максом на столе. С минуту попиликав, он умолк, но его тут же сменил городской. Потрепав нервы раздосадованному капитану еще минуты три, заткнулся и он. Николай вздохнул с облегчением, и тут взорвался трелью его собственный стационарный аппарат.

— Слушаю, — рявкнул капитан, схватив трубку.

— Доброго дня, — донесся из мембраны тихий женский голос. — Могу я поговорить с майором Ребровым?

— Он вышел. Что ему передать? — сквозь зубы процедил капитан.

— Я по личному вопросу…

— Ах, по личному? — взорвался оперативник. — Оставьте Вы его уже в покое. Он женат! Понятно Вам?

— Понятно. Спасибо за информацию.

В ухо мужчине ударили короткие гудки. Николай тряхнул головой, медленно успокаиваясь. «Надеюсь, это действительно был кто-то из подружек Таськи-балерины, а не какая-нибудь максова информаторша, — мелькнула запоздалая мысль. — Впрочем, нет. С чего бы майорским стукачам звонить мне? Сто процентов, Таська дурью мается!»

Николай потер гудящие виски и попытался сосредоточится на работе. Но получалось плохо. Точнее, никак не получалось. Вернулся майор.

— Как впечатления от невесты Матросова? — спросил он.

— Никакие впечатления… — признался капитан. — Более неподходящую невесту заводскому работяге трудно придумать. Девушка — представительница золотой молодежи. Впрочем, сама она возможность подобного союза на смех подняла.

— Как так? — заинтересовался майор, включая компьютер. — Мать Матросова говорила о свадьбе, как о чем-то решённом, коллеги по работе так же… Что-то не клеится.

— И я о том же. Девица обмолвилась, что ее папаша предлагал неудавшемуся зятю теплое местечко в своей фирме, но тот отказался. Принципиальный… Подробностей Ланская не знает — беседа состоялась в ее отсутствие, и сообщил ей об этом папочка.

— Так, может, папаша и посодействовал безвременной кончине. А предлагал вовсе не теплое место, а пачку денег, чтобы недостойный отстал от дочурки. Парень уперся, и в ход пустили более действенные методы убеждения.

— Как версия, вполне прокатит, — хмыкнул Николай. — Только это ни на шаг не приближает нас к результату. Не лично же господин Ланской в Матросова стрелял… Впрочем, поговорить с ним все равно не помешает. Если удастся…

— А кто нам может помешать?

— Да кто угодно. Помнишь, как Грибов возбух, когда узнал, что мы дочь самого Ланского повесткой вызвали. Да заикнись я про повестку для папаши, он меня с дерьмом съест.

— Да, уж… С тех пор, как Бурундука убили, все изменилось, — опустил голову Макс. — Но засранец, которого посадили на его место, это апогей.

Николай промолчал. Бурундук, а точнее, полковник Бурун, руководил их отделом без малого двадцать пять лет. И всегда горой стоял за своих оперативников. Когда его полгода назад застрелил в подъезде обдолбанный наркоман, друзья долго не могли в это поверить, а привыкнуть к новому начальнику не смогли до сих пор.

— Да, кстати! — нарушил тягостную паузу капитан. — Тебе какая-то девица звонила. Сначала на твой мобильный и городской. Потом мне. Я, кажется, ответил не очень вежливо.

— Что за девица? — равнодушно уточнил Макс, доставая из сейфа большой блокнот.

— Девушка не представилась, — хмыкнул Николай. — Сказала, что по личному вопросу. Да ты глянь на мобильном. Думаю все три звонка с одного номера шли.