Приговор: Жить (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 43

— Может, и так, — пожал плечами Макс. — Но ты всё равно присмотрись.

— Как скажешь.

Через несколько часов Николай уже сидел на знакомом антикварном диване. В сотый раз окинув взглядом обстановку, буквально фонившую неброской роскошью: если кресла, то кожаные, если столик, то с мраморной столешницей на кованых ножках, если ковёр, то явно несинтетический, капитан поморщился. Он уже больше часа любовался картиной на стене напротив, в ожидании, когда же появится хозяин этого великолепия, и появится ли вообще. В том, что Гвоздь всё-таки приедет, он сомневался все сильнее.

Вышколенный секретарь каждые пятнадцать минут интересовался, не желает ли уважаемый господин капитан что-нибудь выпить. «Ишь, как оевропились господа бандюки, — мысленно посмеивался Николай. — И куда только подевались красочные эпитеты вроде «тухлый мент» и «племя фараоново»?

Размышления оперативника прервал звук шагов. Господин Меньшов вошел в приёмную, кинув недовольный взгляд на поднявшегося при его появлении гостя. Девушка-вьетнамка, неизменная тень авторитета, скользнула вперёд и первой вошла в кабинет.

— Прошу Вас, — с заметным неудовольствием Гвоздь указал на услужливо распахнутую дверь в противоположном конце комнаты.

Николай не заставил просить себя дважды.

Меньшов устроился за обширным антикварным письменным столом и, подбородком указав посетителю кресло напротив, сплел крепкие пальцы:

— Я Вас в гости не приглашал, поэтому выпить не предлагаю. Кроме того, Ваше присутствие не доставляет мне удовольствия. Переходите сразу к делу.

— Мне нужна информация, — не стал тянуть капитан.

— Информация в наше время товар очень ценный и очень разноплановый, — холодно сказал Гвоздь. — Почему Вы решили, что я занимаюсь благотворительностью?

— Потому, что это в Ваших интересах, — парировал Николай, кинув короткий взгляд на безмолвную фигуру вьетнамки за высокой спинкой хозяйского кресла.

— И как мои интересы могут совпасть с интересами полиции?

— Всё бывает. Разве Вам не интересен клуб «Свет»? — закинул удочку оперативник, пытаясь одновременно уследить за лицами обоих присутствующих. Но ничего, кроме безразличия, он не увидел.

— Я не хожу по клубам, — пожал плечами Меньшов. — И как бизнес меня данная сфера не интересует, если Вы об этом.

— Разве среди серьёзных бизнесменов, каким Вы, несомненно, являетесь, — не удержался от легкой издёвки Николай, — не считается хорошим тоном состоять в каком-нибудь элитном клубе для избранных? Вот, например, господин Ланской не брезгует подобным времяпрепровождением.

На этот раз его ожидания были вознаграждены: девушка за спиной авторитета вздрогнула. Однако больше никакой реакции не последовало. Он даже на мгновенье задумался, не почудился ли ему этот намек на движение.

— Я не господин Ланской, — уронил, между тем, Гвоздь. — У меня другие интересы. Если у Вас всё…

Девушка, на которую Николай смотрел, почти не отрываясь, резво склонилась к уху своего хозяина.

— Так Вы хотели что-то ещё узнать? — спросил Меньшов, выслушав советчицу. И голос его звучал уже куда менее нетерпеливо.

— Я хотел узнать, являетесь ли Вы постоянным гостем клуба «Свет», — ответил капитан.

— Нет, не являюсь. Я вообще не знаю, что это за клуб, — качнул головой Гвоздь.

— Странно, — Николай сделал последнюю попытку. — У меня сложилось впечатление, что Вы знакомы с господами Ланским и Шварцем.

— Знаком. Но я не провожу свободное время в их обществе, — отрезал Меньшов. — Фыонг, проводи нашего гостя!

Вьетнамка по-кошачьи плавно скользнула вперед. Широкие льняные брюки и не менее просторная блуза, даже не стянутая на талии хоть каким-то подобием пояса, скрадывали ее движения. Казалось, что она плывёт в сантиметре от пола, не касаясь его. Бесшумность, с которой она двигалась, только усиливала это впечатление.

Без возражений он последовал за молчаливой провожатой. Почти соприкасаясь локтями, они спустились в тесном старинном лифте на первый этаж. Когда кабина остановилась, девушка одновременно с оперативником потянулась к бронзовой ручке, раздвигающей ажурные створки. Коснувшись его пальцев, она вздрогнула и отдёрнула руку. Тонкий браслет, зацепившись за кованый завиток, лопнул и упал на пол. И оба снова одинаковым движением наклонились за тонкой серебряной змейкой, едва не стукнувшись лбами.

— Извините, — улыбнулся Николай, всё-таки подобрав цепочку.

Причиной аварии оказалось слабое звено. Вернув его в нормальное положение, он расстегнул маленький замочек в виде змеиной головы:

— Вы позволите?

На мгновенье замешкавшись, она протянула руку, и капитан застегнул безделушку на тонком запястье.

— Вот и всё, — снова улыбнулся он. — Хотя, лучше бы отдать ювелиру и запаять, а то потеряется.

Вьетнамка опять промолчала. Поблагодарив коротким кивком, она быстро ушла к парадной лестнице, оставив Николая в растерянности стоять у лифта.

— И вот на это я убил полдня, — закончил Николай свой рассказ о визите к авторитету.

Майор покачал головой:

— Негусто. Чёртов клуб. Вроде весь на виду, а не подобраться. Насколько можно верить Гвоздю? Мог он притворяться, что ни сном ни духом об этом сборище богатеев?

— Мог. Почему бы и нет, — пожал плечами капитан. — Он вообще был очень недоволен моим появлением. Кстати, а эта Фион… Фыу… Тьфу, ты, язык сломать можно!

— Фыонг, — подсказал Макс.

— Она, похоже, таки не рассказала хозяину о встрече со мной в его кабинете той ночью. Во всяком случае, Гвоздь даже не намекнул, что знает об этом.

— Значит, ей тоже есть, что скрывать от своего хозяина. Непонятно только, как она сумела замять присутствие чужого. Ты же говорил, что сигнализация сработала.

— Сам теряюсь в догадках, — развёл руками Николай. — Особенно, зачем ей это было нужно.

— Нечисто там. Я тебе говорил. Очень странная особа, — Макс распахнул окно и закурил. — Веришь, нет. Но я спиной чую, что должен про неё всё выяснить. Когда, ты говорил, она появилась в Питере?

— Не помню, но можно посмотреть. Я же запрашивал ФМС о ней.

Николай достал пухлую папку. Основное её содержимое составляли документы и материалы, полученные Грибовым из ФСБ. Но несколько бумажек друзья уже успели присовокупить к этому богатству. И ответ из ФМС был среди них.

— Почти три месяца она уже здесь, — сказал, наконец, капитан, докопавшись до нужной справки. — Приехала, кстати, по личному приглашению Меньшова, как специалист-переводчик.

— Годовая виза? — уточнил Макс.

— Ну, да. Но вряд ли для неё будет проблемой продление, в случае чего.

— Это точно. Уж Гвоздь свою тень вытурить из России не позволит. Меня другое злит. О ней ничего нет в наших базах. Вообще. Вот где она хотя бы язык изучала? Если переводчик, значит, русский знает отлично. Тогда почему молчит, как рыба об лёд?

— Как кто? — на мгновенье опешил Николай и рассмеялся. — Макс, это новое слово в русской фразеологии! «Молчит, как рыба об лёд»! Это нечто!

— Ну, оговорился, — проворчал Макс, с трудом сдерживая улыбку. — Это не меняет того, что мы уже чёрт знает сколько бьёмся, как…

— …как сова об пень, — захохотал капитан.

— Да ну тебя, — махнул рукой майор. — Мне вот не нравятся такие совпадения.

— Какие еще совпадения?

— Три месяца назад в Питер приезжает вьетнамка без прошлого. А два месяца назад начинается серия убийств. И убийца, между прочим, азиат.

— Мы этого не знаем, — поправил капитан.

— Ты и про серию то же самое говорил.

— Макс, — покачал головой Николай. — Ты представляешь, сколько азиатов приехало в Питер за последние три месяца?

— Пока нет, но я это выясню.

— Слушай, ты серьезно считаешь, что эта вьетнамка по ночам режет девиц? Мне она не показалась похожей на психопатку.

— Если бы все психопаты были похожи на психопатов, — буркнул майор, просматривая что-то на экране монитора.