Приговор: Жить (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 7

— Скажи еще, что она его запомнила, и я поверю в Деда Мороза! — ахнул Николай.

— В Снегурочку тоже сейчас поверишь. Она его запомнила, — осклабился майор. — Номера совпали с ее датой рождения. Даже буква в конце подошла. И девушка до конца рабочего дня размышляла, стоит ли считать это совпадение знаком судьбы.

— Офигеть! И кто наш таинственный незнакомец?!

— Коля, — укоризненно покачал головой Макс. — Я же только что вошел. Сейчас пробьем по базе и узнаем.

— Диктуй, — нетерпеливо воскликнул капитан, выводя на монитор свое компьютера базу ГАИ.

Полчаса спустя оптимизма у оперативников поубавилось.

— Интересно, — протянул майор, задумчиво глядя на распечатку результатов их поиска. — Кто быстрее пошлет меня к черту, когда я вздумаю задавать вопросы: Ланской или он?

— Ни тот, ни другой, — мрачно проворчал Николай. — В лидерах будет следователь, когда он сообразит, кто такой этот Меньшов Е. Ф., с которым ты мечтаешь пообщаться.

— Весело, однако. И каким боком тут Меньшов? Чем парень с ткацкой фабрики мог повредить авторитету?

— Вот его и спросишь.

— Спрошу, куда же я денусь, — пожал плечами Макс. — Показания свидетельницы — официальная бумага, и по ней мы обязаны отработать. Слушай… Может, гвоздевские волки труп и выкинули на улицу? Из этого самого мерседеса?

— Нет. Эксперты уверены, что парень умер прямо там. Он сполз по стенке, и больше его никто не трогал до приезда наших. Все проверили. И следы крови, и положение тела. Там его пристрелили.

— Да знаю я… — буркнул майор раздраженно. — Но почему этого никто не видел?!

— А вот черт его знает. Нечего гадать. Давай звонить следователю. В любом случае придется пообщаться с Гвоздем и выяснить, кого забирала тачка, числящаяся за его главным офисом. Завтра надо туда съездить.

— А ничего, что на завтра назначена встреча с Ланским?

Капитан молча достал из кармана зажигалку, подкинул ее в воздух и, поймав, на мгновенье завел руки за спину.

— Пусть слепой случай рассудит. И кто у нас огнеопасен?

— Гвоздь, — улыбнулся Николай, вытягивая перед собой кулаки. — В какой руке?

Макс молча хлопнул по левой. Капитан разжал пальцы, демонстрируя пустую ладонь.

— Повезло тебе.

— Это с какой стороны посмотреть, — покривился майор. — Они оба не медовые пряники.

— Се ля ви, друг, — хмыкнул Николай. — Ладно, давай по домам, что ли? Завтра весь день обещает быть не медовым. С утра планерка, потом эти товарищи, несознательные…

— Да, уж. С медом пролет — сплошной деготь.

Ребров распрощался с другом на парковке. Старенький опель пару раз чихнул, но все-таки завелся и повез оперативника домой. Квартира, как всегда, встретила хозяина тишиной и запахом пыли. Не зажигая свет, майор нашарил тапки и прошел на кухню. Наскоро перекусив быстрорастворимой лапшой, мужчина взглянул на часы и, решив, что половина одиннадцатого — время детское, включил компьютер.

Браузер запустился автоматически, на иконке почты весело мигал маячок новых писем. Макс вывел почтовый ящик на экран и начал методично просматривать полсотни посланий, появившихся со вчерашнего вечера. Большинство он сразу отправлял в корзину: рекламные рассылки мало интересовали оперативника. Сообщения о новых темах на форуме полетели туда же. На форум он и сам зайдет, чуть позже.

[1] Ливерить — следить.

[2] Форель — психически больной человек (жрг)

[3] Сделал тот, кому выгодно (лат.)

Глава 3

Начало июля. Среда

В зал заседаний майор Ребров влетел без трех минут десять. Полковник Грибов, которого подчиненные прозвали Сморчок, недовольно нахмурился, но, взглянув на часы, ничего не сказал вслух. Макс плюхнулся на свободный стул рядом с другом и какое-то время молчал, пытаясь незаметно отдышаться.

— Раз уж все в сборе, начнем, — проскрипел начальник убойного отдела и начал по очереди поднимать оперов, требуя от каждого отчета по порученным расследованиям.

Доклады он выслушивал с такой скучающей миной на сморщенном лице, что было непонятно, а зачем он вообще спрашивает. Впрочем, оперативники таким вопросом уже не задавались. Планерка у Сморчка всегда проходила одинаково. Сначала полковник с отсутствующим выражением слушал, а потом устраивал стандартный разнос на тему «Работать не умеете и не хотите». После этого он заканчивал собрание, считая долг руководителя исполненным.

Но сегодня в программе появились неожиданности. Общими фразами отчитав личный состав за некомпетентность, Грибов повернулся к Максу с Николаем:

— Все свободны, а вы двое — задержитесь.

Друзья переглянулись. За полгода работы под руководством нового начальника они впервые услышали такой приказ. Полковник дождался, пока оперативники разойдутся, лично проверил, плотно ли закрыта дверь, и, намотав несколько кругов по кабинету, наконец, остановился перед посетителями:

— Вы что себе позволяете? — выплюнул он.

— Что Вы имеете в виду, товарищ полковник? — осторожно поинтересовался Николай.

«Бурундук бы сейчас ответил: «Что имею, то и введу», — подумал майор, невольно усмехнувшись.

— Смеетесь?! — взвился Сморчок, заметив эту улыбку. — Вам, значит, смешно, майор Ребров! А мне вот совсем не смешно читать жалобы на ваши действия, поступающее от законопослушных граждан!

— Какие жалобы, товарищ полковник? — опешил Макс, быстро прокрутив в голове последний месяц и не найдя ничего предосудительного.

— Вы дочь Ланского вызывали на беседу?!

— Вызывал, — кивнул майор.

— И кто Вам позволил разговаривать с ней по-хамски?! Вы не знаете различия между беседой и допросом?!

— Товарищ полковник, — вмешался Николай, — Вообще-то, с Ланской беседовал я.

— То есть, как это Вы? — в свою очередь, оторопел Сморчок. — Она четко пишет, как майор Ребров упоминал свое имя и звание…

— Не знаю, где она успела пообщаться с майором, — пожал плечами Николай, — но протокол гражданка Ланская подписала. И ее адвокат, кстати, присутствовавший при этом, не усмотрел никаких нарушений с моей стороны.

— А Вы где в это время были? — полковник обернулся к Максу.

— У следователя по делу Матросова, — спокойно отозвался тот.

Сморчок шлепнул губами, еще раз посмотрел на копию жалобы у себя в руках и, наконец, выдавил:

— Свободны. Я сам буду разбираться. И с Ланскими обращаться вежливо и культурно. Это очень уважаемые люди.

— Разбираться он будет, — проворчал Макс, когда друзья вернулись к себе. — Наплетет Ланскому, что я осознал свое нехорошее поведение и раскаиваюсь.

— Тебе-то какая разница, что он наплетет? — пожал плечами капитан, наливая кофе.

— Противно, просто, — буркнул майор, усаживаясь за свой стол. — Вообще не понимаю, с чего эта девица вдруг жаловаться надумала.

— Ну, вот у Ланского и спросишь, если тебе так интересно, — фыркнул Николай. — Утром следователь звонил, сказал, что наш денежный мешок согласился побеседовать с представителями полиции сегодня без четверти два.

— Какое счастье! До чего же демократичные олигархи пошли, диву даешься!

— Не язви. Лучше расскажи, где тебя с утра носило? Давно объяснительные не писал по поводу опозданий?

— А, — отмахнулся Макс. — Опель ехать отказался, пришлось на общественном транспорте плюхать. А я еще и проспал малость…

— Опять полночи в интернете просидел? — нахмурился капитан.

— Увлекся, — развел руками оперативник.

— Увлекся он… С чего ты вообще решил, что сможешь ее найти таким диким способом?

— У тебя есть другие предложения?

— Я вообще считаю, что ее не надо искать. Сможет — сама придет. А перелопачивание всех знахарей-экстрасенсов с просторов нашей обширной родины — это бесполезная трата времени.

— Коля, — вздохнул майор. — Мы с тобой уже тысячу раз говорили на эту тему. Агафья умеет лечить. Так?

— Ну, так.

— Ей пришлось спрятаться. Так?

— Так, так. Дальше-то что, — с раздражением поторопил Николай.