Судья и палач (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 17

— Про лейтенанта Полозкову расспрашивал…

— Так, так… Ты не кипятись, Агафья, не кипятись, — Бурундук потер переносицу. — Суета какая-то вокруг тебя не здоровая. Впрочем, расчет понятен. Я должен был обозлиться на твои мнимые действия за моей спиной и пинком отправить в объятья фсбешников. Не прокатило, господа чекисты. Но что им от тебя надо?

— Не знаю, товарищ полковник, — пожала плечами девушка.

— Плохо, что не знаешь, — проворчал полковник. — Ладно, буду сам разбираться. Идите, работайте, таинственные мои. Максим, про Лакса не забудь. Я к вечеру жду твой план мероприятий. Нормальный план, а не это убожество.

Друзья вывалились из кабинета начальника убойного отдела в некотором обалдении и отправились к себе.

— Ну, и что это было? — нарушил тишину Николай, когда за ними закрылась дверь. — Что от тебя понадобилось фсбешникам?

— Демоны их разберут, — развела руками магичка.

— Агафья, я все больше склоняюсь к мысли, что тебя раскусили.

— Никто меня не кусал, — отмахнулась девушка. — Знахарка Агриппина. Все, точка, больше у них ничего нет и быть не может. Но там всегда остается шанс, что я просто ловкая мошенница. Вон у вас сколько всяких ведьм-колдунов, но за ними же ФСБ не бегает. А даже если они о чем то и догадываются, то доказать никогда не смогут без моей же помощи. Говорить, что им ее не дождаться, надо?

— Ладно. Проехали, — согласился капитан. — Что с Лаксом делать будем? Видимость видимостью, но работать тоже надо…

— Погоди, Коль, — перебил Макс. — У меня еще есть вопрос из не рабочих, так сказать. Агафья, где ты ночевала?

— У одного друга, ты его не знаешь.

— Что еще за друг? — уточнил майор, старательно следя за своим тоном.

— Говорю же, ты его не знаешь. Просто друг, с которым я иногда провожу время.

— Агафья, если у моей невесты появился друг, у которого она остается ночевать, то мне хотелось бы, по крайней мере, знать кто он такой.

— Зачем? Это же мой друг, а не твой. И ночевала я в его доме, а не в его постели, если тебя это беспокоит.

— Эм-м… Агафья, а тебе не кажется странным, что ты, моя невеста, можешь остаться ночевать у друга, но еще ни разу не была дома у меня?

— Нет, не кажется. Это получилось случайно. Мы просто засиделись допоздна.

— Со мной ты допоздна не засиживаешься… — тихо напомнил майор.

— Господа влюбленные, может, вы без меня разберетесь? — вмешался Николай, бочком выбираясь из-за стола.

— Куда ты? — наигранно удивилась Агафья. — Тут совершенно не в чем разбираться. Я встречалась со своим другом. Предупредила, что задержусь. Что еще выяснять?

— Как-то странно получается. Для друзей у тебя время есть, а для меня — нету. А ничего, что я вообще-то не деревянная чурка, которую можно оставить постоять в углу? — таки взорвался майор.

— Точно, не чурка? — усмехнулась магичка. — А то это послужило бы оправданием твоей упертости в некоторых вопросах.

От подобной наглости майор на мгновенье потерял дар речи, а девушка продолжила уже серьезно:

— Не злись, Макс, и не ревнуй. Я бы с удовольствием провела вчерашний вечер с тобой. Но ты — работал. Я должна была при этом верной собакой сидеть у твоих ног?

— Нет, сидеть не надо, — с трудом справившись с раздражением, ответил Макс. — Но пойми ты меня! Я волнуюсь, когда ты ночуешь неизвестно где. Я ревную. Да, вот такой я плохой! Но я же мужчина, в конце концов, и мне не нравится, когда моя невеста…

— Макс, — устало прервала девушка, — Было бы неплохо, если бы ты понял меня. Я не человек! Я магик! Мы не прыгаем из одной постели в другую, как люди. У нас даже понятия такого нет «ревность». Устаревшее, не используемое слово. Я и понимаю-то его только потому, что в свое время начиталась трактатов Древних. До большей части орийцев просто не дошло бы, что ты имеешь в виду. Повторяю, у тебя нет ни малейшего повода для ревности. А вот собственнический инстинкт изволь засунуть куда подальше!

— У меня нет собственнического инстинкта! — возмутился майор.

— Тогда и говорить больше не о чем!

— Но… — начал было Макс, но Агафья его уже не слушала, отгородившись папкой с материалами уголовного дела.

— Коля, что будем делать с Лаксом? У меня нет никаких идей, с какой стороны за это браться.

— Может, попробовать коллег по работе?

— Посмотрим, — Агафья зашуршала бумагами. — Убиенный работал в фирме «Геотом». Кому-нибудь это о чем-то говорит?

Николай покачал головой. Девушка повернулась к майору.

— Не слышал, — коротко отозвался тот. — Вы пока сами разбирайтесь. Мне вечером план мероприятий Бурундуку нести, «видимость работы создавать» по высочайшему велению. Выдумывать, как искать провалившегося под землю душегуба. Работать, соответственно, уже некогда. Потом расскажете, до чего додумались.

Агафья пожала плечами и снова отвернулась. Девушка не заметила затравленный взгляд, брошенный на нее Максом. Зато Николай заметил, и настроение у него тут же испортилось. «Нет, надо будет все-таки вечером с ней поговорить, — подумал он, пока магичка зачитывала вслух что-то из материалов уголовного дела. — Требует, чтобы Макс понял, что она не человек, и все время забывает, что он-то не магик…»

— Ну, и что ты по этому поводу думаешь? — ввинтился в его мысли недовольный голос магички, заметившей, что ее не слушают.

— Прости, я прослушал, — повинился капитан.

Девушка поморщилась:

— Я говорю, что в «Геотом» я звонила, когда мы нашли тело. Лакс занимался ремонтом в новой квартире и поэтому брал три месяца за свой счет, и на момент смерти уже два месяца на рабочем месте не появлялся.

— Ему так хорошо платили в этом «Геотоме»? — удивился Николай. — Я помню, сам как-то затеял ремонт на кухне, так потом полгода долги раздавал, несмотря на регулярную зарплату.

— Хм-м… А это мне в голову не приходило. Давай, я туда съезжу и разберусь на месте?

— Давай, — согласился капитан. — Я тогда смотаюсь к одному человечку. Может, он что интересное в клювике принесет.

— Удачи, — улыбнулась девушка, натянув мотоциклетную куртку и доставая из шкафа шлем. — Макс, до вечера.

Она быстро поцеловала уткнувшегося в монитор майора и вышла. Едва за ней закрылась дверь, Макс встал и подошел к окну.

— Ну, что ты скуксился? — несколько грубовато начал Николай, не зная, что сказать, когда они остались вдвоем. — Мало ли, с кем Агафья подружилась. Любит-то она тебя.

— Пока да, — не оборачиваясь, отозвался мужчина. — А потом она меня бросит. Я чувствую.

— Не говори глупости! — возмутился капитан. — Агафья же сама говорила, магики не бросают…

— Вот именно, — перебил Макс. — Магики не бросают магиков. А я-то человек. Чувствуешь разницу? Разве ты не замечаешь? Да, она любит меня, дружит с тобой… Но ровней нас она не считает.

— Ну, порой девочку заносит, — вынужденно согласился Николай.

— «Людям никогда не дотянуться до уровня магиков…» Помнишь? Рано или поздно она перенесет эту аксиому и на наши отношения, если уже этого не сделала. Магичка и человек, которому до нее «никогда не дотянуться». Догадываешься, чем это кончится?

— По-моему, ты преувеличиваешь, — покачал головой Николай.

— А, по-моему, преуменьшаю, все еще на что-то надеясь, — возразил Макс. — Ладно, езжай к своему человечку. Можешь взять опель. А я займусь бумагами, черт бы их побрал.

Вопреки своим словам, майор остался стоять у окна, бессильно опустив плечи.

— Спасибо, — буркнул капитан, подобрав со стола ключи от машины.

Он не знал, чем успокоить друга, и, беспомощно потоптавшись у двери и так ничего и не сказав, вышел в коридор.

Оставшись один, Макс вернулся за стол. «Не думать об этом! — приказал он себе. — Не думать!» Чтобы хоть как-то отвлечься, майор вывел на экран раскритикованный Бурундуком план мероприятий. Исправив несколько вопиющих ляпов, майор задумался над убийством Лакса. Даже для того, чтобы «создать видимость действий», как того требовал начальник, надо было хоть за что-то зацепиться. А вот зацепок как раз не было. Молодой человек без особых проблем зачем-то полез через ливневую канализацию в чужой подвал, закрыл за собой люк и умер.