Колдунья из Угро (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 68

— А пары? Он, что, выбирает за вас, кого вам любить?

— Ну, можно сказать и так. Сюзерен, читающий в душах, видит, кто кому предназначен самой природой. Его глаза не замутит ни вспыхнувшая страсть, ни беспочвенная антипатия, ничего из того, что мешает совершить правильный выбор самим магикам. Доказательством того, что Сюзерен выбирает верно, является редкость на Ории разводов как таковых. Большинство связывает себя узами богов сразу после обучения, и не расторгает их после рождения первенца. Хотя, закон это не запрещает.

— Так ты, должно быть, замужняя дама? — усмехнулся Николай. — Ты же вроде рассказывала, что Академию вашу давно закончила.

— Я как раз нет. Это и был тот дар Сюзерена, от которого я отказалась. И, как видишь, если кто и наказал меня за дерзость, то точно не Сюзерен. Скорее уж, жизнь. А тогда… молодая дурочка, начитавшаяся в Академии старинных рукописей, решила дождаться Великую любовь, которую прославляли Древние. Дождалась… — Она кивнула на дверь, и капитан понял, что девушка намекает на его друга.

— Не переживай, — тихо сказал он. — Макс взрывной, но отходчивый. Через пару дней помиритесь.

— Да ну, — отмахнулась Агафья, стряхивая несвойственную ей меланхолию. — Он свою точку зрения высказал ясно. А я… Мало, ли, какие я испытываю чувства? Мне в любом случае нечего делать рядом с тем, кто не желает принимать меня такой, какая я есть. Эти отношения с самого начала были обречены. Магичка и человек… Сюзерен был прав, а Древние ошибались. «Лишь подобное может стать частью подобного, и подобие не заменить любовью, страстью и прочим помешательством рассудка». Это слова из трактата Сюзерена о браке и семье. Меня посетило помешательство рассудка, и майор Ребров мне это наглядно продемонстрировал. Закрыли тему, Николай. Лучше расскажи, что нового по делу Снайпера.

— Рассказывать особо нечего, — пожал плечами капитан. — Поп разговаривать про Андрееву не пожелал. Мотивировал это тайной исповеди. Майор уверен, что отец Никифор что-то знает, но выгораживает органистку. Я пока сомневаюсь.

— Это не она. Я же тебе говорила про Эманации Смерти.

— Про твои Эманации следователю не расскажешь, — усмехнулся Николай, — и к делу их не подошьешь. Так что пока у нас один подозреваемый — Андреева. Кстати, сама то ты где была весь день? Макс… Я переживал. Что тебя понесло к Гвоздю?

— Ну, когда меня к нему занесло, я понятия не имела, кто он такой. Это уже потом выяснилось. Ефим Филиппович оказался вполне вменяемым человеком, и мы заключили взаимовыгодный договор.

— Ты с ума сошла!

— Надо было сказать мне это, когда я связалась с Максимом Ребровым, а не сейчас, — холодно отрезала девушка. — Я вылечила сына близкого друга Гвоздя, а он устроил мне встречу с очередным владельцем машины с красным багажником. Тот тоже отпал. Так что у нас теперь только три кандидата: газовщик, певец и депутат. Тебе кто больше нравится?

— Мне никто не нравится, — буркнул капитан. — Они, как три кучи дерьма — какую не тронь, вони не оберешься… Подождем, что удастся сделать Бурундуку. А пока можно заняться отчетами и прочей бумажной мутью. Подзапустили мы это, согласись?

— Отчего, же? У меня вся документация в порядке, — улыбнулась девушка. — Только распечатать.

— Да когда ж ты успеваешь? — с легкой завистью воскликнул Николай. — Ты же, как и я, целыми днями по городу носишься.

— Мне нужно гораздо меньше сна, чем человеку. Четырех часов вполне достаточно, — объяснила Агафья. — Так что я вполне могу помочь тебе. За завтрашний день разделаемся с твоими бумагами.

— Ладно, — согласился мужчина. — Раз уж ты сама предложила… Напишешь планы мероприятий. У тебя это гениально получается, а я всегда буксую, когда пытаюсь придумать, что там накарябать.

— Договорились. Заодно набросаю отчет для планерки в среду. Мало, ли, может пригодиться.

— Отлично. Тогда давай ужинать, — мужчина попытался поднять крышку кастрюльки, но, зашипев, тут же уронил. — Все хотел спросить, как получается, что твоя еда всегда остается горячей, а отправишь в тарелку — остывает, как положено?

— Секрет фирмы, — ухмыльнулась Агафья, и между ее пальцами змейкой заскользила маленькая искорка. Девушка подула на нее, и на столе вдруг возникла бутылка вина. — Водопроводчик Леня презентовал, в качестве благодарности за мою внимательность.

Николай хмыкнул и полез в шкаф за штопором. После ужина девушка подняла свой бокал и сквозь рубиновую влагу посмотрела на друга:

— Выпьем за иллюзии, Николай. Они так прекрасны, пока еще не воткнулись в душу своими осколками.

Хрусталь зазвенел соприкоснувшись.

— И все-таки ты бы…

— Тссс… — Агафья приложила к губам палец, призывая друга к молчанию. — Все было прекрасно. И я ему благодарна. Но мосты развели…

Она допила вино и ушла к себе, впервые не убрав со стола.

Глава 29

Вторник

К обеду следующего дня Николай понял, что согласен ехать куда угодно, хоть на допрос в прокуратуру, лишь бы сбежать из собственного кабинета. Он, конечно, подозревал, что после вчерашней размолвки сложности возникнут. Но чтоб такие…

Когда он попал в кабинет, Макс уже стоял у окна и делал себе кофе.

— Брат, ты вчера… — начал было капитан вместо приветствия, но тут вошла Агафья.

— Здравствуйте, товарищ майор, — равнодушно бросила она и, больше не добавив ни слова, села за свой стол и включила компьютер.

Николай вздохнул свободнее. Он ожидал, что девушка снова начнет громыхать берцами и с сарказмом демонстрировать мнимое чинопочитание. И ее спокойствие приятно удивило мужчину. Но несколько часов спустя Николай понял, что лучше бы она вела себя, как раньше. Холодное равнодушие било наотмашь, куда сильнее, чем насмешка или ругань. Девушка ясно дала понять, что майор Ребров больше ничем не отличается от прочих сотрудников убойного отдела. Она не игнорировала его. Уточняла какие-то рабочие вопросы, вежливо называя по имени-отчеству. Смеялась, зачитав из какого-то протокола развеселивший ее перл. Спокойно попросила у майора номер телефона отца Никифора. Макс молча черкнул на листке несколько цифр. Девушка с равнодушной улыбкой поблагодарила и вернулась на место. В обед она приготовила всем кофе и высыпала на тарелку очередные пирожки. Все было обыденно. Исчезла только теплота, которая отличала ее общение с Максом до сих пор. Не тронув дымящуюся кружку, майор вышел из кабинета.

— Мне кажется, ты с ним слишком жестоко поступаешь, — мягко попенял Николай, когда они остались вдвоем.

— О чем ты? — недоуменно подняла брови Агафья. — Разве я позволила себе не корректное поведение по отношению к майору Реброву?

— К майору Реброву твое отношение выше всяких похвал. А вот Максу ты сегодня вытрепала кучу нервов.

— Сожалею. Я работаю в одном кабинете именно с майором Ребровым, — холодно усмехнулась девушка. — И вести себя собираюсь соответственно.

Мысленно выругавшись, Николай вышел из комнаты. Майор обнаружился там, где он и ожидал, курил на лестнице, судорожно затягиваясь сигаретой.

— Ну, что ты бесишься? — спросил капитан, тоже закуривая.

— Я не бешусь, — буркнул Макс.

— Разобрались бы вы уже, наконец, со всеми тайнами, — вздохнул Николай.

— Не с чем там разбираться. Она ясно дала понять, что я для нее никто. Ноль. Пустое место.

— Послушай, майор, — решился он. — Я тебе кое-что расскажу. Агафья никого не обманывала. Она действительно меня вылечила. И не только меня. Она многое может…

— Три ха-ха, — прервал Макс со злым сарказмом. — Еще скажи, что она явилась к нам из другого измерения, и вообще эльфийка со сверхъестественными способностями! Коля, Полозкова — шарлатанка. Поэтому так взбесилась вчера, когда я узнал ее секрет — правда глаза колет! Я, идиот, влюбился в нее, ничего не замечал… А ведь она не раз и не два демонстрировала свои типа экстрасенсорные способности. Одно ее «Ложь!» чего стоит. Прогноз погоды послушала, и дождь предсказывает… Я идиот. Я ее люблю. Если бы она перестала дурачить людей, я бы простил это… Но ей плевать на меня. Она меня не любит. Впрочем, это я и раньше подозревал. Так что, переживу.